Операция: Сибирь - Уильям Микл

Бэнкс быстро пересек комнату, вышел в коридор и вошел в комнату напротив. Он проигнорировал мертвого ученого на кровати и пошел прямо к окну, из которого открывался вид на высокие купола комплекса. Он успел увидеть, как камень высокой дугой вылетел из тумана и разбил высокий купол вольера. Звук удара донесся до него даже через окно, как и громкие крики Альмы. Это звучало как триумф, а еще больше - как смех.

Еще два удара раздались один за другим, когда он возвращался в другую комнату.

- Они бросают камни в стеклянные дома, - сказал он, - как пара чертовых детей.

- Может, они и есть именно это, - тихо сказал Галлоуэй. - Может, они не знают ничего лучшего.

- Да, - ответил Бэнкс, - это все хорошо и правильно. Но моя работа не в том, чтобы учить их манерам; вряд ли они позволят мне отшлепать их по задницам. Пока они развлекаются с куполами и оставляют нас в покое, я просто позволю им наслаждаться.

- Капитан? - сказал МакКелли у окна. - Есть еще кое-что.

Бэнкс снова подошел к окну. Туман поднялся, и теперь было видно все вольеры за асфальтом. Всего в ста метрах от них большой пещерный лев питался тушей мертвого оленя. Четыре волка осторожно кружили вокруг него, но каждый раз, когда один из них подходил слишком близко, лев рычал в знак вызова, и волки отступали.

- Они добыли пищу, а лев ее украл, - сказал Галлоуэй, стоя рядом. - Довольно типичное поведение.

Один из волков рискнул и попытался прокрасться вперед. Лев зарычал и встал, демонстрируя свою огромную силу меньшим волкам. Это произвело на стаю достаточное впечатление, чтобы она отступила. Но кое-кто не испугался. Камень полетел откуда-то слева и приземлился прямо рядом с львом.

Второй прилетел, более плоский и быстрый, и ударил огромное животное в бок. Оно убежало с воплем боли, разгоняя волков, которые также бросились бежать, когда две Альмы подошли к туше оленя и наклонились, чтобы поесть.

Теперь, когда он увидел их вместе, Бэнкс заметил, что одна из них была меньше другой примерно на 30 сантиметров и светлее по цвету, более красновато-коричневая.

- По одному каждого, - сказал Галлоуэй.

- Сумасшедший ублюдок надеялся спарить их.

Бэнкс не стал спрашивать, о каком сумасшедшем ублюдке идет речь. Он наблюдал, как звери отрывали куски мяса от туши оленя и запихивали их в рты, которые казались переполненными зубами. В тот момент они выглядели менее человеческими, а больше обезьянами, но это впечатление изменилось в мгновение ока, когда лев, прижавшись к земле, подкрался вперед, пытаясь вернуть тушу.

Более крупный из Альм сделал одно плавное движение, как полевой игрок, ловящий мяч, наклонился, поднял камень и бросил его, сильно и быстро, из-под руки. Камень полетел ровно и точно и попал льву в правое плечо.

Большая кошка убежала без звука, но не быстро и с заметной хромотой.

Альмы наблюдали за ней, пока не убедились, что лев больше не способен сражаться, а затем возобновили трапезу.

Справа от Бэнкса стояли мамонты, все еще в оборонительном круге, все еще начеку. Далеко слева, под отдаленными утесами, он едва мог разглядеть дюжину более темных, бочкообразных зверей, куда шерстистые носороги ушли, чтобы избежать конфликта. Не было никаких признаков других лосей, кроме мертвого, над которым стояли Альмы.

Его взгляд привлекло какое-то движение, и он поднял глаза. Шесть огромных грозовых птиц кружили в термальном потоке, в сотнях метров над тундрой, спиралью облетая то, что, как они надеялись, станет легкой добычей, когда Альмы закончат свое пиршество.

- Вся банда здесь. Все красные от крови, - пробормотал он.

- И от клювов и когтей, - добавил Галлоуэй, следуя за взглядом Бэнкса. - Сумасшедший русский все-таки получил свое зрелище, хотя и не дожил до него.

* * *

- Я могу пристрелить самого большого прямо сейчас, - сказал МакКелли.

Он поднял оружие, прицеливаясь в место, где кормились звери.

- Оставь его, - ответил Бэнкс. - Он слишком далеко, и если ты просто ранишь его, то только разозлишь. Пусть кормятся. Это может их замедлить.

Он похлопал МакКелли по руке.

- Кстати, о кормлении, нам пора что-нибудь перекусить. Я вас здесь подменю - идите и соберите все, что сможете найти на кухне. Мы забыли об этом в суматохе. Где-то здесь еще должен быть хлеб, сыр и мясо. Только икры нет - и уж точно нет водки.

Галлоуэй и Уотерстон остались рядом с Бэнксом, и все трое наблюдали за тем, как Альма кормится в тундре.

- Знаешь, это могло быть великолепно, - сказал Уотерстон. - Если бы только он сдерживал свое "эго".

- Да. Похоже, его "эго", небрежное использование материалов, чрезмерное употребление гормонов, клонирование больших волосатых оранжевых ублюдков и убогая охрана - все это помешало ему добиться большого успеха, - лаконично ответил Бэнкс. - Это, и то, что его съели, конечно.

Галлоуэй чуть не выплюнул кофе, пытаясь не смеяться.

- Думаю, я процитирую это в своем отчете.

- Давай, - ответил Бэнкс. - В любом случае, я скажу то же самое своему полковнику.

- А наш транспорт? - спросил Уотерстон. - Он будет достаточно большим, чтобы мы могли взять Смитсона с собой?

- Мы не оставляем людей, если можем этого избежать, - сказал Бэнкс. - Ваш человек - наш человек. Мы доставим его домой.

Это напоминание заставило его осознать, что пора подумать о логистике. Их снаряжение все еще находилось в фюзеляже самолета "Лир Джет", а на взлетной полосе лежал мертвый человек. В то же время им нужно было защищаться от нападения, будь то брошенные камни или стая волков. Он все еще обдумывал это, когда МакКелли вернулся с подносом с хлебом и холодным мясом. Он позволил остальным поесть, а сам остался на страже у окна. Сначала он был поглощен логистикой безопасного спуска всех на взлетно-посадочную полосу, поэтому ему потребовалось несколько секунд, чтобы заметить, что внизу чего-то не хватало.

Альмы все еще сидели на корточках вокруг туши оленя, мамонты по-прежнему стояли в кругу, а носороги все еще были собраны вдали, на равнине под серыми скалами. Лев сидел в угрюмом настроении у темного водоема в ста метрах к западу, облизывая свои раны; волков нигде не было видно.

- 14 -

-