S-T-I-K-S. Адская Сотня Стикса - 3 - Ирэн Рудкевич

Хвост Батя сбросил очень просто – добравшись до места, где уже можно было связаться с крепостью по рации, обрисовал ситуацию, сообщил, откуда будет подъезжать, и вызвал на подмогу Ворона.

Этот кинолог, в отличие от Винта, не обладал способностью чуять среди тварей «своих» – обратившихся бойцов Сотни. Зато намного эффективнее работал по площадям Что, собственно, сейчас и требовалось.

Заезд на Африку с запада был не особо удобный, но уж точно лучше, чем с того же ПГТ. Пропрыгав по неровностям взрытой строительными ковшами земли, приготовленной под заливку фундаментов очередных небоскрёбов, «Форд» бодро взобрался на стык, отделяющий этот лоскут от привычной и уже практически родной Африки, и бодро понёсся по высушенной солнцем саванне.

Несмотря на то, что животных на Африке твари съедали в первый же день после обновления, Батя никак не мог избавиться от подспудного ожидания вдруг увидеть жирафа, гиену или – чем чёрт не шутит? – даже львиный прайд. Знал, что не увидит, но всё равно не мог избавиться от ощущения, что вот, ещё чуть-чуть – и звери появятся.

Животных Батя любил. Себе, учитывая разъездной образ жизни, не заводил. Но временами – ещё тогда, в прежней жизни, – подумывал о том, что, когда выйдет на пенсию, купит собаку.

Мечте было не суждено сбыться. Вернее, её, может быть, превратил в реальность Батя, оставшийся в своём мире. А этот...

Жизнь этого в один не самый прекрасный день изменилась до неузнаваемости, стерев все прежние чаяния.

Правда, и тут командир умудрился завести себе питомца. Вернее даже, не себе, а Семёну – пацану, случайно подобранному год назад на одном из обновившихся лоскутов и чудом оказавшемуся иммунным. Чтоб порадовать ребёнка, в одночасье лишившегося всего, Батя, взяв с собой нескольких бойцов, специально съездил на Троечку и выловил крысу по имени Лариска, обитавшую в супермаркете. Конечно, бойцам пришлось рассказать о том, как эта крыса повлияла на жизнь Бати, и они долго потом подтрунивали над сентиментальностью командира. Зато жизнь и здоровье Лариски теперь находились в надёжных и заботливых руках Семёна, взрослевшего не по дням, а по часам.

Мысли о пацане, который практически заменил Бате сына, которого у него никогда не было, напомнили о заражённой девочке, и командир помрачнел. Всякое бывало с ним и Адской Сотней после того, как Батя очнулся в этом мире. Орды, внеплановые обновления, путавшие все планы, суперэлитники, умевшие противостоять даже Дарам Винта и Ворона, и даже второй Батя, появление которого вылилось в полномасштабную войну с заложниками, жертвами и прочим. И жертвы были, в том числе гражданские. Да что там были – гражданские составляли абсолютное большинство погибших и обратившихся в этом мире, а Батя пока что ничем не мог им помочь.

Но вот так, своими руками и несчастную мать, и ребёнка, пусть и переставшего уже быть человеком...

Ворон встретил командира прямо на границе, рядом с огромной башкой мёртвого элитника. Едва увидев «Форд», выпрыгнувший из невидимости метров за сто, он включил свой Дар, и твари неохотно, но начали разбегаться в стороны, обтекая Африку по периметру и растворяясь в узких улицах лоскута под названием Небоскрёб, имевшего огромное значение как для существования крепости, так и для самого Бати.

Заранее закрыв окна, Батя сбросил скорость, пересёк границу и принялся активно крутить руль, ведя внедорожник по сложной траектории, чтоб не напороться ни на одну из разложенных на подъездах к крепости мин. Вскоре на горизонте замаячила и она сама.

По «Форду» никто не стрелял, но командир был уверен – его люди сидят сейчас на боевых постах и держат внедорожник на прицеле. Расслабятся они только после того, как увидят, что за рулём действительно Батя, а не кто-то незнакомый – история с Дедом всех научила дополнительной осторожности.

С окнами всё было совсем просто – из-за гниющих на жарком солнце частей тела элитников, разложенных по границам Африки для отпугивания тварей поменьше, дышать было просто невозможно. В самой крепости душок тоже присутствовал, но сильно облегчённый расстоянием в несколько километров. Такой, что люди давно к нему притерпелись и даже не замечали.

Перед воротами крепости «Форд» встретили двое дежурных ополченцев и Сокол, совсем недавно получивший второй Дар – такое же, как у самого Бати, умение различать правду и ложь. Задав командиру несколько дежурных вопросов, он по рации передал дежурному, что ворота можно открыть. Батя неторопливо завёл внедорожник на территорию и вылез из-за руля. Махнул рукой пробегавшему мимо Аксу.

– Отведи на парковку. Я в штаб.

Чернокожий ополченец кивнул, продемонстрировав в улыбке белоснежные зубы, и плюхнулся за руль.

В штабе командира уже ждал Док.

– Ну что там? – поинтересовался он.

– Не поверишь, – потирая переносицу, Батя плюхнулся на приспособленный вместо табуретки чурбачок.

– Поверю, – прогундосил Док, усаживаясь на второй табурет. – Тут уже вся крепость гудит новостями. Подробности давай, мне с медицинской точки зрения интересно.

– С медицинской? – хмыкнул командир. – Боюсь, описание следа не поможет тебе в разработке вакцины от обращения в зомби.

– Бать, ты ещё более душный, чем я, – нудно заметил Док. – Сколько коек в лазарете мне готовить?

– Я, может, и душный, а ты – параноик, – мрачно хохотнул Батя, хотя сам тоже непрерывно просчитывал варианты дальнейших действий и их последствия в виде количества «двухсотых» и «трёхсотых. Но в личном составе надо поддерживать позитивный настрой, поэтому эти свои размышления он предпочёл придержать даже с Доком. – Ещё непонятно, вернётся этот брандашмыг или нет. Пёрся он сюда откуда-то с северо-запада, но сильно далеко я проследить не смог. Надо группу отправлять с запасом топлива, пока по тому направлению обновления не пошли.

– То есть, до Чёрной земли ты не доехал, – сделал вывод Док. – Ясно-понятно.

Батя качнул головой, не особо понимая, к чему клонит штатный врач его взвода.

– Док, я, мать твою, понятия не имею, на что ты тут намекаешь, как стесняющаяся девочка, но нам надо подготовить не койки для раненых, а крепость – к обороне.

– Думаешь, тоже припрётся нашу жилплощадь занимать? – подобрался врач.

– Кто знает, – развёл руками Батя. – Мы, нахрен, ничерта не готовы к гостям, но нас этот ядрён-батон спрашивать и не будет. Лучше бы, конечно, где-нибудь в другом месте его валить, если он не мимо проходил. Но