Пресекая их в зародыше - Эдвард Ли

- Меня зовут Марси. Что вы будете?

- Два пива плюс все, что вы захотите за мой счет, - сказал Рагуил.

- О, как мило!

- Надейся, что у них здесь нет Людовика XIII. Эта штука стоит сто баксов, - отметил Шарстед.

- Если они это сделают, я смогу себе это позволить. Но она, вероятно, захочет себе Огненный шар. Я предпочитаю пиво - это древнейший алкогольный напиток на Земле. История в каждом глотке.

- Как бы там ни было... Скажи мне...

- Потерпи. Стремись к терпению Иова, это очень положительная черта характера, - сказал Рагуил. - Начну с цитаты. "Запомни эту ночь, ведь это начало вечности". Это Данте, - он посмотрел прямо на Шарстеда.

- Хорошо. Мне-то что?

- Ты настолько наивен, невнимателен и линейно мыслишь, что сначала не поверишь ничему, что я говорю.

- Я? - удивился Шарстед. - Я наивный, невнимательный и линейно мыслящий?

Он посчитал это слишком суровой оценкой.

- Кошмар, который у тебя был, на самом деле не был кошмаром. Это было видение будущего. Ты был в Чистилище - вот что это за место. Ты не плохой человек, но и не самый хороший человек. После смерти ты не настолько будешь плох, чтобы попасть в ад, но и недостаточно хорош, чтобы попасть в рай. Вот твой шанс изменить это. Очень, очень немногим людям выпадает такая возможность.

Пиво было поставлено: "Буш Лайт" в пластиковых стаканчиках. Шарстед был сейчас настолько психически растерян, что даже не взглянул на эффектное декольте барменши, но не настолько психически растерян, чтобы забыть нахмуриться, когда сделал первый глоток прохладного пива.

- Хотите принять участие в розыгрыше омара, мои дорогие? - спросила Марси. - Это всего лишь пять баксов.

- Конечно, моя дорогая, - словно по волшебству, Рагуил достал пятидолларовую купюру и протянул ей. Взамен она дала ему билет. - Мне сегодня очень везет, Марси. Держу пари, что выиграю.

- Может быть, но, скорее всего, нет, - сообщила она ему. - Уже участвуют более десятка человек.

- Ах, тогда посмотрим, не так ли?

"Что, черт возьми, здесь происходит? - Шарстед задумался. - И что я делаю, сидя здесь с этим незнакомым чудаком?"

- Ты говорил что? Мало кому выпадает такой шанс? Шанс типа чего?

Рагуил выпил половину пива одним глотком.

- Шанс обеспечить себе место на Небесах после смерти.

- Но откуда ты можешь это знать? Ты знаешь, когда я умру?

- Я знаю.

- Когда?

- Я не обязан говорить, - Рагуил снова посмотрел на Шарстеда. - Ты ведь веришь в Бога, верно?

Нос Шарстеда сморщился.

- Я не знаю. Да. Возможно нет. Может быть. Эм-м-м... Вероятно.

- Полагаю, это неплохое начало.

- Так что? Глядя в бинокль, ты можешь сказать, когда кто-то умрет?

- Нет, нет, нет. Сканер Богохульств - это всего лишь инструмент идентификации. Он показывает нам проступки прошлого и будущего человека, а также присущую ему готовность. Мы используем его для принятия решений.

- Решений, да? - Шарстед теперь сидел, положив локоть на перекладину и подперев подбородок ладонью.

- Я Калигинавт, мистер Шарстед, - последовало следующее заумное заявление Рагуила. - Ты не знаешь, что это такое, поэтому я тебе скажу. Калигинавт - это особый вид ангелов...

- О, так ты ангел? Теперь я понимаю.

- Как и в любом обществе, на Небесах есть система. Это немного похоже на многие сегодняшние правительства, но мы называем его Трикетра.

- Трикетра, - пробормотал Шарстед. - О да, я слышал об этом.

- Исполнительная власть, представительная власть и судебная власть. Вот как ты можешь это представлять. Во-первых, конечно, это исполнительная власть. Ну, ты знаешь. Парень, один чувак, он наверху, заправляет всем. Бог, если хочешь. И нет никакого голосования за Его присутствие или исключение. Он там навсегда.

- Не так много демократии...

- Я никогда не говорил, что это демократия! - рявкнул Рагуил. - Мы просто переняли некоторые элементы этой системы правления. Но, конечно, Бог не может быть переизбран. Это было бы абсурдом и оскорблением логики. В конце концов, Бог - единственная совершенная сущность. Он создал все.

Шарстед махнул рукой.

- Это прекрасно.

- А знаешь, ты начал меня раздражать, - Рагуил слегка нахмурился. - Но, как я уже говорил, есть три части. Вторая - это что-то вроде представительной власти - Конгресс, Парламент и тому подобное. И в-третьих, судебная власть - Калигинавты являются ее частью.

- Судьи, - предположил Шарстед, продолжая бессмысленный разговор.

- В каком-то смысле да. Мы делаем грязную работу Бога. Мы его служители праведности и временные враги Противника.

Шарстед допил свое первое пиво - оно было ужасным и вонючим - и заказал еще.

"Мне больше нечего делать, так почему бы не послушать?"

Рагуил продолжил.

- Это идет циклично. Здесь конгрессмены избираются каждые два года, сенаторы - каждые шесть лет. Старое часто отвергается и заменяется новым.

- Я знаю. Давным-давно я ходил в школу...

- Ну, на Небесах тоже есть циклы голосования, - сказал Рагуил, но оглядел всех скучных посетителей. - Ты когда-нибудь замечал, что первые пятьдесят лет двадцатого века были экспоненциально хуже, чем вторые пятьдесят лет? В первые пятьдесят лет произошли две худшие и самые смертоносные войны в истории. Многочисленные экономические коллапсы, "пыльный котел", нашествие саранчи и пандемия испанского гриппа, унесшая жизни больше людей, чем Черная смерть. Вроде того. Но во вторые пятьдесят лет, конечно, были войны, вспышки болезней, восстание диктаторов и все такое. Но это была капля в море по сравнению с теми первыми пятьюдесятью годами или около того, верно?

Шарстед отпил еще пива, подумал об этом, отпил еще пива, а затем сказал:

- Да, наверное.

- Ну, видишь ли, наши циклы периодически меняются. Новый Небесный Парламент был избран примерно в 1950 году.

- То, что ты говоришь, - самая глупая вещь, которую я когда-либо слышал, - пробормотал Шарстед.

- Для тебя, да. У тебя ограниченное мышление. Ты человек.

- А ты нет?

- Нет, я же говорил тебе, я...

- Ты - ангел.

- Калигинавт...

Марси, барменша этого увядающего заведения, подошла и объявила:

- Через несколько минут мы выберем победителя лотереи! Скрестите пальцы.

- Конечно, мы это сделаем, - с энтузиазмом сказал ей Рагуил.

Но Шарстед