Эгоистичная принцесса - Ада Нэрис
Она отвернулась, глядя куда-то в окно, на бледное зимнее небо.
— Я видела, как люди лгут. Как предают. Как топчут друг друга ради выгоды. Я видела, как наш отец, добрый и мягкий, позволял собой манипулировать. Как советники тянули из него деньги и власть. Как придворные улыбались в лицо и плевали в спину. И я поняла: этот мир болен. Он прогнил насквозь. Единственный способ вылечить его — сжечь дотла и построить заново.
— И ты решила, что ты — та, кто имеет право сжигать? — в голосе Рэйдо звенела сталь.
Тиара усмехнулась.
— А кто, если не я? У кого ещё есть сила видеть правду? У кого ещё есть магия света, способная очистить? Я не просила этой силы. Я не просила этого дара. Но раз он мне дан, раз я вижу то, чего не видят другие, — значит, я обязана действовать.
Она снова посмотрела на Скарлетт.
— Я не хотела убивать тебя, сестра. Поначалу. Я хотела, чтобы ты присоединилась ко мне. Чтобы мы вместе строили новый мир. Чистый, светлый, свободный от грязи. Но ты выбрала его. Ты выбрала любовь, эту липкую, грязную, человеческую привязанность, которая только мешает. И я... я разозлилась.
— Ты хотела убить меня, — тихо сказала Скарлетт. — Ты хотела забрать мою магию, мою жизнь, мою любовь.
— Да, — ответила Тиара без тени сомнения. — Потому что я считала, что так будет правильно. Что твоя магия жизни и его магия льда, соединённые с моим светом, создадут нечто новое. Нечто, что сможет очистить мир раз и навсегда.
Она замолчала, переводя дыхание. Тишина в зале стала невыносимой.
— Но когда ты упала, — продолжила Тиара, и в её голосе впервые появилась дрожь, — когда я увидела, как он кричит, как замерзает всё вокруг, как его горе превращается в ледяную бурю... я поняла. Поняла, что любовь существует. Что она реальна. Что она сильнее любой магии, любого света, любой тьмы. И что я... я никогда не знала её.
Она посмотрела на Скарлетт, и в её глазах стояли слёзы.
— Я завидовала тебе, сестра. Всю жизнь. Твоей силе, твоей страсти, твоей способности любить. Я хотела быть такой, как ты. Но не могла. И вместо этого решила уничтожить всё, что ты любишь.
Скарлетт слушала, и внутри неё боролись два чувства. Ненависть к той, кто пыталась её убить. И жалость к той, кто всю жизнь была так одинока, что единственным выходом стало безумие.
— Я не могу простить тебе того, что ты сделала, — произнесла она наконец, и голос её звучал твёрдо, но не жестоко. — Ты убивала людей. Ты разрушала жизни. Ты чуть не убила человека, которого я люблю больше жизни. Этого не простить.
Она встала и подошла к сестре. Встала напротив, глядя прямо в её заплаканные глаза.
— Но я не могу и убить тебя, — продолжила Скарлетт. — Потому что ты — моя сестра. Ты — часть меня. Часть нашей семьи. И если я убью тебя, я убью часть себя. Часть того, что делает меня человеком.
Тиара смотрела на неё с недоумением. В её глазах читался вопрос: "Почему? Почему ты не хочешь моей смерти после всего?"
— Потому что я выбрала любовь, — ответила Скарлетт на незаданный вопрос. — А любовь не убивает. Даже когда ей больно. Даже когда её предали. Любовь прощает. Не сразу. Не легко. Но прощает.
Она протянула руку и коснулась щеки сестры. Тиара вздрогнула, но не отстранилась.
— Ты будешь жить, — сказала Скарлетт. — В изгнании. Далеко отсюда. Там, где не сможешь никому навредить. Твоя магия будет запечатана. Ты станешь обычной девушкой. И, может быть, однажды, через много лет, ты поймёшь, что настоящий свет не требует жертв. Что он просто есть. И что его достаточно.
Тиара молчала. Слёзы текли по её щекам, и она даже не пыталась их вытирать.
— Почему? — прошептала она одними губами.
— Потому что я твоя сестра, — ответила Скарлетт. — И потому что надежда есть всегда. Даже для таких, как ты.
Она обернулась к Рэйдо. Тот стоял неподвижно, и в его глазах читалась борьба. Он хотел убить Тиару. Хотел отомстить за ту боль, что она причинила. Но он видел лицо Скарлетт, видел её слёзы, видел её выбор. И он принимал его. Потому что любил её. Потому что выбрал любовь.
— Пусть будет так, — тихо произнёс он. — Но если она когда-нибудь...
— Не будет, — перебила Скарлетт. — Я знаю.
Она снова посмотрела на сестру. На ту, что стояла перед ней, лишённая всего — силы, гордости, безумия. Просто девочка, которая так и не научилась любить.
— Прощай, Тиара, — сказала Скарлетт. — Иди. И постарайся найти свой свет. Настоящий.
Стражники подхватили Тиару под руки и повели к выходу. У дверей она обернулась в последний раз. Её глаза встретились с глазами сестры. И в этом взгляде не было ненависти. Только благодарность. И надежда. Та самая, о которой говорила Скарлетт.
Дверь закрылась. Тишина в зале стала другой — не давящей, а очищающей. Скарлетт медленно опустилась в кресло, и Рэйдо тут же оказался рядом, обнимая её за плечи.
— Ты поступила правильно, — прошептал он.
— Я не знаю, — ответила она, пряча лицо у него на груди. — Я просто сделала то, что велело сердце.
— Значит, правильно, — улыбнулся он. — Потому что твоё сердце никогда не ошибается.
Она подняла на него глаза, полные слёз, и улыбнулась в ответ. В этой улыбке было всё: и боль потери, и радость спасения, и надежда на будущее. Будущее, в котором они будут вместе. И в котором даже для самых падших есть шанс на искупление.
Розовый сад, некогда превращённый ледяной яростью Рэйдо в безмолвное хрустальное кладбище, теперь цвёл так буйно, как не цвёл никогда прежде. Алые розы, поднявшиеся из пепла, изо льда, из самой смерти, тянулись к солнцу тысячами упругих бутонов, и их аромат, густой и пьянящий, наполнял воздух сладостью жизни. Садовники разводили
