Изгой - Александр Олегович Анин

— Что-то в этом есть. — многозначительно проговорил мундир, впадая в задумчивость.

Всё это было здорово, только Никита тоже был бы не против не просто обладать предсмертным тараном, но и как-то ещё разнообразить свои способности.

— Волейслав?..

— А? — оторвался от наблюдения за округой через магические линзы мундир.

— А для таких, как я, есть какие-то тренировки, чтоб дар раскачать?

— Ну, лично меня отец учил помогать даром при метании ножей, но сейчас это несколько неуместно.

— А что представлять надо?

— Силу, которая помогает попасть в нужную точку. — пояснил спецуполномоченный.

— И как ты представляешь силу?

— А её не представляешь, а ощущаешь.

— Ага, уже проще. — получив ориентир, ответил Смолин и, достав свой новый нож, попытался ощутить силу, удерживающую его в воздухе.

Десятки попыток не прошли даром, и к вечеру Никита ощутил эту пресловутую силу, которая смогла удержать несколько секунд его нож.

***

Десятки километров заснеженного пространства. Редкие деревни по берегам реки, некоторые даже обнесены крепостной стеной.

Именно в такой небольшой крепости и ночевали первую ночь путники.

Полтора десятка домов прятались за высокими воротами. Всего три дома из них были жилыми, остальные для путников.

Общее пространство, сундуки-кровати, посредине печь с чугуной плитой. Ночёвка стоила тридцать белок с человека, и это прекрасная цена, поскольку ты в тепле, есть, где спать, и горячая еда. Место выбрано точно и способно принять на отдых большой торговый караван. Хозяева позаботятся о конях, если надо, то можно и баню сделать, но воду носить самому, да и дрова за отдельную стоимость.

Подкинув в печь дров, сыскари разместились по койкам, блаженно наслаждаясь теплом и отдыхом.

Никита усталости особо не чувствовал, так, небольшое психологическое утомление оттого, что целый день кулем провалялся в возу. Если бы не упражнения с силой, то он бы вообще взвыл от безделья, но сейчас он поймал нужное состояние и старался закрепить его в чувственной памяти.

Его смелые эксперименты вызывали одобрительные кивки и взгляды серых мундиров, что в принципе для Никиты было дико. Домашние менты давно бы уже на дыбы встали, начни он дистанционно манипулировать с клинком, а тут одобрение.

Впрочем, если мужики все с каким-нибудь даром, а шагнуть на новую ступень можно только умерев, то сразу понятно, что ножичек у них страха не вызывает, но как тогда они мочат тех же одарённых татей? Впрочем, Волейслав уже упоминал сферу вакуума, но что мог противопоставить одарённым он? Ошеломить ударами в пах, в горло, в подбородок и затылок, а дальше? Свернуть шею?

— Мужики, а тати ведь одарёнными тоже бывают? — поинтересовался он.

— Конечно. — ответил Волейслав.

— Я вот прикидываю, если нападут, мне-то что делать?

— Убивать всеми возможными способами. — коротко ответил спецуполномоченный.

— Так это ж результата может не дать?

— Как не дать? Если отсечёшь голову, то никакой переход на новую ступень татю не грозит, а ты его дар впитаешь.

— Так, а если он как я?

— Без головы? — ухмыльнулся Можжевелов.

— Ну да, опять затупил… — смутился Никита.

— Ты зря опасаешься. Мы же все тут одарённые, и напасть на нас могут только прыгуны, но… Прежде чем прыгнуть, им нужно поставить метку, а чужую магию любой из нас почувствует и либо выставит щит, либо выставит ствол ружья. Ну, а получив свинец в организм, пользоваться даром сразу не получится, сам понимаешь, что болевой шок, и всё такое. Ну а там сфера вакуума или огненная сфера, и всё.

— Так что, сгоревший уже не восстанавливается? — решил уточнить Смолин, догадываясь, что прыгуны — это владеющие телепортацией или чем-то схожим.

— Ну а как? Вообще-то гореть — это очень больно, да и дышать там нечем. Но тебе остаётся только быстро орудовать ножиком, чтоб отделить чужую дурную бо՛шку. Только учитывай, что у нападающих точно такие же задачи. Только тут опять у нас некое преимущество. Прыгуны могут нападать по одному, иначе рискуют столкнутся, а на их скоростях это гарантированная неспособность продолжать бой.

— А если у прыгуна не один дар?

— Считай повезло, заберёшь все.

— Да я не о том. Вдруг успеет очухаться и молнией или ещё какой хренью приложит?

— Жить хотят всё, так что, если очухается, то в невыгодной ситуации, сразу разорвёт дистанцию, чтоб прийти в себя и выбрать новый момент для атаки.

— Но ведь они действовать могут группой? — не унимался Никита.

— И? — не понял намёка Волейслав.

— Ну, к примеру, он прыгает, рубит или стреляет лошадь, и всё, мы встали. Дальше вопрос времени и количества людей и патронов.

— Почти всё так, только ты мыслишь критериями дистанционного боя. Единственная наша ценность — это дар. Нас нужно убивать так, чтоб этот дар впитать, а это очень и очень долго и очень непросто.

— В чём непросто? Стоит нанести ранение, и пока человек в шоке, прыгун прыгает на этот участок обороны, стреляет из револьвера в раненого, добавляет выстрел, два по соседям, и прыгает обратно, возможно что и с раненным. У вас ружья однозарядки, и быстро реагировать вы не сможете.

В комнате повисла гнетущая тишина.

— Револьверы у нас тоже есть, но, надеюсь, они до этого не додумаются. — секунд через двадцать ответил Мидар.

— Их ещё нужно успеть вытащить. — озадаченно проговорил не представленный землянину возница.

— А у вас вообще учёт одарённых есть? Есть службы, которые отслеживают количество даров у одарённых, кто откуда их взял, и всё такое? — поинтересовался Никита.

— Так мы и есть эта служба. — ответил Волейслав.

— Так откуда тати? — явно не понимая ситуацию с войной на дорогах, поинтересовался Смолин.

— Так из-за кордона, чужие. — ответил ему Можжевелов.

Тяжело вздохнув, Никита завалился на свою кровать, продолжая своё роднение с кинетической силой. Всю или не всю правду ему рассказали, было под вопросом, а себя прокачивать нужно при любом случае. Обретение способностей теперь особо не радовало, нож он контролировал не дальше метра от себя, а это катастрофически мало. Оставалось радоваться, что не все мужики в этом мире маньяки, повёрнутые на обретении чужого дара. Впрочем, именно об этом ему судить рано, ведь неизвестно, что приготовили ему местные. Может, его везут на заклание, а он ни сном