Визитёр - brinar1992
- Ари, сестрица, меня зовут сестрица Ари. - Кое-как прокачав слова собеседницы, Анриета сократила свое имя и добавила к нему дурацкую приставку "сестрица", последовав логике беседы. - Мы, кажется, закончили, а у меня еще много дел, увидимся позже, сестрица, и не будем злить наших поварих.
- Не поварих, а кухарок, глупенькая сестрица! - Мило захихикав, словно шпионка ей сказала какую-то веселую шутку, поправила ее собеседница, вызывая тревогу и желание либо отделаться поскорее, либо тихо придушить, да ведь наверняка в огромном доме с таким количеством магии на прислуге стоят смертные чары, улавливающие гибель и поднимающие тревогу. - Поварихи готовят через три перехода отсюда, шлюшки задорные. Это тоже новенькие, но такииииие смешные, сестрица Ари!
- Так что в них смешного, сестрица Шери? - Поняв, что девица либо очень глупая, либо столь же поглупевшая после той магии, какую ей в голову вбили, Анриета старается как можно надежнее увести тему от ее незнания базовых для этого чокнутого места вещей.
Просиявшая от вопроса Шери только пододвинулась ближе, взяв Анриету за плечо, чем, похоже, заставила их костюмы резонировать, потому что приносимое касанием ткани удовольствие стало в разы активнее и сильнее. Не особо понижая голос, она заговорила, едва не касаясь щеки шпионки губами, щекоча заостренное ушко своим пахнущим мятой дыханием:
- Ой, сестрица Ари, там все смешно! Каждая из этой пятерки кухарок, они какими-то там налетчицами были, своему, этому, очень страшному богу всяких военных штучек молились, а потом их сюда привезли. И каждая, представь только, считает, что всем вокруг очаровали разумы злые чародеи, и только она одна смогла магии сопротивляться. Но чтобы ее не раскрыли, нужно делать все-все, как бы делала рабыня с очарованной головкой, вот. И каждая из них не подает виду, а уж если с ними поиграть, то каждая будет стараться вести себя развратнее, чем остальные, чтобы точно не подумали на нее, что она свободная северная воительница, какая вот-вот-вот кааак раскроооет себя и кааааак всем нам покажет, представляешь? Ну и нас, сестрица Ари, тоже согласно их глупым выдумкам, ой не могу, очаровали и все такое, нет, ну я серьезно, не смейся! Такие глупенькие дурочки, что просто смеялась до слез, правда в постели хороши, это да, но ты никому, ладно. Я знаю один секретик... - В этот миг Шери, ничуть не стесняющуюся рассказывать эту историю при каждой из очень тщательно делающих вид, что они не подслушивают, северянок, резко распрямило, ее глаза закатились, а рука судорожно сжалась на предплечье Анриеты, пока закусившая губу служанка кончала особенно сильно, что пробивалось сквозь ее броню самоконтроля.
- Мне пора, какое-то важное задание, а я задержалась, дорогая сестрица Ари. Бывай, не буду отвлекать от твоих дел, еще увидимся!
С этими словами Шери подхватила один из подносов, полный самых разных сладких десертов, подвинула его к одному из самых дальних кругов, а следом неторопливо, но и не слишком медля, вышла из странной кухни, оставляя Анриету наедине с пятеркой кухарок. И если беглянка считала, что после того, как касание Шери пропадет, сверхчувствительное касание ткани снова ослабеет, то она ошибалась - первое же движение заставило повторить недавнюю ситуацию, едва ли не всем телом навалившись на стол и только остатками воли она удержала тянущиеся к промежности ручки.
Под внимательными взглядами северянок, которые, как теперь было видно, хоть и оставались странно-тупыми, но были сделаны такими намеренно, будто каждая их них старательно корчила из себя самую тупую, самую покорную и самую порабощенную заколдованную живую игрушку для секса, какую только могла таковой вообразить. И, если хоть одна из них вдруг придумывала что-то более подходящее для такого образа, остальные тут же ее подхватывали, - пришла догадка в голову шпионки. Неплохо представляющая себе масштабы задачи по столь тонкому и хитрому воздействию на целую группу волевых, - а иные в налетчики, в молящиеся Кровавому девы клинка, не идут, - личностей, Анриета чувствовала себя откровенно вне пределов своей компетенции.
"Нужно побыстрее отсюда валить, пока меня не хватились, иначе стану такой же как эти шлюхи". - В пустой после оргазма голове мелькает удивительно четкая мысль. - "Или, скорее, такой же как эта Шери, раз сама этот триждыблядовысранный костюм надела".
Выскользнув из кухни-распределителя на подгибающихся от позорной слабости ногах, скользнув в одну из неприметных дверец, она прошла сквозь короткий коридорчик, войдя в еще одно странное помещение. Разделенное надвое прозрачным стеклом, оно представляло из себя этакий зрительный зал, где главным зрелищем была находящаяся на противоположной стороне женщина. Смуглая и кудрявая островитянка с огромной грудью и невероятно завлекательными ягодицами, стояла на сверкающем от рун полу широко расставив ноги, выдавая дикарский любовный танец племен эбенового передела, - Анриета сама заставила своих черненьких розочек такой танец выучить, - настолько ритмично тряся громадной и при этом подтянутой жопой, что беглянка позорно на нее засмотрелась, прямо в движении и оттого споткнулась об одно из кресел, невольно падая прямо в него с тихим и возмущенным писком.
Придя в себя, женщина, со всеми силами подавляя сожаление, отвела взор от смуглых ягодиц на одной из которых была татуировка классического пиратского якоря, аналог Морграфской метки Розы, для самых дорогих и качественных девочек. Только вот, отведя взгляд от жопы шлюшки, неожиданно мускулистой и подтянутой, как для элитной портовой девочки, Анриета зацепилась взглядом за странный узор на парящем диске, лицом к которому была повернула островитянка. Странный узор казался незаконченным, заставлял думать изо всех сил только о нем, не оставляя места ни для каких других размышлений в ее, Анриеты, голове, в голове, в голове, в голове...
***
Ари осторожно открыла незапертую дверь, выбираясь из чужих покоев и пытаясь понять: как так получилось, что она, всегда такая исполнительная и хорошая служанка, очнулась без своей любимой униформы и в чужой постели? Нет, что в чужой постели, то это ясно, ведь хорошие горничные облегчают жизнь господам любым способом, но как она, божечки, умудрилась остаться без своей униформы? Кое-как открыв дверцу и придерживая рукой свои сисечки, чтобы не тряслись при ходьбе, потому что если у девочки трясуться сисечки, то мозги
