Бумажная империя 4 - Сергей Жуков

Мечников прочитал короткий текст с приказом начать кровную вражду с родом Нестеровых и поднял удивлённый взгляд на Александра:

— Что значит «забудь всё что сообщил Нестеров»? Что ты такого сообщил молодому Волченко, что Даниил заставил его забыть и напасть на тебя?

— А вот тут самое интересно, — ответил Александр. — Оригинальной записке более двух столетий и как можешь понять — приказ не утратил своей силы за это время.

— Этого не может быть… — во взгляде лекаря промелькнула тень испуга. — Человек, написавший это должен был обладать невероятной силой.

— Это ещё не всё, — продолжил Нестеров. — Мне стало интересно, что же такого необходимо было забыть о чём сообщил мой дальний родственник и я отдал приказ пацану Волченко, чтобы он подробно рассказал мне всё, что они нашли в той тайной комнате, помимо этого приказал.

— И? — подался вперёд Мечников.

Нестеров выдержал небольшую паузу, а затем постарался максимально подробно пересказать всё, что услышал от Владимира Волченко о письме его прапрадеда со сведениями о неком преступлении, что совершил предок действующего императора и о том, что на престоле должен быть кто-то другой.

— Я даже не знаю как на такое реагировать. Это очень серьёзная информация, которая ничем не подтверждается, — покачал головой лекарь.

— Именно поэтому я собираюсь заняться поисками подтверждения этого, — кивнул Нестеров.

Он встал и, благодарно кивнув Мечникову, направился к выходу. Лекарь же не мог выбросить из головы мысль о том, что ещё два века назад существовал кто-то с таким же даром, как у Даниила Уварова, что заставляло усомнится во многих вещах, в том числе и в том, является ли Александр Нестеров отцом этого необычного парня.

Словно прочитав мысли лекаря, тот остановился у выхода и, обернувшись, строго посмотрел на Мечникова:

— Как ты думаешь, существует ли настолько сильный менталист, что способен отдать мне приказ, чтобы изменить мои воспоминания?

* * *

Следственный изолятор особого отдела

— Даниил Александрович, вы можете идти, — коротко кивнул мне вошедший следователь.

— А наручники? — спросил я и их замок тут же щёлкнул, освобождая мою руку.

— Магия, — улыбнулся он.

Сотрудник сопровождал меня к выходу, но уходить я не собирался:

— Меньшиков ещё тут?

Следователь явно удивился моему вопросу, но затем всё-же ответил:

— Светлейший пока не уехал и находится в своём кабинете. Он велел сопроводить вас к нему, если вы пожелаете.

— Сопроводите пожалуйста, — кивнул я.

Развернувшись, он пригласил меня следовать за ним. Дойдя до высоких дверей кабинета Меньшикова, особист уверенно постучал в них, а затем, не дожидаясь ответа, распахнул передо мной дверь.

Зайдя внутрь, я услышал как дверь за мной тут же закрылась, оставляя нас со светлейшим князем вдвоём.

— Я полагал, что вы захотите продолжить наш разговор, — отложив бумаги, он поднял на меня взгляд.

Подойдя к рабочему столу, за которым сидел Меньшиков, я сел на стул для посетителей и уверенно сказал:

— Я хочу забрать свою собаку. Где она?

— А я хочу услышать ответы на некоторые вопросы, — откинулся на спинку кресла он.

— Хорошо, — кивнул я, соглашаясь на эту сделку.

— Собака обладает магическими способностями, — спокойно сказал он. — И не может быть возвращена вам.

Я открыл было рот, чтобы возразить, но он жестом прервал меня и продолжил:

— Однако, права на магическое животное заявил глава рода, защищаемый правом последнего и я был вынужден выполнить эту просьбу, — хитро улыбнулся Меньшиков.

Ну конечно, он отдал собаку Вове. Вероятно, даже сам намекнул тому про подобную лазейку.

— Благодарю за ответ, — кивнул я, давая возможность Меньшикову задать свой вопрос.

— Откуда у вас документы, доказывающие вину Карамзина в государственной измене? — пристально посмотрел он на меня. — Уж очень неожиданно и вовремя они всплыли.

— Некий аноним прислал их в нашу редакцию. Я пытался передать их следователям вашего управления. Даже пришлось устроить небольшой спектакль с моим задержанием, чтобы меня выслушали, — честно ответил я.

— И вас ничуть не смутило, что кто-то вдруг просто прислал подобные доказательства? — удивился светлейший.

— С того самого момента, как я открыл тот самый конверт с документацией не переставал думать об этом, — спокойно заметил я. — Это сделал кто-то имеющий доступ к внутренней документации. Явно не простой работник, читающий мелкую районную газету.

— Рад, что вы понимаете это, — кивнул Меньшиков. — И каковы ваши выводы?

Я внимательно посмотрел на сидящего передо мной мужчину. От нашего текущего разговора очень многое зависело. Многое, если даже не всё.

С одной стороны передо мной сидел один из самых влиятельных людей империи. Глава тайной канцелярии, следователей особого отдела. Ближайшая рука правящей семьи. С другой — я совершенно не знал этого человека и не доверял ему. Он был для меня абсолютно неизвестной фигурой. Рассказать ему то, что я знаю — значит слепо довериться.

А что, если он и окажется тем самым, кого я ищу? Тот таинственный и могущественный игрок, завладевший империей Волка? Мысль не лишена смысла. Тот, кто отправил ко мне домой ищеек, кто следил за мной всё это время, кто снабдил бывших людей Волка новейшим артефактным оружием. Меньшиков несомненно один из тех, кто может организовать подобное. Он имеет власть и ресурсы.

— Не доверяете мне? — проницательно заметил он.

— А вы бы доверяли? — спросил я.

Он отрицательно покачал головой.

— В нашем городе появился очень могущественный игрок. Опаснее Волка, бессовестнее Карамзина и не менее могущественее вас, — спокойно произнёс я, не сводя с Меньшикова взгляда.

— Допустим, что я слышал нечто подобное, — протянул он.

— Есть подозреваемые? — посмотрел я на него.

— Может да, может нет, — ухмыльнувшись, пожал он плечами. — Я вам не доверяю, Даниил Александрович, чтобы обсуждать подобные вещи. Я здесь лишь из-за ваших заслуг в деле раскрытия преступлений Карамзина и потому, что за вас поручился очень известный бывший особист. Если бы не его слова, то я бы даже не стал с вами разговаривать.

— Гончий, — сразу догадался я.

— Кто? — поднял бровь Меньшиков. — Вы про Гончарова?

Он рассмеялся и снисходительно посмотрел на меня:

— Признаться, я удивлён, что вы не знаете что за человек находится рядом с вами. Впрочем, если он предпочёл остаться инкогнито, то я не в праве раскрывать его секрет.

В моей голове тут же пролетели все мои друзья и знакомые, кто может иметь такое колоссальное влияние на самого светлейшего князя Меньшикова. Да кто же это может быть? В данный момент меня интересовало даже больше, чем фамилия человека, чей компромат лежал сейчас у меня на кухне.

— Григорий Александрович, если мы хотим остановить