Лабиринт - Ирек Гильмутдинов
— А почему Эльрикас... — начал я, но Огнебровый резко перебил:
— Когда ты его в последний раз видел?
— На приёмной комиссии...
— Так и знал! — Ридикус хлопнул себя по колену. — Это был не Шаркус! Вот почему он так странно себя вёл. Да ещё и нас попросил никому не рассказывать. А ведь знаешь, он раньше был отшельником, а сейчас уж слишком часто всплывает в твоих историях. Похоже, что-то в мире назревает, раз он вернулся.
— Получается, ректор не знает, кто я?
— Нет. Причём мы с Мариной дали клятву молчания. Вопрос в другом... — он вдруг осёкся. — Хотя нет, лучше нам в это не вникать. Это игры архимагистров, а нам туда лучше не соваться. Ну так как, я могу передать Кларисе что ты готов хоть сегодня? — сменил он опасную тему.
— Сегодня нет, а вот завтра пожалуйста.
— Отлично! — лицо огневика озарилось редкой для него улыбкой. — Честно, Кай, ты меня выручаешь. Если всё сложится, ты приобретёшь в союзники второй по влиятельности род Империи Рассвета. Да и многие семьи, чьи близкие страдают от душевных ран, будут тебе благодарны. — Он сделал паузу, затем добавил тише: — И вообще... это доброе дело. Твоей душе не помешают хорошие дела.
— Согласен. Теперь о вас — возьмёте партию? — спросил я, а сам внутренне сжался. Если он откажется это будет фиаско.
Огнебровый прищурился:
— А тебе действительно нужно столько много золота?
— Очень, да хорошо бы побольше и желательнее вчера.
— Учитывая твои амбиции, ты явно не шутишь.
— Ни капли. Но поверь, это окупится... Думаю год или три, и я стану очень обеспеченным человеком. Но для этого надо вложиться, хорошенько вложиться.
— Ладно, — вздохнул Ридикус. — Я поговорил с отцом. Он согласен взять ещё десяток, но пока больше не сможем. Дело не в деньгах. А в том, что после того, как они с матерью их попробовали, то решили, что засиделись в столице и желают покататься по миру.
Мы род, который принимает самое активное участие в развитии империи, и отлучиться на столь долгий срок просто так не можем. Он боится, что тогда вообще никто из рода не захочет в ближайшее время работать. Надеюсь на твоё понимание.
— Тогда и ты прими мою благодарность, — я искренне улыбнулся. — Эти средства для меня сейчас как глоток воздуха. Цены в столице бьют по карману начинающего предпринимателя покруче Тайсона.
— Кого?
— Не обращай внимания. Маг такой жил давным-давно. Физик. Любил кулаками махать, да уши людям кусать.
— Никогда о таком не слышал.
— Кстати... — сменил я тему, — как поживают мои родители?
Ридикус смягчил выражение лица:
— Теперь, когда ты окреп, могу и рассказать. Поселил твоих предков на наших родовых землях. У нас, как и у Ворхельмов, есть несколько деревень под покровительством. Так вот, в самой уютной из них теперь живёт твоя семья. К слову... — он хитро улыбнулся, — у тебя появились сестрёнки-близняшки.
— Неужели? Когда? — мои руки сами собой продолжили замешивать тесто для сырников, добавляя особые травы. Нельзя после столь удачных переговоров оставлять гостя голодным. Да и сам я что-то проголодался. Яичницы мне оказалось маловато. Что поделать, растущий организм.
Аромат быстро разнёсся по дому, приманивая любопытных — вот уже в дверях показалась Вейла, а за ней осторожно выглядывал Большой Пуф. Пришлось переходить на «официальный» манер общения.
— Четыре года назад. Не смотри так удивлённо — я и сам недавно узнал. Витерия и Алестия. Первая старше второй на четыре минуты. Что часто является поводом для ссор.
— Магия…
— Есть, однако какой силы — не скажу. Я в тех краях давно не был.
— Стихия тоже не известна?
— Нет.
— Надо бы навестить... — пробормотал я, переворачивая первый сырник на сковороде.
— Обязательно. Но позже, — Ридикус встал рядом и положил руку мне на плечо. — Когда закончишь хотя бы первый курс и всё немного устаканится. Хорошо? Не переживай — я регулярно пишу им, чтобы они знали, как у тебя дела.
— Спасибо, — я поставил перед ним тарелку с золотистыми сырниками, от которых поднимался аппетитный пар.
— Вот это я понимаю! Вот это гостеприимство! — Огнебровый потёр руки с видом истинного гурмана садясь обратно на стул.
— Мы купили здание на улице Гарцующий Пони, — продолжил я, садясь напротив. — Через пару недель, когда наберём персонал и закупим оборудование, запустим кухню. Но для полноценной работы мне нужны особенные артефакты связи.
Я изложил свою идею, не опасаясь, что он её украдёт. Хотя его род и был одним из самых богатых в Империи, я уже понял — для Ридикуса важнее дружба, чем лишняя монета в сокровищнице. И в этот момент я особенно остро ощутил, что, между нами, действительно есть нечто большее, чем просто деловые отношения.
Приготовив сметану с сахаром и сварив ароматный отвар, мы с Огнебровым оставили разговоры о делах. Да и кухня постепенно наполнялась обитателями дома, привлечёнными аппетитными запахами.
Когда Ридикус удалился, ко мне робко подкрался Большой Пуф. Его обычно бойкий голос звучал неуверенно:
— Кай... можно поговорить?
— Конечно, дружище. В чём дело?
Гоблин заёрзал на месте, переминаясь с ноги на ногу:
— А мне... за работу положены какие-нибудь деньги?
Я улыбнулся:
— Разумеется.
— А нельзя ли получить их... сейчас?
— Во-первых, расчёты производятся в конце месяца, — пересчитал я по пальцам. — Во-вторых, мы с тобой не обсуждали условий. И в-третьих — сколько и зачем?
Пуф озадаченно почесал затылок:
— Можно, чтобы это осталось моим... секретом?
— Конечно, — кивнул я, хотя в воздухе уже витало нечто подозрительное.
— Пять золотых... — прошептал гоблин, опустив взгляд.
— Десять, я сказал, десять проси! — раздался шёпот Аэридана, доносящийся странным образом из-за спины Пуфа.
— Так-так, — я скрестил руки на груди. — Явись-ка сюда.
Пегарог материализовался из ниоткуда, виновато потупив взгляд.
— Вы ничего не задумали такого, из-за чего мне потом придётся разбираться с последствиями?
Два проказника переглянулись, затем в унисон замотали головами, изображая преувеличенную невинность.
—
