Некронавт - Маргарита Блинова
На миг прикрыв глаза, я представила, какая боль отразится на его лице, когда он поймет, что я сбежала прямо перед нашим свиданием, и сердце кольнуло стыдом и виной. Но неуемная тяга действовать и желание доказать всему миру, что я никакая там не трусиха, быстро задавили эти чувства.
Откинув полог шатра, я ворвалась внутрь с четким намерением растолкать Мясника во что бы то ни стало. Если потребуется, то готова прибегнуть даже к холодному душу.
Но ни душ, ни моя решительность не потребовались.
Звездокрыл не спал.
– Шестнадцать… Семнадцать… – бойко считал детский голосок, а Мясник энергично отжимался.
Да-да, я не вру! Он действительно стоял в позиции упор лежа, вытянув высоко вверх гибкий черный хвост и прижав крылья для баланса, и равномерно опускался вниз, подбородком касаясь метки, начерченной на деревянном бруске мелом. А потом поднимался, и опять…
– Восемнадцать… Девятнадцать… Я все вижу, Мясник, ты халтуришь, – воскликнула девочка, когда звездокрыл попытался сжульничать и прогнуться в спине.
– Бекка?
Даже в самом жутком из своих кошмаров мне не могла пригрезиться младшая сестра Кристена наедине со звездокрылом. Мяснику, кажется, тоже.
– Р-р-р, – взмолился звездокрыл, кося на меня одним глазом.
– Отставить мольбы о помощи! – прикрикнула девочка, грозя отжимающемуся завру крохотным кулачком. – Двадцать три… Двадцать четыре… Ну же, Мясник! Отжимаешься, как моя двоюродная бабка. А ей девяносто четыре.
То ли это мое появление так сказалось на Мяснике, то ли его окончательно допекло сравнение с чьей-то бабкой, но завр проигнорировал факт того, что звездокрылы самые дружелюбные существа на земле, и со скоростью атакующей косатки резко дернулся вперед.
Зло клацнули челюсти. И если бы Бекка, сидящая на краю кормушки, не успела с проворством белки отскочить в сторону, то они сомкнулись бы четко на ее талии.
– У-у-у, – разочарованно выдохнул завр.
– Плохая. Плохая ящерица! – воскликнула сердитая малышка.
В руках Бекки невесть откуда появился здоровенный березовый веник. Короткий замах, сердитое «вжух» – и звездокрыл получил по черной ошарашенной морде. Испуганно икнул и попятился, глядя на вооруженного тренера.
Вряд ли он что-то смог почувствовать сквозь толстую шкуру, не чувствительную даже к моим прикосновениям, но сам факт того, что кто-то столь мелкий и незначительный, как маленькая девочка, мог дать ему столь яростный отпор, ставил звездокрыла в тупик.
– Разве так ведут себя послушные мальчики? – спросила Бекка, грозя веником и бесстрашно наступая на здоровенного завра с отвратительным характером. – Плюс десять отжиманий!
Мясник кинул на меня затравленный взгляд и вернулся в прежнюю позу.
А я?
Открыв рот от шока, я во все глаза следила за тем, как отжимается завр. Смотрела и не верила!
«Шпашите!» – читалось крупными буквами на его черной морде.
– Эй, Нэш, ты так и будешь там стоять или уже поможешь? – крикнул… Дейман.
ЧТО?
Вынырнув из ступора, я отвела взгляд от звездокрыла с Беккой и узрела еще одно невероятное.
Дейман в своем излюбленном белом костюме факультета небовзоров суетился вокруг седла, которое крепилось к спине Мясника во время дальних полетов. Деловито проверял длину страховочных тросов. Влажной тряпкой стирал одну ему видимую пыль. Удрученно цокал при виде немного разносившейся дырке на ремне.
Два объемных походных рюкзака уже лежали в отсеке, всем своим увесистым видом как бы намекая: «Вот как правильно надо сбегать».
Я подошла и с ходу спросила:
– Как ты узнал, что я решила улетать?
Адепт Хилл посмотрел на меня с видом «ну, ты как маленькая, ей-богу!» и неожиданно вполне себе дружелюбно предложил:
– Давай просто смиримся с тем, что я тот еще манипулятор, и уже свалим с этого острова.
Вообще-то, я планировала свалить в гордом одиночестве. Ну или в компании Кристена, если тот, конечно, согласится оставить остров Ио. О чем и собиралась высказать нахальному адепту, но банально не успела.
– Бекка, пока, – крикнул Дейман, и девочка понятливо кивнула.
Перепрыгнула с кормушки на канат и, балансируя зажатым в руке веником, с изяществом канатоходца пробежалась по натянутой под потолком шатра веревке.
– Мясник! Слушай мою команду. Завр мордой вниз. Ниже, Мясник, ниже. Холка не должна торчать.
– Толкай, – бросил мне Дейман, упираясь руками в край седла.
Кряхтя (это я) и натужно охая (это тоже я), мы затолкали на спину звездокрыла седло, пролезли под брюхо и потуже затянули крепления.
Я про себя отметила, что подобный способ оказался в разы удобнее и очень спасал в ситуациях, когда под рукой не было специального подъемника, строительного крана или оравы помощников, готовых поднять седло на своих плечах. Осталось только донести это до упрямого сознания Мясника.
Кстати, о нем.
Пока никто не видел, я потрепала завра по морде и едва слышно напророчила:
– Будешь себя плохо вести, отдам на перевоспитание Бекке.
Мясник оценил масштаб подставы. Мясник в ужасе шарахнулся, едва не сбив с ног зазевавшегося Деймана. Мясник решил, что пора тикать, и шустро побежал к выходу. Там поддел носом край брезента и торопливо выбрался на свежий воздух.
– Какого демона?! – рыкнул адепт с факультета небовзоров, вскакивая на ноги и пронзая меня взглядом. – Твой звездокрыл вообще знает команды?
– Знает и выполняет – разные вещи, – вздохнула я и помахала хохочущей Бекке.
Мы с Дейманом наперегонки рванули к выходу, нагнали улепетывающего звездокрыла и ловко вскарабкались в седло.
– Прилетай еще! – крикнула на прощание девочка, выбираясь из шатра.
Мясник споткнулся на ровном месте. Решительно мотнул упрямой башкой. И окончательно уверился в том, что столь суровый в своем гостеприимстве Север ему не по нутру.
Короткий разбег. Мощный толчок. Решительное движение огромных крыльев цвета звездной ночи.
– Спасибо, Бекка! – крикнула я. – Мы обязательно…
Мясник резко передернул лопатками и оглянулся, явственно намекая на то, что я-то могу творить любую дичь, а он сюда больше ни-ни.
Не сдержав улыбки, я покачала головой и весело подытожила:
– Какие мы оказывается нежные и впечатлительные завры…
– Гра! – рявкнул «нежный и впечатлительный», энергично работая крыльями, унося нас все дальше от энергично размахивающей березовым веником Бекки.
По звездам убедившись, что мы летим в нужную сторону, а не туда, куда левая лапа Мясника решила, я укуталась в теплое одеяло, припрятанное в одной из ниш седла специально ради этой цели, и посмотрела на дремлющего рядом Деймана.
– Что? – буркнул тот, не открывая глаз.
Я покачала головой:
– Поверить не могу. Ты все-таки сбежал.
Губы парня дрогнули в едва заметной улыбке.
Так мы и летели. Дейман лежал и думал, какой же он молодец. Мясник работал крыльями и думал, как бы так поскорее забыть о том, что его заставила отжиматься какая-то несовершеннолетняя пигалица.
Что же касается меня, то
