S-T-I-K-S. Адская Сотня Стикса - 3 - Ирэн Рудкевич
В первое мгновение Батя подумал, что гонщик решил использует шаровые молнии вместо обычных из-за усталости. Но как только увидел, куда он бьёт – сразу всё понял.
Рядом с брандашмыгом в луже его слизи валялись три огромных, неподвижных элитника. Один, похожий на бронированного медведя, был буквально разорван пополам, а его внутренности – раскиданы на десяток метров. Второй, с длинным хвостом-шипом, лежал с проломленным черепом. От бока третьего, самого крупного, был откушен огромный кусок. Остальные элитники Ворона, которых осталось всего восемь, не подходили близко, но упорно кружили вокруг монстра, яростно урча и отвлекая на себя его внимание. Они выполняли приказ, жертвуя собой, чтобы дать время людям.
Сквозь урчание слышался треск пулемётной очереди – это Ворон вёл огонь из приколхозенного на крышу «Форда» пулемёта, стараясь попасть в то же место, что и Кола.
– Морж, взрывчатка! Бегом! Палёный, давай с ним! Пока Сёмка с Колой ещё держатся! Ромео, нужны рации!
Морж и Палёный молча ломанулись к выходу из квартиры. Роме остался на месте.
– Рациям кабзда, Бать. Этот урод грёбаный сначала слушал эфир в надежде засечь, когда ты появишься, и сработать на опережение. А когда понял, что проигрывает, все их раздолбал. Подгадил напоследок. Кстати, где этот козёл? Я б ему чего-нибудь переломал с удовольствием…
– Отправился в настоящий ад, – мрачно сообщил Батя, раздумывая, как в условиях, когда ни он, ни только что освобождённые бойцы не могут быстро покинуть многоэтажку, наладить оперативную коммуникацию между бойцами и донести до Ворона и Семёна информацию о том, что вот-вот будет готова взрывчатка.
Кола продолжал бить. В одно и то же место где-то под брюхом, и даже с девятого этажа Бате уже была видна рана, из которой и сочилась вонючая жижа. Брандашмыг ревел, тряс обожжённой мордой, пытался – благо, безуспешно! – снова применить свой Дар. Неработающий Дар монстр активно компенсировал размахиванием задней частью своего длинного опухшего тела, не позволяя приблизиться к себе ни одной из готовых к бою тварей.
Кола бил. Он помнил рассказы о том, как Бате удалось завалить первого встреченного им брандашмыга, и гонщик просто повторял успешную тактику, адаптируя её к условиям «всё пошло по женскому половому органу, но мы врагам не сдаёмся».
– Значит, мы на подхвате у Моржа будем, – сквозь зубы процедил оценивший обстановку Батя. – Погнали! Будем под моей невидимостью подтаскивать Семёну взрывчатку. Заодно надо, чтоб ему пойла дать напиться.
– А последствия? Док же говорил, что они будут. А мы тут пойло это уже едва не литрами хлещем.
– Вернёмся – будет разгребать, раз такой умный, – отрезал Батя. – Пошли!
Ромео молчаливо согласился с командиром – не время думать о последствиях. Надо быстрее валить брандашмыга и, если удастся, рвануть в крепость помогать своим. Если, конечно, ещё останется, кому помогать.
Пока они бегом спускались с девятого этажа на второй, снаружи донеслось несколько грозовых раскатов подряд – видимо, Кола сумел ударить целой серией своих шаровых молний. Батя мысленно помолился о том, чтобы Ворон правильно оценил ситуацию и сумел помочь гонщику тварями. Правда, кому именно помолился, не понял, но решил, что в такой ситуации лишним оно не будет.
С площадок между этажами Батя бросал быстрый взгляд на площадь, стараясь не потеряться в происходящем. Быть в тылу, на подхвате, было ему максимально непривычно и некомфортно, привычка находиться в самой гуще боя заставляла командира чувствовать себя некомфортно. Но выбора не было, и он действовал так, как мог, заставив себя смириться, что прямо сейчас от него зависит не всё.
Но и малым его влияние на ситуацию назвать было нельзя. Очередной взгляд в окно между вторым и третьим этажами, и Батя увидел, как брандашмыг стремительно разворачивает своё колышущееся тело в направлении гнезда, а слизь под ним медленно, но уверенно окрашивается розовым.
«Кесарево мы ему, что ли, устроили?» – мелькнула мысль.
И тут Батю осенило.
Монстр, несмотря на страшные раны, был всё ещё опасен. Батины люди – изранены и измотаны, а Семён, Кола и, наверняка, Ворон вообще использовали свои Дары из последних сил. Первоначальный план пошёл по женскому половому органу, и вернуться к нему было практически невозможно. Но, если верно окажется предположение о том, что бандашмыг решил отступить в гнездо, то шанс ещё есть. Хороший такой, мощный и смачный шанс, успех которого полностью будет зависеть от того, как быстро и чётко сейчас сработает сам Батя и те, кто сейчас рядом с ним, в многоэтажке.
– Ромео, на улицу! Доберись до Семёна, скажи – пусть будет готов забросить взрывчатку прямо в гнездо! Кола пусть долбит до упора. Ворону передай – элитники пусть не пускают брандашмыга в гнездо. Любой ценой!
– Понял, Бать, – на бегу откликнулся боец и, не останавливая на втором этаже, помчался на первый, к квартире, через которую днём ушли сектанты. А Батя завернул к квартире со взрывчаткой – нужно было внести некоторые изменения в сборку и вместо нескольких бомб создать одну, но максимально мощную.
Глава 26
Батя не был уверен, что новый план сработает, как задумано. Но это был единственный шанс, который у них оставался.
Морж и Палёный торопливо собирали взрывное устройство. Несмотря на то, что во взводе Бати Палёный не занимался взрывчаткой, да и у Моржа это была далеко не основная специализация, работали бойцы молча, быстро и точно.
– Бать, а Сёмка точно этот «чемодан» унесёт? – в какой-то момент поднял голову Палёный, показав на увесистую связку взрывчатки, к которой осталось только подключить детонатор.
– Он меня способен телепортировать, – не сразу понял вопрос Батя. – Севу раненого из крепости вытащил, когда Дар только открылся. Так что сумеет… Или ты про то, что ему придётся своими силами его по гнезду ещё таскать?
– Второе, – лаконично подтвердил Палёный.
Батя подошёл к «чемодану», присел, обхватив его руками, попробовал на вес.
– Ручка нужна, – резюмировал он. – А лучше – лямки, как у рюкзака.
– Или просто рюкзак, к которому можно взрывчатку примотать хоть той же изолентой или скотчем, – не отрываясь от своего дела, продолжил мысль Морж.
– Поищу, – твёрдо пообещал
