Мой муж злодей - Алиса Вишня
Тогда, в тот раз, я пыталась открыть дверь, и немного ее отжала, так что, получилась щель. А изучая поместье несколько дней назад, убедилась, что зазор остался, и даже заглянула одним глазом через него внутрь. Там какие-то ящики, которые должны хорошо гореть. А что в том сарайчике нет ничего ценного — это факт. Все ценное хранится в доме.
Поджигаю бумаги, кидаю в щель. Туда же протискиваю подожженные тряпки. Правда материал для горения неудачный — дыма много, и летят искры. Как бы не погасло!
Между тем, мой костер возле темницы, из писем и платьев, уже погас — все быстро превратилось в пепел.
Когда из сарая начинает валить дым, бегу к стражнику, крича:
— Пожар! Пожар!
Солдат выглядывает за угол, и делает несколько шагов к сараюшке, из которой валит дым.
— Туда, наверное, искра попала, от моего костра! Нужно открыть дверь, и затушить!
Стражник продолжает двигаться к сараю, а я — к тюрьме, зажав в ладони ключ. Пока солдат занимается пожаром, я успею отомкнуть замок, и выпустить заключенных.
Но стражник резко разворачивается, и бежит ко мне. Что...?
Солдат бросается на меня, сбивает с ног, и наваливается сверху. Я визжу от страха и непонимания — стражник сошел с ума?
— Слезь с меня! — кричу не своим голосом.
И тут раздается грохот. Ужасный, раскатистый, оглушительный. Потом еще. Сплошной гул.
Мое лицо обдувает горячим ветром, а сверху начинают падать доски, куски деревяшек, искры и горящие лохмотья.
Взрыв! Это взрыв!
Толстая доска падает на стражника, закрывшего собой меня, и бьет его по голове. Чувствую, как тело мужчины обмякает... Он что, умер? Господи!
Грохот прекращается, но слышны крики:
— Порох! Взорвался порох!
— Второй сарай загорелся!
— Тушите! Там оружие!
— Нельзя тушить! Нельзя подходить! Взорвется!
В сарае был порох! И в других что-то такое же!
Осторожно вылезаю из-под стражника, и, с трудом, переворачиваю его вверх лицом. Солдат или без сознания, или...
— Эй! — тихонько говорю я — Ты жив!
Не понимаю... Пульса вроде нет...
Господи! Человек погиб, спасая меня!
Тут раздается еще взрыв, уже дальше от места, где я валяюсь.
Что я натворила! Сейчас все поместье сгорит! Что со мной за это сделают?
Глава 15
Вскакиваю, и бегу...куда-то...Нет, мне надо к секретному выходу из поместья! Нужно спасаться от гнева Энсли! И от того кошмара, который твориться в усадьбе —. что-то горит, и не одно, люди бегают и кричат:
—. Берегись! Взорвется!
Слышу и голос Энсли:
—. Где госпожа? Ищите!
Мамочки! Не надо меня искать!
Впереди мелькают силуэты. Поворачиваю, и снова бегу, обратно. Вижу, тюрьма тоже пострадала —. с торца отвалился кусок стены. И из этого проема вылезают пленники —. маленькая разбойница, и ее отец. Голова которого в крови, и он еле идет —. девушка его тащит.
Увидев меня, разбойница хватает камень, и загораживает собой старика. Кричу ей:
—. Не бойся! Это я! Я вас выведу, и сама с вами уйду!
И показываю рукой, куда надо бежать.
Девушка медлит, зыркая, словно загнанный зверек.
—. Ну же! —. нетерпеливо произношу я —. Давайте быстрей! Нам нужно к тайному выходу из поместья!
Разбойница решается, и ведет старика ко мне. Подцепляю его под вторую руку, и мы втроем, как можно быстрее, спешим в сад.
—. Что с ним? —. спрашиваю, поглядывая на кровь на голове старика.
—. Кусок стены вывалился, прямо на папу! —. бормочет девушка.
Разговаривать нет времени, как и лечить раны —. продолжаем двигаться в нужном направлении.
Раздается знакомый свист, и возле моего уха проносится стрела.
А затем множество других мелькают справа, слева, над головой...
Разбойники реагируют быстрее —. падают на траву. А я слышу свой визг, и бегу вперед...
Вокруг сплошной рой стрел.
Наконец до меня доходит, что надо сделать, и я тоже грохаюсь на землю. Вжимаюсь в траву, закрываю голову руками, и от ужаса почти теряю сознание.
Сколько так лежала —. не знаю. Думаю, недолго, хотя мне кажется —. вечность.
Наконец, понимаю, что стрелы больше не свистят. Вставать все равно боюсь, но глаза открываю. И обнаруживаю у самого лица крупный камень. Боже! Упала бы на несколько сантиметров левее —. приложилась бы головой об этот булыжник!
Еще вижу, как приближаются ноги в сапогах.
Энсли! Приседает возле меня, и спрашивает:
—. Цела?
Муж приподнимает меня, вынудив сесть.
И встает, оставив меня в таком положении. Смотрит сверху вниз, внимательным озабоченном взглядом. Одет он в расстегнутый мундир на голое тело, штаны и сапоги.
А в руках меч.
Только теперь замечаю, что Энсли не один —. рядом несколько солдат. И Виттон.
—. Госпожа, Вы не ранены? —. спрашивает Айк.
Отрицательно мотаю головой.
—. Поднимите ее! —. командует Фаларион.
Двое солдат поднимают, и так стоят, рядом со мной. А я вынуждены о них опираться —. ноги почти не держат, боюсь упасть.
Энсли расслабляется, ставит ногу на камень, и сверлит меня взглядом. Никакой тревоги в его глазах уже нет, одна злость.
—. Что тебя связывает с разбойниками? —. лениво и презрительно спрашивает он, опираясь на меч.
Молчу, пытаясь сообразить, что муж от меня хочет. Но мешает страх.
—. Думаешь, я не слышал, как ты ключами звякала? —. криво ухмыляется Энсли —. Хотел посмотреть, что ты состряпала, чтобы их выпустить. Отличная идея —. ради этого сжечь пол поместья, и взорвать хранилище пороха!
И добавляет:
—. А я почти поверил, что хочешь наладить отношения!
Тоскливо смотрю в землю. Охватывает какое-то отупение —. видимо, результат пережитого стресса. Уже все равно, что со мною будет.
Подбегает еще солдат, докладывает, что "старого разбойника поймали, а девку пока не нашли!"
Не расстраиваюсь, и не радуюсь. Накидка скособочилась, и мне трудно дышать, из-за натянутых на горле завязок. Задыхаюсь! Это единственное, что меня заботит.
—. Сами будете деда допрашивать? —. интересуется кто-то из солдат.
Энсли не отвечает, и отворачивается, чтобы уйти.
—. Что делать с миледи? —. спрашивает вслед Айк.
Останавливается, поворачивается. Чувствую взгляд мужа —. он буквально жжет.
И вдруг стремительный выпад, блеск клинка...
Меч перерезает завязки. Вскрикиваю и отшатываюсь. Плащ падает на пол, дышать легче.
—. От миледи надо избавиться! —. глухо говорит муж —. Не
