Приват для Крутого - Екатерина Ромеро
– Мне не нравятся ваши поцелуи! И вы тоже. Тоже мне очень НЕ нравитесь!
– Конфет переела?
– Конфеты ни при чем.
– Ах да, мною же детей пугать можно.
– Именно!
Я готова расплакаться, но мне проще оттолкнуть Савелия Романовича и наговорить ему всего, лишь бы оправдать то, что я по уши влюбилась в Крутого.
– Ну я уже понял, что не в твоем вкусе. Ты тоже не в моем и близко, – басит и целует меня в шею. Так близко, и вот мы вроде говорим одно, а делаем совсем другое!
– Вот и славно! Чудно. Значит, у нас все взаимно.
Затихаю, смотрю на реакцию Савелия Романовича, а она есть. Его взгляд потемнел, плечи напряглись, и я уже, честно, не знаю, зачем завела этот странный разговор.
– Ты тоже мне не нравишься, девочка. Аж плохо мне от тебя.
– Правда?
– Сама посмотри.
Берет мою ладонь и прикладывает к своему паху, а я в шок прихожу, потому что у Крутого там эрекция просто каменная, и я чувствую, как сердечко мое пустилось в галоп.
– Ого… вам больно?
– Еще бы, хроническое уже, – басит Савелий Романович осипшим голосом, а после наклоняется и впивается в мои губы поцелуем.
Отвечаю, позволяю, не сопротивляюсь. На этот раз Крутой целует меня более напористо, и вот его ладони уже у меня на талии, он привлекает меня к себе.
Секунда, две, три, его губы настырные, так же как и язык, который он проталкивает мне в рот. О боже, о мамочки мои, это что-то дикое, такое голодное и бешеное!
Какой он сильный и в то же время нежный со мной, а еще я чувствую его каменную эрекцию, которая выпирает из брюк большим таким бугром. Это отрезвляет, и я распахиваю глаза, смотрю на него, хлопаю ресницами.
– Вам совсем что-то плохо стало от меня. Отойдите лучше, не то скорую надо будет вызывать.
– Ага, санитаров, блядь. Иди сюда, девочка, лечить меня будешь.
Опомниться я не успеваю, уйти мне никто не дает. Савелий Романович с легкостью подхватывает меня на руки и несет в мою комнату.
Укладывает меня, как куколку, на кровать. Он все делает сам, довольно быстро, умело, без капли промедления.
Я на миг от этого сладостного кайфа теряюсь, но быстро прихожу в себя, когда Крутой с легкостью подминает меня под себя и я чувствую его возбуждение. Огромное такое возбуждение. Твердое как камень и прямо мне в промежность утыкается.
Крошки рациональности уже где-то орут. Вот это уже не игрушки.
Допрыгалась, Даша, Савелий Романович же трахнет меня сейчас чисто в целях профилактики.
Глава 26
– Подождите, Савелий Романович, давайте не будем спешить.
– Почему? Я вижу, ты тоже хочешь.
– Да, но…
– В чем дело, воробей?
Тот самый момент, когда вроде понимаешь, что уже взрослая. Мне можно все, но опыта ноль. Я не знаю, как себя вести, я не готовилась и вообще понятия не имею, как дальше играть амазонку, если я ни разу сексом не занималась.
Поднимаю на Крутого глаза. Пожалуй, правда тут не помешает.
– Мой цветок. Он не сорван, – говорю тихо, Савелий Романович меня отпускает, и я обхватываю себя руками. Да, может быть, я все запорола, но я реально не готова. Кроме поцелуев, у меня вообще опыта нет. Никакого.
– Не понял. Что?
Кажется, Крутой и правда не понял. Серьезно, о мама дорогая, еще и пояснять придется!
– У меня еще не было мужчины. Я девственница.
Моя правда производит эффект. Савелий Романович свел брови, буравит меня тяжелым взглядом, а мне стыдно.
– В смысле? А парень? Тебе же восемнадцать.
– Нет, я не ходила на свидания еще.
– Ясно.
Что-то он не рад. Совсем. Напрягся весь, аж руки от меня убрал.
– Это что-то меняет для вас?
– Нет. Моей хочешь быть, Даша? – спрашивает серьезно, и у меня только один честный ответ:
– Хочу.
Глубокий вдох, Крутой медленно снимает с меня майку, я остаюсь обнаженной до пояса перед ним. Затихаю, никакой брони нет, только не здесь и не сейчас с ним.
Молчу, только и могу, что хлопать ресницами. От смущения, желания, предвкушения и ощущения того, что я очень этого хочу.
Савелий Романович смотрит на мои груди как лев – так голодно, словно хочет сожрать. Становится опасно, стыдливо прикрываюсь ладонями. Мне до Киры далеко, наверное, он к другому привык.
– Не смей! Хочу смотреть на тебя.
Грубо, но честно. В этом весь Крутой.
Замираю, когда Савелий Романович накрывает ладонями мои груди, сжимает нежные полушария. Сначала одну грудь, а после вторую. Довольно ощутимо, но не больно. Он контролирует силу.
Крутит мои соски, делая их напряженными, а после наклоняется и обхватывает грудь губами, бьет по ней языком.
– О боже…
Я такого никогда не чувствовала. Когда ты в чужой власти и Он может делать с тобой, что хочет. Это приятно, так ново и очень-очень сладко. Тягуче, томительно и возбуждающе.
Приобнимаю Савелия Романовичами за шею, льну к нему ближе, еще ближе, а после он ладонь опускает мне на живот и забирается прямо в трусики.
– Ой, нет!
– Не бойся. Расслабься.
Стыдно, порочно и очень открыто. Этот миг, наша близость и мое падение в его лапы. Я слушаюсь Крутого беспрекословно. Конечно же, он ведет, и мне это нравится. Не больно, а наоборот. Опасно, по-взрослому и безумно приятно.
Савелий Романович трогает меня между ног. Нежно, осторожно так. Гладит по мокрым складочкам, быстро находит клитор и начинает ласкать его, не входя внутрь.
– Что мне делать? Как вам нравится?
Не пасую, целую его в ответ, но лезть к мужчине ниже пояса не рискую. Я неопытна, что делать, даже не знаю.
– Здесь.
Крутой берет мою ладонь и кладет себе на пах. Быстро подхватываю, осторожно начинаю гладить его, стараясь не застонать от того, какая там эрекция выпирает. Честно говоря, я боюсь представить его размер.
Мы лежим близко, я обнажена до пояса, а Крутой в одежде, но его рука у меня в трусиках, и то, что он там творит ею… это что-то противозаконное.
Я стала мокрой, я это чувствую, бабочки во мне проснулись и активно трепещут крылышками.
Савелий Романович гладит мой клитор двумя пальцами, бьет по нему, а после размазывает мою же влагу и опускается вниз, к складочкам, растягивает их у входа, и я чувствую,
