Забытая жена из горного края - Ника Цезарь

Как бы ни горели желанием оказаться подальше от замка, пришлось сбавить скорость. Света звёзд не хватало, ветки деревьев, корни и старые подгнившие деревья стали препятствием для запинающихся лошадей.

Я то и дело запрокидывала голову к небу, ища на небе тень, которой не находила. Всё же неправильная я женщина, сама уходила, но почему же мне тогда так хотелось, чтобы меня вернули? И расстраивалась из-за того, что это не происходило.

— Как вы узнали, что я здесь? — догнав Джеймса, я пристроилась рядом.

— Когда парни проснулись, они попытались найти след, — покосился он на меня, — но не вышло, тогда они сообщили отцу о вашей пропаже и мы стали искать. Нам удалось упасть на след драконов, что явно неспроста ошивались около замка и вас. Подозрения крепли, но всё же были недостаточными. Отец не мог отправить людей по этой несерьёзной зацепке, тогда мы вызвались сами! — гордо заявил он, в нём горел юношеский пыл, что горячил кровь и толкал на безумия. Оглянувшись, я поняла, что и с остальными та же история. Они были молоды и горячи. И только Грэхем выделялся, его толкала в путь вина, что не уберёг тогда.

— Я вам благодарна!

— Правда? А то я, право, начал сомневаться. Спасаем мы вас или похищаем. Дракон всё же ваш супруг, моя леди, — смущенно почесал он лохматую голову.

Задумавшись, я не спешила отвечать, понимая, что каждое моё слово ловят и запоминают.

— Он нам не враг, но всё же я хотела бы вернуться домой. Я ведь и ваша леди, я переживаю, как там замок, как люди… Я не свободна в своих обязательствах…

— И правильно. Даже отец признал, что без вас тяжко. Когда мы уезжали, магии стало заметно меньше в замке, к тому же управляющего-то вы не назначили, а сейчас самое время хлопот — сбор урожая, заготовка мяса и дров. Еще месяц и на наше нагорье опустится зима.

Вина с новой силой впилась в меня когтями, а я криво усмехнулась. Как ни крути буду виноватой. Сбежала — плохо, но и, если бы осталась — плохо. Потому отбросив это разрушительное чувство, я постаралась сосредоточиться на дороге.

Джеймс явно хотел бы поговорить ещё и скорее он даже хотел расспросить меня, но не решался, только с любопытством кидал на меня взгляды.

— Что с твоей матушкой? — когда начало светать, я возобновила разговор.

— Матушка… — выдохнул, он, вытянувшись смирно. — Отец велел казнить её.

— Что? — пораженно выдохнула я. — У. него были доказательства её причастности?

— Нет, — поджал он недовольно губы, — но и так ясно. Она вас выманила письмом. Это была ловушка. Такое терпеть нельзя! — сухо констатировал он, отводя взгляд и с силой сжимая поводья. Я понимала, что если бы я видела его глаза, то увидела бы боль.

— Когда назначена казнь?

— Через месяц после вашего похищения.

— Джеймс, мы должны быть в замке раньше этого срока, — тоном, не терпящим возражений, поставила я перед ним новую задачу. Бросив на меня взгляд, он решительно кивнул. А через час, когда казалась, что каждая клеточка моего тела затекла, я сменила лошадь.

Наш отряд разделился. Я осталась с Джеймсом и Грэхемом, остальные путали следы на случай погони.

— Вряд ли за нами будут гнаться, — констатировала я, когда после долгих часов безостановочной езды мы забрели в пещеру, где заранее был оставлен хворост. Только в пещере Грэхем наконец развёл небольшой костёр, чтобы согреться.

— Почему? — озадачился кузен, выглядывая из пещеры.

— Если бы мой супруг — дракон — захотел, нас догнали бы сразу. Поскольку драконов не было, значит, он не пустился в погоню. Зря с людьми разделились.

— Нет. На такие вещи нельзя полагаться на догадки и сердечные обиды. Это моя первая самостоятельная вылазка и будьте уверены, моя леди, она будет успешной! — констатировал Джеймс, загоняя меня внутрь и давая три часа на сон. После чего мы вновь двинулись в путь.

Время словно ускорилось. Если те несколько недель, что я пробыла вдали от собственных земель, казались тягучими и вязкими, то дорога домой придавала ускорения.

Я не замечала мелькающих деревьев, гор и холмов, сосредоточившись только на вьющейся передо мной тропе и на ощущениях: постоянной качки, лёгкого недосыпа и голода. Мы обходили стороной города и только на свободных землях стали забредать в деревни, чтобы купить еды.

Когда через шесть дней пути передо мной выросли стены замка, я была искренне удивлена и благодарна нашим лошадям. Хоть мы и меняли их пару раз, но всё равно они были измотаны и едва шли, мечтая скорее получить ведро воды и овса.

Стоило нам заехать в ворота, как многие обитатели замка выскочили на улицу, радостно приветствуя меня. Все мои сомнения и страхи тут же улеглись, оставляя место единственно верному чувству — я дома!

— Приветствую, с возвращением, моя леди, — как полагалось, произнёс дядя. Это удивило меня. Он словно стал спокойнее во время моего отсутствия, словно от огня остались только угли.

— Я рада вас видеть в добром здравии… дядя, — обратилась я к нему, акцентируя внимание на нашем родстве. Его я в этот раз ни в чём не винила.

— Моя милая, я так рада, что ты вернулась домой в целости! — стоило мне повернуть к стоявшей по правую от него руку Моргане, как она тут же промокнула слезу, собственноручно вышитым платком и кинулась меня обнимать, крепко цепляясь словно вновь боясь потерять.

— И я рада тебя видеть, тётушка.

— Нужно поговорить, — бросила я взгляд на дядю, получая молчаливый кивок головой.

Вот только зайдя внутрь, я почувствовала внутри себя зов, словно сердце замка звало меня к себе. Я видела, что он вновь был истощён и требовал силы.

— Скоро, — шепнула я, идя в кабинет, — в начале люди. Где Кенай?

— Велел запереть в комнате, — резко бросил дядя, вынуждая меня обернуться.

— Почему? — мои глаза налились кровью в то время, как сердце громко билось в груди.

— Потому что без тебя девчонка совсем от рук отбилась. Местные её уже хотели сжечь! Она чуждая нам, не такая. Думать надо было головой прежде, чем тащить духа к людям, — огрызнулся он, возвращая себе истинное лицо. — Подралась с мальчишками, одного чуть не сожрала, еле оттащили.

— Что?! — прикрыв глаза, я досчитала до трёх и вновь пошла к кабинету. Я ведь знала, что такое может случиться. Только надеялась на её человечность… — Она его укусила? Кто был зачинщиком драки?

Мои пальцы похолодели, а сердце