Твои валентинки - Анастасия Стер

– Идем?

– Да… – хриплю я. Ничегошеньки не соображаю. Вообще.

Несколькими этажами ниже нас встречает настоящее извержение вулкана под названием «святой Валентин»: столько розового и красного не увидишь за целый год. Сердца спускаются с потолка красивыми гирляндами, конфеты в форме сердец украшают подносы, официанты с бордовыми сердечками вместо платков в петличках пиджаков снуют с бокалами розового игристого. Это неофициальное мероприятие, так что деловые разговоры не ведутся. Стенд с новым маминым проектом торгового центра окрашен в розовый цвет, а милая девушка в наряде ангела раздает брошюры потенциальным арендаторам площадей.

Кажется, я должна поздороваться со всеми, но мама, поймавшая мой взгляд из другого угла зала, качает головой: «Отдыхай». Гостей прибыло очень много, но сегодня толпа меня не пугает. Я обмякаю в руках Итана, который, как и обещал, не отходит от меня ни на шаг.

Мы шутим, участвуем в нелепых конкурсах и выигрываем билеты на колесо обозрения, которые я прошу отдать Изабель.

Вечер в компании Итана пролетает незаметно. Слишком быстро.

– День святого Валентина закончится через несколько минут. Наше соглашение истекает, Винс, – шепчет Итан поверх моей головы. – Какой праздник влюбленных без танца?

– Это уже чересчур, – со смехом протестую я.

– Фредс, давай. Последние пять минут, будь умницей! – не унимается Итан, увлекая меня к танцующим. – Давай потанцуем на прощание, – снова шепчет Итан, обнимая мою талию и привлекая к себе. Плавно покачиваясь со мною в руках, он терпеливо ждет, когда я сдвинусь с места, внимая первым аккордам «Until I Found You»[39].

Я сдаюсь этой настойчивости и тянусь к его плечам. Неловко переступая под завораживающий голос Стивена Санчеса, поющего красивые слова о любви, я поднимаю на Итана глаза и забываю обо всем на свете. О всех своих правилах, о сдержанности, о нежелании любить. Под ласкающим взором карих глаз мое сердце раскрывается, как цветок. Лепесток за лепестком. Обнажаясь, теряя броню. Не замечаю, как мои руки с плеч смещаются к его шее и нежно обнимают. Итан льнет ко мне, притягивая к себе на грудь. Это уже совсем не танцевальное объятие. С каждым словом песни наши лица друг к другу все ближе. По мере того, как нарастает и раскрывается мелодия, мое сердце бьется все сильнее.

Тихо-тихо, одними губами, Итан начинает подпевать. Ноги остаются на произвол судьбы. Они переступают сами, и лишь потому, что я до сих пор не свалилась, понимаю, что они продолжают функционировать.

Итан кружит нас и медленно прижимается лбом к моему. Мы так близко, что я чувствую его мягкое дыхание на своих губах. Слова песни ласкают слух и пускают по телу томительную дрожь. Не в силах бороться с нахлынувшими чувствами, я закрываю глаза, доверяя этот танец и всю себя Итану.

– Как тебе День святого Валентина, Винни? – севшим голосом спрашивает он, когда песня идет на спад.

– Ты сделал, что обещал, Итан. Спасибо тебе, – шепчу я, не открывая глаз и осторожно поглаживая его горячую шею над воротничком рубашки.

– Что будет дальше?

– Буква «М» над входом в «Мерсер», конечно же.

– Я спрашивал о другом, – отвечает Итан.

Я открываю глаза. Дыхание перехватывает от желания, читаемого в карих глазах.

– Ты у нас главный по мелодрамам, тебе и решать, – чуть слышно говорю я.

– Тогда, – Итан обнимает меня покрепче, – я наклоню тебя назад в такт мелодии…

Неуверенно улыбаясь, я прогибаюсь в спине с его помощью, а Итан склоняется ко мне, почти касаясь губами моих, и шепчет дальше:

– А когда прозвучит последний аккорд, я подниму тебя обратно к своей груди и поцелую.

– Отвечу тебе, как циник, Итан. Плевать на последний аккорд.

Подцепив за лацкан смокинга, я толкаю его на себя и прижимаюсь к раскрывшимся губам. Тихо зарычав, Итан сгребает меня в охапку и, распрямившись, отрывает от земли. Наши губы ласкают друг друга в первый и последний раз. Ничего больше не имеет значения. Я наслаждаюсь его губами и нежными уверенными ласками языка. Итан с легкостью держит меня на руках, обжигая теплом своего тела. Символично звучит «Yesterday» группы The Beatles, напоминая о том, что этот день остается позади. Пора возвращаться в реальность.

Мы обрываем поцелуй, когда чувствуем, что теряем контроль. Вновь прижавшись лбом к моему, Итан выдыхает и медленно опускает меня на пол. Я по-прежнему обнимаю его за шею.

– Что ж, Уинифред, дочь Саманты Леклер, – с мягкой улыбкой шепчет он возле моих губ. – Я никуда не исчезаю, и ты знаешь, на что я буду любоваться завтра утром и где. – Потеревшись носом о мой, он выпрямляется, и мне приходится его отпустить. – Но должен предупредить тебя. Я неугомонный. Не пускай меня в свое сердце, потому что иначе я его растоплю.

Слишком поздно, Итан.

Слишком поздно.

Весна

Я иду в «Мерсер», чтобы убедиться, что буква «М» в форме моста действительно украшает фасад над входом. Только поэтому и ни по какой другой причине. Я совсем не убегаю из дома от сестры и мамы, которые пищали от восторга из-за моего выхода в образе феи в фатине и жаркого поцелуя с регбистом. Вздор. Мне просто интересно взглянуть на букву «М». Мы с Итаном слишком разные, чтобы быть вместе.

Сияющая на февральском солнышке, изящная золотая «М» короной украшает вход в «Мерсер». Смотрится органично и минималистично, как и обещалось. Теперь картинка стала цельной. Я довольно улыбаюсь и обхожу ресторан, чтобы посмотреть на него с улицы. И, может быть, зайти на горячий шоколад.

Но заходить нет никакого смысла. Я вижу то, что вижу. В том же самом окне, за тем же самым столиком.

Парень, который целовал меня в эту полночь, сидит в компании брюнетки в синем свитере. Она смеется и чокается с Итаном бокалом шампанского. Треплет его по волосам и щелкает по носу.

Она красавица. Только это снова не я.

Отчаяние сжимает горло так, что я не могу нормально вдохнуть. Обхватив себя руками, я не в силах ступить ни шагу. Что-то горячее обжигает мне глаза и стекает сначала по одной щеке, затем по другой. Снова, снова и снова.

На ватных ногах я отворачиваюсь от этого ненавистного окна, чувствуя себя использованной и выброшенной мимо мусорного ведра.

– Красивая пара, не так ли? – слышится знакомый низкий голос за спиной.

Он еще и издевается надо мной?

– Не так ли! – рявкаю я.

– Винс! Я же шучу! Поверить не могу, что ты