Сниму проклятье по фотографии или День Святого Валентина - Ольга Глюк
После моей удачной, на мой взгляд, тирады, Лиз как-то уж слишко по-взрослому оценивающе оглядела меня с ног до головы, чуть прищурившись, и слегка нагнула голову к правому плечу.
— Тебе больше двадцати лет. Ты практически бежишь по улице, низко опустив голову, шугаешься прохожих. Вздрагиваешь от любого громкого звука. Одета в бабушкин пуховик и дедушкины шаровары. Остришь незнакомым людям и у тебя, конечно же, нет парня. Иначе вы были бы сейчас у него на квартире и занимались бы... физкультурой, — Алиса продолжала и с удовлетворенной жестокостью смотрела, как мои глаза постепенно расширялись, а челюсть готова была встретится с заледенелым асфальтом, припорошенным снегом, — По твоим глазам я вижу, что попала в точку. Поверь мне, ты неудачница, детка. И поэтому я устрою тебе самую романтичную фотосессию за всю твою жизнь.
Заслушавшись речью школьницы, которая как-то переставала быть похожей на таковую, я чуть не пропустила последнюю фразу.
— Нет! Я не люблю фотографироваться! — вскрикнула я, отмерев от непродолжительного шока, — И вообще... Я тороплюсь!
Лиз подарила мне язвительную ухмылочку и, взяв под ручку безвольную меня, прогулочным шагом повела в сторону выхода из парка.
— И куда же ты торопишься, Рита?
Я покрутила головой в разные стороны и неопределенно махнула рукой:
— Туда. И вообще, как ты меня назвала?
Алиса звонко рассмеялась, прибавив шаг, и чуть приподняла руку, останавливая такси с желтыми симпатичными шашечками.
— Рита. Это другое сокращение от твоего же имени. Марго — как-то слишком жестко для твоего нежного и стеснительного, но чуть дерзковатого из-за цвета волос образа, — выслушав пояснение, я скривилась от недовольства. С раннего детства ненавидела свой ярко-рыжий, почти красный цвет волос, служивший постоянным поводом для обзываний и оскорблений моей чувствительной детской натуры. Когда в семнадцать лет прозвище "Ведьма" стало для меня именем собственным, я взбесилась и откромсала волосы до короткого "ёжика", перекрасив их в черный цвет. Пара подзатыльников от мамы были хорошим стимулом для полного перекрытия потока пессемистических мыслей — с того момента я и перестала обращать внимание на недостатки в себе, — И вообще... - передразнила меня Алиса, вытащив из лирических воспоминаний детства, — Ты шла в другую сторону. Так что, шевели батонами. Даже если ты и торопилась — ты по-любому уже опоздала.
Я в очередной раз воззрилась на девушку, даже чуть замедлив шаг.
— Сколько тебе лет? — задала я уже несколько минут интересующий меня вопрос.
— Двадцать, — во всю мощь неслабых легких расхохоталась "малолетка" и показала мне кончик языка, — И только не надо не верить, давай я тебе лучше паспорт покажу! Представляешь, меня даже вышибалы в клуб на девичник подруги не пускали!
Лиз практически насильно запихнула меня на заднее сидение автомобиля и обаятельно улыбнулась водителю.
— Куда ехать, малышка? — подобрел угрюмый до этого момента мужик с милыми черными усиками, покосившись в зеркало заднего обзора на своё красное щекастое лицо.
— Пока что туда, потом покажу, — кивнула девушка на главную улицу и, пристегнувшись, развернулась к заинтересованной мне.
— И как же, любопытно, ты доказала свой возраст?
— Станцевала им сприптиз, — пожала плечами она и похлопала по спине закашлявшегося водителя, — Да вы не волнуйтесь так, вам нельзя. Всё-таки наша жизнь под вашей ответственностью. А представляете, если с нами что-то случится, то её муж, — кивок на хлопающую глазами и не менее растерянную меня, — убьет всех, кто в нашей смерти виноват. А вот на следующем повороте налево.
Когда мы приехали на место, я успела обдумать сложившуюся ситуацию. С одной стороны, меня проще говоря, похитила какая-то незнакомая девчонка. Но с другой, неплохо было бы развеяться и отдохнуть в этот ужасный день, позабыв о всех своих проблемах и неприятностях.
— У меня дома домашние животные голодают, надо покормить, — выдвинула я последнюю отговорку, приподнимая в качестве доказательства полупрозрачный белый пакетик с кругленьким символом знаменитого на весь мир магазина самообслуживания.
Алиса заглянула во внутрь и, скептически приподняв бровь, перевела на меня взгляд:
— Хлеб?
— Мои питомцы не привередливые, — пожала я плечами, пряча улыбку в уголках губ. Я-то знала, что уже решила согласиться на эту бредовую затею, а сейчас ломалась просто из принципа и упрямства, — Мишка, Зойка и их детки вообще питаются всем подряд.
Такси привезло нас прямо к порогу высокого здания, в котором было, думаю, больше двадцати этажей. Типичный офис, элегантные белые и серые панели. Внизу, около зеркальных дверей, стояло пару охранников, одетых в черные официальные костюмы на манер Джеймса Бонда.
— Твои тараканы переживут один день без тебя, — засмеялась девушка, подталкивая меня в спину к входу. И как она догадалась? Просто мои таракашки уже перестали помещаться в мозгах и переселились на кухню двухкомнатной квартиры, на которую я съехала от родителей после поступления в университет, — Привет, Женя. Привет, Сеня, — жизнерадостно поздоровалась Алиса с мужчинами, а те устало закатили глаза, переглянувшись. По-моему, её тут просто "счастливы" видеть!
— Что с ними? — кивнула я на охранников, которые выглядели настолько зашуганно, как будто-то по меньшей мере только что увидели несущееся на них стадо слонов.
Лиз оглянулась, проследив за моим взглядом, и подмигнула, вызвав обреченный стон взрослых сотрудников офиса.
— Они обожают меня и страдают от неразделенной любви, — громко прошептала мне на ухо моя новая знакомая и с радостным смехом вприпрыжку отправилась к стойке, за которой стояла симпатичная женщина лет тридцати, с дежурной улыбкой приветствовавшая входивших, — Здравствуй, Анжела. Дай ключики от моей студии, — попросила Алиса, невинно улыбнувшись.
— Алиса Игоревна... - взволнованно заоглядывалась девушка, ища помощи, — Студия только-только отремонтированна после вашего последнего посещения...
— Анжела, ключи!.. — надавила Лиз, а охранники уже начали кидать взволнованные взгляды в нашу сторону. Когда "малолетке" надоело буравить взглядом секретаршу, она перегнулась через стойку и... с воплем выпрямилась, мгновенно набычившись и чуть не кинувшись рвать волосы Анжеле, — Где они?!
Мужчины вновь перегянулись и, поправив рацию, подскочили к взбешенной Алисе, встав по обе стороны от неё. Хоть эта троица и выглядела, как капризная звезда-подросток со своими телохранителями, сама ситуация давала понять, что защищали они скорее секретаря от этой "звездулинки", а не наоборот.
— Алиса Игоревна, ваш брат...
— МОЙ БРАТ?! — завизжала она, а я позавидовала силе голоса. Эх, если бы у меня такой голосище был,
