Оборотень из Кривого леса - Антонина Штир

— Дочка... – вырвалось у незнакомки. – Ты очнулась...

— А что тут происходит, Фер? Почему она называет меня дочерью?

— Спокойно, Майя, она на самом деле твоя мать. И твой отец тоже здесь. – терпеливо, как ребенку, объяснил он. – Главное, не волнуйся и сначала поешь – ты потеряла много крови.

Он прав, конечно, поесть нужно в первую очередь. Иначе она точно не сдержится, выскажет матери все, что о ней думает, прямо в лицо.

— Ладно, оборотень, давай поедим. А заодно расскажешь, где мы и куда делся Райли.

Блудная мамаша отошла от постели на пару шагов, но взгляд от Майи не отвела. И чего она пялится, будто привидение увидела?

— Чего уставилась? – не выдержала волчица. – Совесть замучила?

Мамаша опустила глаза, мгновенно наполнившиеся влагой. Совсем дурная, чего теперь-то зря плакать?

— Келли, Вы не могли бы выйти? – мягко и даже ласково произнёс Ферран. – Я не думаю, что Майя хочет с Вами общаться сейчас.

Значит, вот как зовут ее мать – Келли. А папаша что ж не зашел, Фер ведь сказал, что он здесь.

Спорить мать не стала, лишь едва слышно вздохнула и покинула помещение. Страшно, наверное, видеть взрослую дочь и понимать, что нельзя вернуть прошлое. А нечего было бросать ребенка!

Как только они с Ферраном остались вдвоем, даже дышать стало легче. Оборотень сбегал за едой и вернулся с тарелкой жареного мяса и лепешкой. Торжественно поставил еду на старый деревянный стол, жестом пригласил сесть. Несколько минут Майя молчала, заглатывая куски, почти не жуя, – в желудке образовалась бездонная яма, в которой пропадало съеденное. Лишь когда живот приятно потяжелел, Майя откинулась на спинку стула и взглянула на Феррана.

— Ну давай, рассказывай, как было. Я помню, как в меня полетел кинжал, а потом – ничего.

— Райли больше тебя не потревожит, – глухо сказал Ферран. – Я придушил его, как собаку.

И замолчал, словно уже всё сказал.

— Подробностей не будет, да? С драконом-то что?

— С Амбросом? Да нормально. Пришлось его вырубить ненадолго, пока он не слетел с катушек. Охотник и тут нам подгадил – добавил зелье в чай. Заметила пустой котелок на траве?

— Да, – кивнула Майя. – Значит, охотник мертв, а я жива. Ну и почему, интересно?

Ферран откусил лепёшку, долго и тщательно жевал, видимо, собираясь с мыслями.

— Я видел твоего духа, Майя. Он приходил сюда.

— Правда? И что он сказал?

— Он вылечил тебя. Похоже, он не простой, могущественный и сильный. Хитромудрый только слишком.

Вот так, значит: смерть тронула ее чёрным крылом и отступила, послушав духа. Он не только сводник, а еще и спаситель молоденьких оборотниц.

Вообще-то Майя, конечно, радовалась. Выжить после смертельной раны, – это ли не чудо? Можно сказать, второй день рождения. Знать бы еще, когда был первый.

— Фер, – вынырнула она из своих мыслей, – а что это за место? Здесь живут оборотни?

— Да. И это та самая подозрительная лесная деревня. Здесь твои родители, Майя.

Ферран бережно взял ее руку в свои, успокаивая, и приятное тепло разлилось в ладонях. Зеленые глаза грустно смотрели на нее.

— Поговори с ними, Майя. Иногда всё не то, чем кажется.

Он что-то явно знал, но не собирался ей рассказывать. Ладно, она и сама узнает, нет же ничего страшного в том, чтобы просто поговорить с родителями. Лишний раз убедиться в их предательстве – только и всего.

— Знаешь, Фер, я, конечно, поговорю, раз уж такое дело. Вот только... Ты меня слышишь вообще?

— Слышу, конечно. Извини, засмотрелся на тебя.

Ферран бережно отвёл за спину ее черную, как смоль, косу, заправил за уши выбившиеся прядки.

— Ты такая красивая, Майя. Если бы мы были в моей хижине, я расцеловал бы тебя всю, с головы до ног. А потом...

— Что ты собрался делать с моей дочерью, оборотень? А ну повтори!

Тишину дома взорвал грозный рык оборотня, который стоял на пороге, буравя взглядом Феррана. Они и не слышали, как он вошел.

— Ну вот и папочка нарисовался! – мрачно заметила Майя. – Что, воспитывать пришел? Так уже поздно, время ушло. Не надо было меня бросать!

Грубо? Конечно. Но ведь она сказала правду, только и всего. Теперь он будет оправдываться или вовсе сделает вид, что ничего страшного не произошло. Ну и пусть, она уже давно перегорела, и родители ей больше не нужны.

— Так что, Фер... как тебя там, надеюсь, ты всё понял? Сначала – свадьба, потом – поцелуи и остальное.

Майю он вовсе проигнорировал, наверное, слишком сильно хотел навалять Феррану. Что и следовало доказать: она ему не нужна.

— Пойдем, Фер, поищем Амброса и свалим отсюда. Раз охотник сдох, мы можем жить где хотим. И не обязательно для этого жениться.

Она выразительно посмотрела на отца, давая понять, что он не может управлять ее решениями и лезть в ее жизнь. Если умный, поймет, а если нет... На нет и суда нет.

— Подожди, Майя. Ты ведь хотела поговорить, передумала?

Ферран что-то слишком смутился для оборотня, прямо как девчонка. Никогда Майя его таким не видела. Хотя они знакомы всего несколько дней, так что, может, он сейчас настоящий?

— Пошли уже, жарко тут и воздуха не хватает. Так и второй раз помереть можно.

Больше истинный не спорил, просто взял ее за руку и вывел на улицу. Лесная свежесть окутала ее, едва она шагнула с крыльца на утоптанную оборотнями дорожку. Запахи елей, травы и речной тины проникли в ее нос, напоминая, что она жива. Ее так хотели убить, но просчитались. Нате вам, выкусите!

— Здесь близко река? Давай сходим туда, Фер, – попросила Майя.

Сейчас она хотела лишь одного: наслаждаться жизнью. Вдыхать ароматы цветов, словно впервые, купаться в прохладной речной воде, лежать на берегу, подставляя лицо и тело ласковым солнечным лучам. И чтобы рядом лежал он – тот, кто ее спас. Пусть не Ферран залечил ее рану, но он был рядом, он прикончил гадского Райли и притащил ее в деревню, пытаясь помочь. Не его вина, что помочь ей могло только чудо.

Вместо песка на берегах реки серо-голубой грязью лежала глина, а сама речка была мелкой и ледяной, но с настроя Майю это не сбило. Она попросила