Дом, который будет ждать. Книга 6 - Александра Шервинская
– Так что, пойдёте? – осторожно осведомился секретарь.
– А куда я денусь? – вопросом на вопрос ответил я и всем своим видом изобразил покорность судьбе.
На самом деле я, конечно, опасался Максимилиана, так как пока он объективно был сильнее меня, но в то же время странствия последних месяцев изрядно закалили мою нервную систему. К тому же из головы не выходили слова командора Ла-Тредина о том, что власть над империей – это просто пустяк по сравнению с настоящим могуществом. И я не сомневался, что когда эта не иллюзорная, а настоящая власть достанется мне, я припомню Максимилиану каждую минуту страха и неуверенности в себе, которые он заставил меня пережить. Но для этого нужно уйти из императорского дворца живым и желательно невредимым.
Глубоко вздохнув, я решительно направился из портальной комнаты в сторону кабинета Максимилиана, благо прекрасно знал, где он находится. В коридорах дворца было непривычно пусто, наверное, придворные забились в укромные уголки, не зная, чего можно ожидать от взбешённого императора.
Подойдя к нужным дверям и оставив верного Кевина за привычным ему секретарским столом, я на всякий случай постучал, услышал пожелание отправляться ко всем демонам, переждал звон разбившегося о дверь стеклянного предмета, скорее всего, бокала, и толкнул тяжёлые створки. Ну и защиту натянул на себя максимальную, если спросит – скажу, что по привычке.
Максимилиан обнаружился за своим столом, в кресле, больше напоминающем трон. Он посмотрел на меня и буркнул что-то типа «наконец-то», а потом кивнул в сторону второго кресла, стоящего почти напротив.
– Прости, что пришлось задержаться, – стараясь говорить спокойно, начал я, так как показная невозмутимость императора меня не обманула. Я прекрасно знал, что означает этот нервно подёргивающийся уголок рта: значит, Максимилиан с трудом сдерживает гнев.
– И где же ты был всё это время, Каспер?
Голос императора был на удивление тусклым и совершенно не сочетался с пылающими яростью глазами.
– Я забрал свою дочь из Ирманской обители и отправил в безопасное место, – обдумывая каждое слово, сказал я, – но потом мне пришлось вернуться, пусть и не по собственному желанию. У меня для тебя послание, Максимилиан.
Ну вот, слова сказаны, и теперь многое, да почти всё, будет зависеть от того, как поведёт себя Максимилиан, насколько долго он сможет оставаться адекватным.
– Куда ты спрятал дочь, Каспер? В твоём замке её нет, – по-прежнему равнодушно спросил император, который словно не услышал моих слов о послании.
Он знает, что Эллы нет в родовом замке Даргеро, значит, скорее всего, он там побывал. Следовательно, нельзя исключать и того, что он посетил и другие важные места. Вывод: ложь нужно по возможности сократить до минимума.
– Я отвёз её во Франгай, – спокойно ответил я и заметил, как по лицу Максимилиана пробежала тень, словно его ненадолго скрутило судорогой, – там за ней есть, кому присмотреть. Как вариант рассматривал не забирать её из обители, но уж слишком там неспокойно в последнее время, не место для ребёнка. А тут за ней присмотрят, свежий воздух опять же.
– И тебя туда пропустили?
Ах, вот в чём дело… Домиан просто-напросто не позволил Максимилиану пройти, вот он и бесится, так как противопоставить Древнему ему нечего. Да и чревато это…
– Скорее, не меня, а Эллу, – я постарался обойти скользкий момент, – мне кажется, Домиан просто пожалел малышку. Впрочем, меня достаточно быстро оттуда выпроводили, так что ничего интересного я тебе рассказать не могу, к сожалению.
– Ты видел там Элизабет? – Максимилиан выплюнул имя сестры с такой ненавистью, что я даже посочувствовал Лиз, хотя и сам к ней тёплых чувств, мягко говоря, не испытываю.
– Нет, я разговаривал только с Домианом, мне было понятно, что меня там только терпят, – сказал я почти правду, – отдал ему дочь и ушёл.
– И на всё это у тебя ушло больше полугода?
Максимилиан по-прежнему не смотрел на меня, и это его странное поведение начинало потихоньку напрягать. Это как с хищным зверем: когда он начинает странно себя вести, возрастает угроза того, что он может броситься на тебя в любой момент, без предупреждения.
– Я был на Севере, – снова сказал правду я, не собираясь даже мельком упоминать Ла-Тредин, ни к чему императору эти знания, – и привёз тебе письмо от того, кто называет себя Владыкой Севера.
– Письмо… – как-то задумчиво проговорил Максимилиан и улыбнулся, но у меня возникло стойкое желание оказаться сейчас где-нибудь далеко. Сгодились бы даже Франгай и Ирманская пустошь.
– Ну давай его сюда, – он протянул руку, не глядя на меня, и нетерпеливо прищёлкнул пальцами, – не думал, что наследник рода Даргеро опустится до уровня почтового лакея.
Я ждал чего-то подобного, поэтому вообще никак не отреагировал, а молча протянул императору запечатанный конверт. Вот странно: за прошедшее время он со мной в каких только передрягах ни побывал, а выглядел нетронутым, словно мне его отдали буквально вчера. Интересно, а проклятье, о котором говорил Тревор, оно за прошедшее время не развеялось? И сможет ли Максимилиан его почувствовать?
– Ты знаешь его содержание?
Тут император наконец-то взглянул мне в глаза, но лучше бы он этого не делал: это был взгляд безумца, который последним волевым усилием удерживает клокочущую внутри ярость.
– Да, мой император, – я склонил голову, надеясь, что эта показная покорность смягчит Максимилиана, который всегда любил подобные знаки внимания от тех, кого считал более или менее достойными, – я знаю текст письма со слов самого Владыки Севера и не могу сказать, насколько они соответствуют реальности. Но я должен получить ответ и в кратчайшие сроки доставить его на Север.
Максимилиан никак не отреагировал на мои слова: он внимательно рассматривал ничем не примечательный конверт, и на его губах блуждала улыбка безумца. Интересно, если он заметит проклятье, я успею уклониться от удара?
Я не мог отвести взгляда от тонких аристократичных пальцев императора, которые осторожно, даже ласково поглаживали плотную бумагу и сургучную печать. Было в этом что-то до ужаса завораживающее и настолько жуткое, что когда Максимилиан резким движением сломал печать, то мне показалось, что это треснула кость какого-то почти живого существа.
Всё с той же пугающей улыбкой император развернул лист плотной, слегка желтоватой бумаги и быстро пробежал глазами текст письма. Видимо, послание было достаточно коротким, так как времени на чтение у Максимилиана ушло совсем немного.
– Он требует отдать ему мир, – задумчиво проговорил император, – предлагает мне признать его
