Тайны под руинами веков - Александр Берг
Я наконец-то добрался до десертных эльфийских булочек. С удовольствием сжевал выпечку с начинкой из ягод без косточек под охлаждённый сок. Накинув камзол, раскланялся с присутствующими и вместе с Сияной и аристократами двинулись на выход, огибая некоторых пошатывающихся посетителей ресторана. Мастер Пакко повис между своими собратьями на их плечах и выводил пьяненьким голосом "Вершина". Гномы, ему подпевая, вывалились из заведения и там с новой силой загорланили. Ну, это как всегда. Самое удивительное, что Пакко утром будет бодр и свеж. Расступившиеся перед нами канцелярские коротко кивнули, хлопнули кулаком себя в грудь и почти ровной походкой тоже покинули ресторан.
Ягодка немного по возмущалась, отворачивая голову от моих алкогольных выхлопов, но всё же вошла в положение и позволила себя оседлать. По пути моя голова проветрилась, и я тихим голосом стал напевать песню мушкетёров, всплывшую в такт мирному покачиванию в седле. Неожиданно барон Аластар подхватил незатейливый мотив. Граф с виконтом и братья Крамир, переглянувшись, добавили свои голоса. Песня заразительно зацепила нас, и весь путь до особняка учителя мы громко пели "Судьбе, не раз шепнём: Мерси, боку!". Распугали всех встречных тёмных личностей. Кто-то обматерил из открытого окна одного из домов, и мы нарвались на стражников, патрулирующих ночные улицы. Те, признав графа, выстроились за нами и составили компанию. Вид мы имели забавный: карета с нашими хихикающими женщинами, обалдевший кучер на облучке правит лошадьми. Шесть всадников, покачиваясь в сёдлах, поют на разные голоса песню мушкетёров и топающие следом дюжина стражников, полязгивая металлическими частями брони. Даже появилась мысль попросить их подпевать, но вовремя спохватился, что не солидно будет, хотя мы и так уже нагрузились, что завтра, возможно, будет стыдно.
Доехав до особняка, барон Аластар любезно предоставил карету с кучером графине и виконтессе. Мы тепло распрощались, и главные аристократы, сопровождаемые стражей, укатили к себе. Скомандовав женщинам мыться и спать, барон погнал мужскую часть с лошадьми в конюшню. Там обиходили наших скакунов, подкормили морковками с яблоками и отдали конюху на дальнейшее попечение. Аластар отослал сыновей приводить себя в порядок. А меня тормознул.
— Ты обратил внимание на подавальщиц? — абсолютно трезвым голосом вдруг спросил меня учитель.
— Официанток, — поправил я.
— Хорошо. Ты обратил внимание на официанток?
— Ну что вы такое говорите, барон? У меня Сияна есть. Я и лиц их не запомнил, хотя были там фигуристые, кажется.
— Понятно. Тогда разговор до завтра отложим. Иди приводить себя в порядок и спать. Рано утром на тренировку.
Выполнив распоряжение учителя, свежий и чистый, аккуратно проник в выделенную нам комнату для гостей. Полюбовался умаявшейся за день Сияной, мирно сопевшей на кровати. Взял подушку и уместился на диванчике, что бы перегаром не тревожить сон милого создания. Уже засыпая, в мозгу прокручивал вопрос учителя и те моменты, когда попадали в поле зрения молоденькие официантки. Что-то действительно было не так. На этих мыслях провалился в глубокий сон.
Глава 21
Зальда стояла перед мадам Бонаки Джевирой, владелицей салона встреч в центре Рийна, а по совместительству агент королевства Тинбар. Бонаки сидела в кресле за столом и делала записи с пометками со слов служанки, которую она в составе десяти других молодых девушек отправила собирать информацию в Старый Фонарь под видом подавальщиц и работниц кухни. Закончив делать записи, подняла глаза на замолчавшую девушку и удивлённо переспросила, не поверив своему слуху.
— Птенчик мой. Что ты сейчас сказала?
— Госпожа. Пожалуйста, не убивайте барда Корнея, — сжавшись и тихим голосом пролепетала Зальда.
Бонаки фальшиво улыбнулась и, плавно встав из-за стола, подошла к потупившейся девушке. Нежно погладила по голове и, резко схватив её за русые волосы, откинула голову назад. Впилась злым взглядом в испуганные глаза, наполненные слезами.
— Я тебя из дерьма вытащила не для того, чтобы ты высказывала свои мысли. Вы все тут живёте в роскоши и тепле только благодаря моим стараниям. И только за это вы должны мне своей жизнью. Хочешь вернуться в ту помойку трущоб? Я это быстро организую. В припортовом притоне заканчиваются свежие шлюхи. Ты будешь там желанной работницей. Круглые сутки будешь отрабатывать свою никчёмную жизнь раздвигая ноги перед похотливыми грязными ублюдками, — зашипела бешеной змеёй в лицо несчастной.
Жёстко мотнув девушку, Бонаки отбросила её на пол к стене. Зальда, заливаясь слезами, распласталась ниц перед госпожой, прося пощадить её и больше не будет перечить. Она благодарна мадам Бонаки и сделает всё, что ей прикажут.
— Я должна знать всё про этого барда Корнея и барона Аластара Крамира. Чтобы я больше не слышала подобных просьб и разговоров, — перечитала несколько строк в записях, кивнула сама себе. — Вы узнали, что наши цели с семьями скоро отправляются в столицу. Значит, кому-то из вас нужно втереться в доверие к Сияне и стать её личной служанкой. Теперь можешь идти.
Напуганная девушка быстро выскользнула из комнаты мадам Бонаки и перед тем, как покинуть заведение, ушла приводить себя в порядок. А в голове её лихорадочно крутились мысли о неповиновении и страх перед возможной расплатой.
***
Во сне я летал в облаках и в один момент оказался в тягучей мгле. Кажется, кто-то из контролёров решил опять напомнить о себе. Огляделся и упёрся взглядом в мощного воина, облачённого в отливающую синевой чешуйчатую броню без рукавов. Копна светлых волос, ясные голубые глаза с хитрым прищуром, правильные черты лица и ухоженная борода, заплетённая в косички, спускалась на широкую грудь. Руки перевиты толстыми канатами мышц. Шварценеггер тихо удавился бы в сторонке от зависти. Хорошей отделки кожаные штаны и меховые сапоги. На поясе одноручный меч в простых ножнах. Вид довольно воинственный.
Воин хмыкнул и пророкотал громовым голосом.
— Привет тебе, смертный. Вижу, ты потомок нескольких народов, Велеса и моих, Одина. Также намешаны южане. Похоже, за столько веков всё человечество перемешалось знатно.
— А ведь я сразу понял, кто вы, когда услышал про Одинсона. Очень рад лицезреть того, о ком столько легенд на Земле написано. И, как посмотрю, не все они правдивы, — коротко поклонился я земляку, сделав намёк на мифический образ одноглазого бога.
— Да, было дело. В своё оправдание скажу, что Локи посоветовал эту идею с глазом. И ведь сработало! Но благодати всё равно не хватило на борьбу с демонами, — Один посмурнел.
Мы помолчали немного.
