Подарок судьбы - Любовь Александровна Хилинская
— Здравствуйте! — произнесла «тещенька любименькая» высоким приятным голосом. — Игорек, иди вымой руки сначала, потом садись за стол.
— Мам, ты в своем репертуаре! — засмеялся Дима, поднимаясь и подходя к ней.
Он поцеловал мать в щеку, затем повернулся корпусом в мою сторону и добавил:
— Познакомьтесь. Это Анастасия Александровна, наша мама. А это Дарья, моя давняя знакомая, попавшая в трудную ситуацию.
При словах «давняя знакомая» я едва не поперхнулась, но затем взяла себя в руки и поприветствовала женщину, поднявшись с места и здороваясь.
— Наслышана, — сухо бросила она, проходя к свободному месту и усаживаясь на него. — Дмитрий сказал, вы с осени планируете выходить на учебу, а ребенка не с кем оставлять?
Бросив гневный взгляд на делающего вид, что оглох, Диму, я вздохнула.
— Вообще, я еще не решила, — неуверенно ответила и покрутила в руке вилку. — Я итак в огромном долгу перед вашей семьей, чтобы напрягать еще больше. Мне будет очень неудобно использовать вас в качестве няньки.
Неожиданно женщина засмеялась, глядя на меня поверх бокала с водой.
— Использовать меня, милая, еще никому не удавалось. Все, что я делаю, исключительно по своей воле. Так что, думаю, в этом мы разобрались. Как зовут малыша?
Ваню мы уложили в комнате, и я в камеру видела, как он сладко спит в новой люльке, нисколько не смущенный новым местом обитания.
— Иван, — ответил за меня Рома, сидящий напротив тещи. — Древнее русское имя, да, мам?
Она хмыкнула ему в ответ, после чего посмотрела на меня.
— Так звали моего мужа, — сказала просто и принялась за еду.
После ужина мы все переместились в гостиную. Я села в кресло, а Дмитрий почему-то выбрал местом для сидения его подлокотник, расположившись там с бокалом вина и обсуждая с сестрой новые веяния в системе обучения студентов. Анастасия Александровна, сославшись на усталость, ушла к себе в комнату, дети ускакали в свою, и в гостиной кроме нас четверых, включая мужа Ирины, никого не было. Тем интереснее казался мне выбор Димы, так как места имелось предостаточно.
Ноздри щекотал аромат его геля для душа, и я почти не слышала, что они обсуждают, потому как понимала, что со мной творится что-то странное. Бабочки в животе, желание видеть и слышать Дмитрия, ощущать его присутствие, касаться его… Это что, я влюбилась?
При этой мысли меня бросило в жар, и я резко втянула ноздрями воздух, привлекая к себе внимание.
— А я говорил, что этим двоим нельзя долго находиться вместе, — философски заметил Роман, подмигивая мне. — Более скучной беседы трудно себе представить. Давайте хоть фильм какой включим, развеем тоску. А вы можете идти в кухню и не насиловать наши уши вашим брюзжанием!
Ирина шутливо хлопнула мужа по плечу.
— Мы важные вещи обсуждаем! — сказала она с алеющими щеками. — Это и наших детей касается.
— Когда они соберутся в вуз, все тысячу раз изменится, — спокойно ответил ей Роман, щелкая пультом от телевизора. — Тогда и обсудим. И вообще, может, они будут настолько тупы, что не осилят даже школьную программу. Отдадим их в армию, фуражку носить много ума не надо.
Они бы еще ругались, но Дима поднялся, отставляя бокал на журнальный столик и оборачиваясь ко мне.
— Поеду я, — сказал он, — машину тут оставлю, завтра заберу.
Я зачем-то кивнула, ощутив сосущую тоску в груди от мысли, что он сейчас уедет.
— Я провожу, — произнесла тихо, поднимаясь на ноги.
Мы направились к выходу, Дима обулся, затем попрощался с вышедшими проводить его Ромой и Ириной и взглянул на меня.
— Здесь тебя никто не обидит, — сказал зачем-то, видимо, уловив в моих глазах страх. — Нам надо решить твой вопрос максимально бескровно, не пугая ни тебя, ни малыша. Надеюсь, что это случится в ближайшее время, и ты сможешь вернуться обратно домой.
Домой… Это куда, домой?
— Тем более, что я привык приходить и видеть вас в доме, мне теперь будет тоскливо одному, — добавил он и улыбнулся.
Я вышла вместе с ним во двор, молча дошла до самой калитки и остановилась, глядя, как мужчина усаживается в такси. Сердце щемило от понимания, что он сейчас уедет, а я останусь с Ванюшкой здесь без его помощи, боясь лишний раз потревожить приютивших меня людей.
Но мне следовало разобраться в себе, понять, что за чувства я начала испытывать к Диме, не является ли это вариантом стокгольмского синдрома, или просто благодарностью за участие. Или это все же влюбленность? Если так, то что же мне делать?
* * *
Спустя три дня все оказалось закончено. Из коротких обрывков разговоров я поняла, что Рома тоже подключился к решению вопроса с Даниилом, и теперь пребывала в крайнем нетерпении, ожидая, когда же меня посвятят в подробности. Но делать этого, как оказалось, никто не собирался.
— Твой бывший отказался от всяких прав на мальчика, — только и сказал мне Дима, отдавая нотариально заверенную бумагу. — И от тебя тоже. Он больше не будет пытаться преследовать тебя и причинить вред.
Рома при этом ухмыльнулся, пряча разбитые костяшки пальцев за спину. Ссадину на лбу у Димы мне тоже предъявили как результат неловкого падения. И на этом всяческие расспросы относительно того, как им это удалось, мужчины избегали.
— Ты напрасно пытаешься выведать, — качнула головой Ирина, когда я пожаловалась ей на трудности в общении с обоими. — Они ничего не скажут тебе. И мне тоже, — предвосхитила она готовый сорваться с губ вопрос. — Просто прими как данность, что в этой семье некоторые решения принимаются мужчинами, и это беспрекословно. Так уж заведено.
— Но я не принадлежу к вашей семье, — пробормотала я смущенно, — я же просто…
— Дима никогда ничего просто так не делает, — обернувшись ко мне, Ирина мягко улыбнулась. — Он представил тебя маме как давнюю знакомую, ну и в целом доверился и доверил. С посторонними так не поступают. Может, изначально он и сделал это по велению души или первому порыву, а потом переиначил. Так что тебе остается лишь смириться. Ну или не смириться, конечно, тут выбор за тобой.
Смириться. Или нет.
Я думала об этом всю дорогу домой, пока мы ехали из станицы, нагруженные вещами Вани едва не под крышу машины. Ира еще насобирала нам кучу, и я уже не знала, как благодарить ее за это, а она только отмахивалась, смеясь, что это
