Графиня Суровая - Галина Дмитриевна Гончарова
Когда дети уже давно спали в своих кроватках, и приставленные к ним служанки тоже дремали.
Вот тогда Летицию и пробило.
Она ревела на кровати, всхлипывала, кусала подушку, чтобы заглушить вой, который рвался изнутри, но судороги скручивали тело, ее бросало то в жар, то в холод, слезы текли неконтролируемо…
Она сильная!
Очень сильная!
Но… есть же всему предел! И ее стойкости тоже!*
*- напоминаю, на тот момент синьоре около 38 лет, она практически все время после родов жила в зоне постоянного стресса, даже не зная об этом, и когда расслабилась — получила по полной программе. Прим. авт.
Как-то все в один миг навалилось на ее плечи!
Тут и роды Жерома, и смерть Карло, и угроза нищеты, и неожиданная помощь, и потом…
Кажется, тишину соблюсти не получилось, но в какой-то момент ей стало все равно, и Летиция взвыла в подушку, чувствуя во рту вкус собственной крови…
А потом от подушек ее оторвали теплые уверенные руки.
Обняли, и она уткнулась в плечо синьоры, пахнущее лимоном и почему-то черным перцем. И разревелась еще сильнее, понимая, что она не одна. Что все будет хорошо.
Теперь — точно будет.
Варя не спешила.
Когда прибежала служанка и сообщила, что с синьорой истерика, Варя поспешила к Летиции.
Ну, истерика.
Бывает, что в этом такого странного или страшного? Еще и похуже бывает! Варя видела, что может случиться, когда человека до края доведут.
Вены себе не режет, из окна не прыгает, голову об стену разбить не пытается?
Уже хорошо.
А что воет… поплачет — и проще будет.
Так что своей очереди ждал кувшинчик с горячим глинтвейном, ждали сладости, даже если сейчас не до них, все равно пригодятся, а Варя утешала женщину и думала что они ровесницы.
Если смотреть телесный возраст.
А если по уму…
Варя моложе. Но у нее совсем другой опыт. И другое восприятие мира. Для нее многое до сих пор похоже на игру, она понимает, что сохраниться и перезагрузиться не выйдет, но…
Но! Принять происходящее близко к сердцу у нее тоже не получается. Ей весело, интересно, переживательно, но вот так, чтобы выть, чтобы сердце от гнева и горя заходилось… варя не знала, что с ней должно для этого случиться. И предпочла бы обойтись без таких экспериментов.
А Летицию накрыло.
Рецепт тоже известен.
Дать прорыдаться, напоить горячим и уложить спать. Можно даже рядом посидеть, чтобы кошмаров не было.
Проснется — как новенькая.
Так Варвара и поступила. И по голове погладила, и спать уложила, и даже на Джузеппе цыкнула. Общага — хорошая школа жизни, быстро научишься в людях разбираться, и она отлично видела — парень неплохой, но слабый. Вот как флюгер. Если его с братом сравнивать, Наполеон — громоотвод, не свернешь, не сломаешь, а Джузеппе — флюгер, куда подует ветер, туда и вертеться будет. Ему бы приличную женщину, из тех, которые в семье командовать любят. Будет она его всю жизнь строить, вот и ладно.
Варя такого не принимала для себя, но это ж она! Чего под свои вкусы других подгонять?
Надо будет поискать.
Да что там!
Двоих девушек уже искать надо! Даже, наверное, троих!
Две штуки — Бонапартам, и одну собственному брату. А что? Почему род Прозоровских без наследника? Равняйсь, смиррррна и шагом марш жениться!
А Бонапартов вообще надо привязывать к России.
Обойдется Франция без такого перспективного и талантливого корсиканца, а Россия без войны, без сожженной Москвы… простите, Михаил Юрьевич, Вы «Бородино» не напишете. Ну и что?
Талантливый поэт во всем талантлив, так что будет другая поэма. И люди целее будут!
Вот, еще пара лет тут, во Франции, а потом домой — и искать!
Вот еще бы со своей жизнью разобраться… но это лучше делать с позиции силы. Нет, не морду бить! Не заслужил ее супруг такого, скажем прямо. Развелся — за измену, и то первый раз простил. Что дочь черт-те куда определил, так мужчины и похлеще глупости совершают, он же не знал, какая холера эта делафониха? Откуда ему? Не разбирается он в бабах, тоже бывает! А так… даже приданое вернул. По-честному.
Но разговаривать с ним Варя все равно будет, когда у нее будет достаточно денег. Потому что Наташа.
Девочка ее любит, девочка не перенесет возвращения в этот Смольный, чтоб ему всему! И вообще, у нее возраст такой. Детям в подростковом возрасте вредно смотреть, как ругаются родители. И в любом возрасте вредно.
Самое забавное, кстати, что тут подростков нет. Есть или дети — или взрослые. И замуж выдавать можно с двенадцати лет… никого ничего не удивляет! Радость педофилов!
Варя решительно выкинула из головы все ненужные мысли, улеглась в кровать и закрыла глаза.
Спать!
У нее еще столько дел впереди! Не выспится — точно проблемы будут!
Варя медленно, контролируемо, расслабила мышцы, начиная с ног и кончая мимическими, потом принялась считать от одного до девяти, размеренно дыша на каждый третий счет, и примерно через десять минут отключилась.*
*- если кто-то не может уснуть от перевозбуждения, а спать НАДО — попробуйте. Методика помогает, главное — последовательно расслаблять все мышцы. Прим. авт.
* * *
После устроенной истерики Летиция не представляла, как в глаза хозяевам смотреть. Но — надо. Так что к завтраку она спускалась даже чуточку настороженно, и платье выбрала самое строгое, и волосы уложила, и… и была встречена радушной улыбкой.
Словно и не было вчера ничего.
— Добро пожаловать, синьора!
Стол был накрыт немного непривычно, и детей за него почему-то пустили, но те вели себя неожиданно хорошо, даже малыш Жером. Кушали, старались…
— Я не знаю, что можно детям, потому — каша с фруктами и компот, — созналась Варя.
— Все можно, — удивилась Летиция.
— Аллергии у них нет?
— Аллер…?
— Когда к примеру, съев ложечку меда человек начинает задыхаться, или прыщами покрывается. И то не обязательно мед, может быть на любой другой продукт?
Летиция заинтересовалась.
— я слышала о таких болезнях. И даже видела… это можно лечить?
— Нет. Только исключить аллерген, — сложные слова Варя произносила на русском, Летиция уселась рядом, и принялась расспрашивать. Варя рассказывала.
Слово за слово — и из-за стола дамы встали если и не подругами, то вполне-вполне приятельницами. Обе были настроены доброжелательно, обеим было интересно, обе
