Шанс для Фьюри том 1 - Архивариус Эха

— С этим тогда разберёмся — закончил Йода, и в его тоне прозвучала твёрдая уверенность. Он повернулся ко мне. — Командир, клетки готовьте. Берём их в плен мы.

Приказ был неожиданным, но он нёс выгоду, ГИДРЕ уж точно понравится такой подарок.

— Так точно, магистр.

«Санин» молча отошла в сторону, наблюдая, как мои солдаты, теперь с меньшей опаской, начали окружать дрожащих оборотней. Она смотла на Йоду, и в её взгляде читалась не злоба, а сложная смесь досады, уважения и старой, как мир, боли.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — тихо бросила она ему.

Йода, уже помогая одному раненому зверю успокоиться, лишь тихо ответил:

— Всегда умирает последней надежда, Санин. Помни это.

От лица главы группы на пути «Бета»:

Я слышал о новом особом агенте Фьюри, который всё время ходит в одеждах прошлых эпох, остроконечной шляпе с длинными полами и тряпичной маске, оставляющей открытым только его глаза, но не думал, что мне доведётся выполнять миссию вместе с ним бок о бок.

Его кодовое имя было «Охотник».

Он стоял на краю нашего периметра, неподвижный, как статуя, пока мы готовили укрепления. Его длинный, потертый плащ и та самая шляпа с широкими полами сливались с предрассветным туманом, а кожаная маска скрывала любое подобие человеческого выражения. В руках он держал пистолет-пулемёт и странный тесак-топор с зубьями.

— Вы уверены, что он на нашей стороне? — тихо спросил мой зам, лейтенант Рейес.

— Фьюри поручился, — так же тихо ответил я. — Говорит, он специалист по… неестественным угрозам.

Внезапно Охотник повернул голову. Не всё тело, а только голова, резким, неестественным движением.

Затем он поднял руку в перчатке, привлекая наше внимание.

— Идут, — внезапно проскрипел Охотник.

И чуть с запозданием, в наши наушники пришло сообщение с командного пункта: «Группа «Бета», сенсоры фиксируют приближение цели к вашим позициям. Приготовиться».

Ледяной холод пробежал по спине. Как он узнал? Раньше техники?

Заняв укрепление, мы принялись ждать, лишь Охотник продолжал стоять на том же месте, лишь развернувшись в сторону угрозы.

Из чащи, с рыками и воем, вырвались десятки оборотней. Мы тут же накрыли их градом из серебряных пуль. Первые ряды рухнули, но следующие шли по их трупам, их ярость, казалось, лишь росла от потерь. Пули замедляли их, ранили, но не останавливали.

И тут в дело вступил Охотник.

Он не кричал. Не издавал ни звука. Он просто исчез с места и возник среди наступающей стаи. Его пистолет-пулемёт короткими, хлёсткими очередями выкашивал ближайших тварей. Серебро делало своё дело — его, выпущенные с убийственной точностью, разрывали сухожилия и ломали кости, обездвиживая и добивая.

Но когда несколько зверей окружили его, он отбросил пулемёт на ремне. В его руке взметнулся тот самый тесак-топор. Он не рубил — он кромсал. Каждый удар был экономичен, точен и смертелен. Лезвие с зубьями разрывал плоть, отсекал конечности, раскраивал черепа с чудовищной силой. Он двигался среди них как пляска смерти — медленные, неспешные шаги, резкие уклоны, уворачиваясь от когтей, и ответные удары, каждый из которых был финальным.

Это было не сражение. Это была бойня. Хладнокровная, методичная и без единой капли лишней энергии.

Один из волкоподобных, самый крупный, рванул к нему сбоку, надеясь на внезапность. Охотник даже не повернул головы. Его левая рука с револьвером, который я даже не заметил, коротко дёрнулась. Глухой выстрел, и серебряная пуля точно вошла в глазницу твари, отбросив её тело назад.

Через 5 минут от сотни оборотней почти никого не осталось. На земле перед ним лежала груда изуродованных тел. Он стоял среди этого хаоса, его плащ был забрызган чёрной кровью, но он дышал так же ровно, как и до боя. Он повернул голову в сторону жалкой горстки уцелевших тварей, забившихся между деревьями, и сделал один короткий, резкий шаг в их сторону.

Этого оказалось достаточно. Оборотни, в которых не осталось ничего, кроме животного страха, развернулись и в панике ринулись прочь, ломая кусты и отбрасывая друг друга.

Мы не дали им уйти.

— Огонь! — мой голос прозвучал хрипло от напряжения.

Шквал серебряных пуль из наших пулемётов и автоматов настиг беглецов. Мы разорвали их в клочья, не оставив ни одного. Тишина, наступившая после залпов, была оглушительной. Пахло порохом, кровью и смертью.

Я перевёл взгляд на Охотника. Он всё так же стоял, наблюдая за тем, как последнее тело перестаёт дёргаться. Затем он медленно повернулся и направился к своему пистолету-пулемёту, валявшемуся на земле. Он поднял его, смахнул грязь с приклада и проверил магазин с чисто механической, отстранённой эффективностью. Казалось, только оружие его и интересовало.

— Эй, — окликнул его Рейес, всё ещё не оправившись от шока. — А круто ты их!

Охотник остановился. Его маска повернулась в нашу сторону. Он не сказал ни слова. Просто коротко кивнул — тот же безжизненный, тяжёлый кивок, что и раньше. В нём не было ни бравации, ни удовлетворения. Было лишь… ожидание следующей охоты.

Потом он отвернулся и снова замер на своём посту, вглядываясь в лесную чащу. Бойня закончилась, но для него, казалось, она никогда не прерывалась. Он был готов к следующей волне. Всегда готов.

Я посмотрел на своих людей, затем на этого безмолвного стража в странной шляпе, и понял одну простую вещь: я очень рад, что он на нашей стороне.

От лица главы группы на пути «Гамма»:

К нам в сокомандники поставили достаточно известного Соколиного глаза и до этого неизвестного агента с позывным «Шиноби». Новый агент был облачён в стандартную тактическую экипировку Щ.И.Т. а, но носил её с какой-то неестественной лёгкостью, а его лицо скрывала маска с тактическими очками, закрывающая все лицо.

Бартон, он же Соколиный глаз, деловито проверял свой лук, кивая в сторону нового агента.

— С ним будет проще. Гораздо.

«Шиноби» молча осматривал нашу позицию — заброшенный складской комплекс на окраине. Его взгляд, скрытый за тёмными стёклами, казалось, сканировал не только физическое пространство, но и что-то ещё.

— Командир, — его голос был ровным и спокойным. — У меня есть предложение по координации. Позвольте мне установить ментальную связь.

Я нахмурился. «Ментальная связь»? Звучало как безумие.

— Что вы имеете в виду?

— Я могу объединить сознание группы. Каждый будет видеть то, что вижу