Одиночка - Александр Александрович Долинин
Глава 16
— А кто из нас в постели тебе больше нравится? — задала Джинджер провокационный вопрос. Не знаю, почему она не спросила раньше- Наверное, потому, что сейчас мне просто некуда деваться — лежу, прижатый к постели. Так сказать, нос к носу, грудь к… х-м-м… груди.
— Честно? Я вас никогда не сравнивал. Это ведь не отборочный конкурс… И вообще, как можно выбирать между зимой и летом?..
— Значит, я холодная, как ледышка, а она знойная, да?!..
— Нет, ты вполне поняла, что я хотел сказать…
— Да поняла, поняла, не волнуйся… — засмеялась Джин. — Пусть теперь ее другой оценивает. — Тут она пытливо заглянула мне в глаза, а я изо всех сил и немногих талантов постарался сохранить «покер-фейс», проще говоря — «сделал морду кирпичом». Удалось или нет? Сейчас узнаю…
— Кстати… Я хотел тебе сказать… Через неделю купи в аптеке тест. Можешь даже два разных, для верности.
— Ну ты даешь!.. Они на ранних сроках чаще врут, чем правду показывают. — Она неторопливо поднялась с кровати и встала рядом с большим, до потолка зеркалом (осталось от предыдущих владельцев), заложив руки за голову. Знает, что я обязательно буду на нее смотреть, вот и делает это специально. Фотомодель… — Неделю назад ничего не появилось.
— А ты все-таки проверь.
— Да уж проверю обязательно!.. Спорить будем?
— Проиграешь…
— Если вы играю, и тесты ничего не покажут, ты… — Джинджер ненадолго задумалась. — То ты сделаешь… — Она нагнулась ко мне и прошептала в ухо свое желание. Я посмотрел на нее — надо же, как сильно покраснела!.. А в желании не было ничего этакого… Так, мелочь…
— Другой вариант ты не рассматриваешь?
— Ну, если ты все еще надеешься… Тогда… тогда… Ну, говори, чего хочешь?! — Она подошла к кровати и наклонилась ко мне. — Нет, ты мне в глаза смотри!..
— Можно, я потом скажу? А то сейчас ты мне все мысли сбиваешь своей красотой…
— Так и скажи — на сиськи засмотрелся.
— Почему бы не смотреть, если показывают?.. Я потом придумаю, не спеша. Можешь сегодняшнюю дату записать, для памяти, а то еще скажешь, что забыла, отвлеклась…
Джинджер выпрямилась, протянула руку и взяла свой халат. Одеваясь, со смехом выразила свое мнение:
— Запишу, так и быть!.. Но неделю на придумывание не дам, три дня тебе хватит. Фантазер!.. — И тут же зашлепала босыми ногами по полу, направляясь в ванную комнату.
А я закрыл глаза, и тут же увидел (да, такое можно увидеть только с закрытыми глазами…), как на темном силуэте Джин, внизу живота… еле заметно светится маленький огонек.
Я пил чай на кухне, когда Джинджер в компании пса и кота, которые часто ее провожали к выходу, вошла из коридора.
— Какая ты у меня красивая!.. — Я дотронулся до ее руки и слегка сжал пальцы.
— Спасибо, мне часто об этом говорят, — засмеялась она и остановилась рядом. — Все, отпусти, мне пора ехать, Уильям там наверняка заждался.
— Хорошо, тогда я пойду, наверху посижу, радио послушаю…
— И музыку свою включи, ты ведь без нее не можешь, — тут же поддела меня Джин, махнула на прощание рукой и вышла на веранду. Загудел мотор ее машины, и через пару минут все стихло. Я посмотрел в сторону дверей — там сидели Джек и Васька, сверлившие меня недовольными взглядами.
— Сговорились, да?.. Нет уж, подождете!.. Все сядут за стол, тогда и вам положу.
Синхронно вздохнув (тренировались они, что ли?..), пес и кот разошлись по углам и легли на пол, демонстративно отвернувшись. Ничего, как начну им еду накладывать в чашки — сразу простят!..
Джинджер и Уильям немного задержались. Причина стала понятна сразу, как только они вошли на кухню. (Я как раз спустился, чтобы выпить чего-нибудь, промочить горло — в каморке под крышей было душновато, несмотря на работающий кондиционер. Наверное, пора вызвать мастера, пусть проверит, вдруг пора заправлять…)
— Вот и мы! — объявила жена, поставив большой пакет на табуретку. — Заехали на рынок, купили немного всякого-разного, как ты говоришь.
— Да, можно, я возьму два яблока? — сразу же поинтересовался Уильям.
— Можно, только помой их хорошенько. Заодно и руки вымоешь, — улыбнулась Джинджер. — Наверное, ужинать будем через полчасика, хорошо?
— Как скажете, моя прекрасная леди!.. Как скажете…
Судя по всему, сегодня Уильям долго играл в какие-то активные игры, потому что за столом ел молча. Попросил добавки, которую тут же смолотил, выпил стакан сока и поднялся с табуретки.
— Мама, можно я пойду смотреть мультики?
— Можно, только не делай звук слишком громким.
Куда только подевалась усталость!.. Через пару секунд его уже не было на кухне, а из коридора послышался быстрый топот.
Я сидел за столом, неторопливо допивая свой травяной настой. Никогда не любил кофе, в отличие от тех, кто вырос и жил в других странах. Но настоящий чай здесь, на Новой Земле, стоил прямо-таки бешеных денег, вот и приходилось довольствоваться непонятно чем. Правда, компоты из местных ягод получались очень даже вкусными… Когда удавалось найти то, что хотел.
— Почему ты на меня так смотришь?
— «Восхищайтесь так сильно, как только можете. Большинство людей ничем не восхищаются», — процитировал я.
— Сам придумал? — засмеялась она.
— Да куда мне… Это сказал Ван Гог. Сижу вот, размышляю…
— О чем? — спросила заинтересовавшаяся Джинджер.
— Так, о разном… О жизни.
— В каком смысле?
— Как бы тебе объяснить… Ты знаешь такую старую игру — «Камень, ножницы, бумага»? Ну, когда игроки выбрасывают разные варианты на пальцах.
— Да, знаю, конечно… «Камень тупит ножницы. Бумага оборачивает камень. Ножницы режут бумагу». Там еще некоторые пытаются понять манеру другого игрока.
— Вот, я о ней и говорю… Эта игра здесь, на Новой земле, получает дополнительные варианты…
— Это как? — Она явно удивилась. — Нужно играть сразу двумя руками, что ли?
— Нет… Исходные материалы могут неожиданно измениться. Камень вдруг окажется мягким песчаником, ножницы — резаком для листового металла, а бумага превратится в кровельное железо или как минимум в лист жести…
— И в чем тогда смысл?
— А смысл в том, что придется не просто махать руками, а напрягаться и рисковать… Твой камень может оказаться недостаточно твердым, чтобы противостоять ножницам. И лист жести голыми руками сгибать рискованно — порежешься, да и сил разрезать этот лист может не хватить, если ножницы уже затупились…
— Надо же, как сильно тебя задело… Аж на философские
