X-COM: Первый контакт (СИ) - Грей Денис

В квартире было темно, но выключатель, который располагался сразу за дверью на стене, он трогать не стал. Илья видел, что электричество отключилось не везде и на некоторых улицах все еще горели фонари. Также электричество могло быть и здесь, однако демаскировать себя, включив свет, Илья не решился. Крадучись в полной темноте и стараясь не издавать ни единого звука, он прошелся вдоль коридора и позаглядывал в каждую дверь, ведущую в жилые комнаты.

Слева была комната одной из семей. Двери были нараспашку, и их не надо было вскрывать, чтобы посмотреть, что происходит внутри. Занавески на одиноком окне сорваны. От этого в комнату проникало достаточно света с улицы. Посреди комнаты стоял небольшой обеденный стол. Четыре стула лежали на полу. Двухстворчатый шкаф стоял справа у стены. Следом за ним комод. У стен три кровати. Внутри царил беспорядок: шкаф распахнут, вещи валялись на полу, а ящики комода были выдвинуты и опустошены.

Стараясь не приближаться к окну, чтобы оставаться незамеченным снаружи, Илья внимательно осмотрел помещение. Его взгляд искал людей — пусть не живых, но хотя бы их следы, или тела. Однако комната, погружённая в хаос, не выдавала ни малейшего намёка на присутствие кого-либо. И всё же едкий запах аммиака витал в воздухе, но источник его явно скрывался где-то за пределами этой комнаты. Не здесь!

В следующей комнате тоже было как и в предыдущей: дверь открыта, внутри всё перевернуто. Все шкафы и комоды раскрыты, а их содержимое валялось на полу. Стол и стулья лежали на боку, а с двух кроватей, что были вдоль противоположной стены, сбросили даже постельное. Складывалось впечатление, будто в этих комнатах происходило ограбление, или скорее производили обыск. Первую версию можно было отбросить. Воры так не работают! На своем хоть и небогатом опыте Илья уже знал, что будь здесь вор, он бы никогда не стал всё переворачивать. Обычно эти делают всё деликатно, и вещи остаются на своих местах. Пропадает только самое ценное! А здесь всё вверх дном…

«Тогда зачем всё переворачивать?» — задал Илья сам себе вопрос. «Не эти же твари здесь что-то искали?» — он почесал изрядно запотевшую спину. Всё-таки куртка летчика была очень теплой, и по его спине вовсю катились капли пота. «А что могло им понадобиться в квартире обычных людей? Оружие искали?» — пытался построить логическую цепочку Илья. «Так у них самих, похоже, с этим проблем никаких нет. Может, еду? Это было вполне вероятно! Вломились сюда, что найти жрать. Вот и рылись!» — решил Илья.

Так и не придумав ничего лучшего, что объясняло бы хаос в жилье людей, он еще раз осмотрел комнату. Здесь тоже не особо воняло. Источник был в другом месте. И тел хозяев он также не обнаружил. «Интересно, а где люди?»

Вдруг из одной из комнат, что были дальше по коридору, донесся слабый шорох. Илья замер, а затем медленно двинулся на звук. Пистолет был наготове. Шорох повторился. Слева! Впереди было Т-образное разветвление. Коридор заканчивался стеной, а слева и справа были еще комнаты. Насколько Илья помнил, планировка этой квартиры ничем не отличалась от его коммуналки. А это значило, что слева была кухня, а справа — санузел, объединенный с ванной. Здесь, в отличие от коммунальной квартиры, где он жил, комнат с отдельными санузлами не было.

Илья на цыпочках прокрался вдоль коридора и замер перед разветвлением, плотно прижавшись к стене. Что-то хрустело и шуршало там, за углом, где определенно была кухня. Через большое окно в этой комнате проникало достаточно света, и Илья отчетливо видел край газовой плиты и рукомойник, что стоял у стены.

Он затаил дыхание, стараясь не выдать своего присутствия. Сердце колотилось так громко, что казалось, его слышно даже за углом. Шорохи становились все громче, и сейчас он отчетливо слышал вонь аммиака. Кто-то явно был на кухне, и это был не просто случайный скрип старого дома.

Илья не стал долго думать о том, кто там может быть и что он там делает. Явно, если воняло аммиаком, то живых людей там нет! Это он уже усвоил как «дважды-два». А то, что могло там находиться и кто мог шуршать, того не жалко. Он не сомневался, что это очередная гадина, которая влезла сюда, сломав дверь, и теперь вовсю хозяйничала чужим добром. Плевать на эту тварь. Пуля вмиг успокоит!

Илья двинулся вперед, сжимая оружие в руке. Запах аммиака становился все сильнее, разъедая ноздри и вызывая слезы. В полумраке что-то шевелилось, издавая странные скребущие звуки. Он не стал ждать, пока это «что-то» проявит себя. Только силуэт мелькнул на мушке, Илья плавно нажал спуск. Выстрел грянул оглушительно, эхом разнесясь по помещению. Вспышка осветила на мгновение серые стены и что-то, что упало на пол с глухим шлепком.

Он подошел ближе, держа пистолет наготове. Оказалось, что это была такая же мартышка, какую он вырубил на Плеханова! Только эта была гораздо меньше размером. Тварь лежала дохлая и не шевелилась. Видимо, она влезла сюда через сломанную дверь. Оружие мартышки, ее странный пистолет, мгновенно рассыпался на мелкие кусочки, как и у всех, которых Илья убивал до этого. Чем эта тварь тут занималась, он так и не понял.

И удивительно ведь, попал! Илья подошел и пнул уродливую тушку ногой, убедившись, что она мертва. «Вот же дрянь…» — пробормотал он, оглядываясь. В углу что-то снова зашевелилось. Он повернулся, готовый стрелять, но это была обыкновенная ворона. Птица, громко каркнув, выпорхнула через приоткрытую форточку и вмиг исчезла, растворившись в ночном пейзаже среди черных деревьев.

«И что ворона делает здесь ночью?» Проводив глупую птицу глазами, Илья подошел ближе к окну, благо частично прикрытые занавески позволяли не бояться, что его заметят, и внимательно посмотрел на небо. Ему показалось, что-то самое синее свечение стало еще сильнее. Теперь белесые молнии чаще проскальзывали по небу и стали гораздо длиннее и шире.

Не зная, что и думать по этому поводу, Илья вернулся к делам более насущным.

Он пошире открыл форточку, чтобы хоть немного проветрить помещение от гадкой вони аммиаком, и осмотрел кухню. Практически весь пол у окна был покрыт тонким слоем зеленых водорослей. Особенно толстые побеги шли от раскрытого холодильника и до темных бугорков, что были в углу стены под окном. Выпуклости под ковром из водорослей были слишком малы, чтобы сразу броситься в глаза, и уж очень сильно заросли этими самыми водорослями, поэтому Илья не сразу их заметил.

Илья осторожно поддел один из бугорков. Это были кости — несомненно, человеческие. Он разворошил еще один холмик, и увиденное повергло его в шок. Под толстым слоем водорослей лежал череп. Маленький, хрупкий, детский. Вокруг него, словно драгоценное обрамление, сохранились локоны светлых волос.

Илья замер, ощущая, как холодный пот стекает по его спине. Руки дрожали, но он не мог остановиться. Осторожно раздвинув водоросли, он обнаружил еще кости — ребра, фаланги пальцев, фрагменты позвоночника. Все они принадлежали ребенку. Сердце Ильи сжалось от ужаса.

Внезапно среди костей что-то блеснуло. Это был маленький самодельный браслет из узкой полосы медной пластины с немного топорно выполненной чеканкой на его лицевой стороне. Илья поднял его и протер пальцем от грязи. На поверхности проступили едва различимые буквы: «Анна». Это было имя. Имя ребенка.

Илья не выдержал. Ему захотелось здесь всё сжечь к чертовой матери! Его пальцы сжались в кулаки, ногти впивались в ладони, но боль лишь подстегивала ярость. Он оглядел комнату — эти стены, этот беспорядок, эту жизнь, которую больше не вернуть. Каждая деталь, каждый предмет казались теперь врагами, насмехающимися над его бессилием.

Он шагнул к столу, схватил первую попавшуюся бумагу, смял ее и швырнул в угол. Потом другую. И еще. Но этого было мало! Он сдёрнул занавеску с окна. Огонь. Только огонь мог очистить это место, стереть всё до основания!

Он рывком открыл ящик, вытащил оттуда спички, достал одну, чиркнул ею раз, другой. Пламя вспыхнуло, такое маленькое, такое послушное. Огонь лизал древко спички, медленно, почти нерешительно. В его глазах отражались языки огня, а в душе — странное облегчение. Пусть горит. Пусть всё здесь сгорит! Он уже поднёс спичку к занавеске…