Дом, который будет ждать. Книга 6 - Александра Шервинская

– Почему ты его убил, Каспер? – повторила свой вопрос настоятельница переставшей существовать могущественной Ирманской обители. Хотя что-то подсказывало мне, что разрушение здания монастыря ещё не говорит о том, что сама обитель исчезла. Уверен, что матушка Неллина предусмотрела всё, и такое развитие событий в том числе.

– Он не нужен, – я вдруг понял, что не хочу больше притворяться, во всяком случае, не здесь и не сейчас. С настоятельницей надо играть в открытую, тем более что из слов нынешнего командора Ла-Тредина я понял, что странный остров заинтересован в том, чтобы Ирманский монастырь продолжил своё существование. Значит, и мне с ними ссориться не с руки.

– Кому?

– Никому не нужен, – чуть более резко, чем планировал, ответил я и тут же постарался сгладить тон мягкой улыбкой, – Максимилиан стал не просто лишним, матушка Неллина, он стал ещё более непредсказуемым и потому ещё более опасным, и ты это знаешь не хуже меня, не так ли. Он никогда не рискнул бы противостоять Тревору, он, скорее, преподнёс бы ему империю на блюдечке в обмен на благополучное существование в каком-нибудь ином мире.

– Не исключено, – не стала спорить монахиня, – но империя не может оставаться без правителя. Кого же ты видишь на этом месте, Каспер? Себя?

А вот тут я задумался, так как от ответа зависело не просто многое, от него зависело всё. Моё будущее, моё благополучие, моя жизнь, в конце концов. Открыть карты? А надо ли? Не получу ли я дополнительного могущественного врага? Или Неллину и тех, кто стоит за ней, устроит моя кандидатура в качестве нового командора Ла-Тредина? Не для того ли настоятельница и отправила меня туда, пожертвовав Хигеном? Сейчас я почему-то даже не сомневался: она прекрасно знала, что для бывшего воина путь в Ла-Тредин – это дорога в один конец.

– Нет, – я ответил монахине прямым взглядом, решив довериться интуиции, которая говорила, что лучше сейчас не врать даже в мелочах, – у меня изменились планы. Не скрою, когда я узнал правду о своём происхождении, такая мысль у меня возникла. Но потом я решил, что…

– Что ты не хочешь быть крестьянином, – с непонятной усмешкой проговорила настоятельница, – и не смотри на меня так, Каспер. Это я когда-то очень давно привела такой пример в разговоре с тем, кого мы с тобой оба знаем. Да, мы знакомы с командором, причём очень давно, но я бы не советовала тебе стараться что-нибудь узнать об этом. Есть вещи, которые лучше оставить в покое для собственного благополучия, поверь мне. Ты решил стать новым командором Ла-Тредина, и я не возражаю. Когда-нибудь, если ты всё же получишь ключ от крепости, которой нет, ты многое узнаешь, но не сейчас.

– Почему?

– Потому что если ребёнку, который только вчера изучил азы грамоты, предложить прочесть книгу с заклинаниями, ничего не получится. Во всяком случае, ничего хорошего. Для любого знания есть своё время.

– Я понял, что ты имеешь в виду, – кивнул я и неожиданно для себя самого спросил, – скажи, а что было бы, если бы я решил тебе солгать по поводу своих планов?

– Ничего не было бы, – монахиня поправила капюшон плаща, – просто новый командор Ла-Тредина не мог бы в будущем рассчитывать на лояльность ордена дочерей Безмолвной.

– А я, стало быть, могу?

– Не знаю, – её голос был абсолютно равнодушным, – ты пока не стал командором, Каспер. Поэтому не жди от меня ответа. Я не стану спрашивать у тебя, какую цену назвал нынешний командор, мне это не интересно, но орден не станет вмешиваться. Мы не будем тебе помогать, но и мешать не станем. Это твоя цель, твоя цена и твои проблемы, Каспер.

– И ты не спросишь о Хигене? – не удержался я от вопроса, но если я рассчитывал смутить монахиню, то просчитался: она никак не отреагировала на мой вопрос, словно его и не было.

– Что ты будешь делать с телом императора?

– Я?

– Ну не я же, – она мельком посмотрела на меня, – ты убил его, ты этим и занимайся.

– Я хотел бы, чтобы трон заняла императрица Элизабет, – решительно проговорил я в спину собравшейся уходить женщины, – не моя сестрица Лиз, а та императрица, которая была матерью Максимилиана и которая сейчас живёт в теле моей дочери.

А вот на этот раз мне, похоже, удалось её если не удивить, то хотя бы заинтересовать, так как матушка Неллина медленно повернулась и даже сделала небольшой шаг в мою сторону.

– Вот как? – она склонила голову набок. – Неожиданно. Почему вдруг такое решение?

– Если бы я планировал оставаться возле трона, я остановил бы свой выбор на сестрице, – обдумывая каждое слово, ответил я, – но у меня иные планы. Поэтому я предпочёл бы видеть на троне империи равного по силе союзника.

– Я передам Элизабет твои слова, – кивнул монахиня, – выбирать свой путь будет только она сама, я приму любое её решение и всегда поддержу его.

– Это, конечно, замечательно, но что мне делать с телом Максимилиана? Я не могу заниматься им, мне надо передать Тревору ответ императора, пусть даже ныне покойного. Я взялся за поручение и должен его завершить. К тому же там, на Севере, остались Минни и Сеол. Ты, кстати, не знаешь, что с ними? Они живы?

– Откуда я могу это знать? – пожала плечами настоятельница. – Но ты прав, тебе нужно передать Тревору ответ. Однако дело в том, что он покинул Север и во главе своей армии продвигается в сторону империи. И он движется гораздо быстрее, чем мы могли предположить.

– Как мне найти его?

– Не знаю, – монахиня внимательно на меня посмотрела, – я действительно не знаю, Каспер. Но мне кажется, ты можешь подождать его в том месте, куда он обязательно придёт.

– Ты имеешь в виду Франгай?

Я почему-то сразу понял, о каком месте говорит матушка Неллина. Действительно, мимо Франгайского леса Тревор никак не пройдёт: в этом месте слишком много силы, которую он постарается выпить. Но неужели он рассчитывает на то, что Древний добровольно уступит ему свою территорию? Или он сначала двинется в сторону империи? Как бы это разузнать?

– Он давно ушёл отсюда? Я потерял счёт времени, – признался я, – порой мне кажется, что я только что наблюдал, как рухнул защитный купол, – тут я заметил, как настоятельница вздрогнула и на её лицо набежала тень, – но через минуту мне кажется, что прошло уже много времени. День, два, неделя… Я потерялся во времени, ну или оно теперь течёт здесь очень странно.

– И то, и другое, – не слишком понятно