Инженер Бессмертной Крепости - Ibasher

— Резервуар снабжает половину крепости, — мрачно сказал Ульрих. — Оставшись без воды, мы продержимся дня три. Не больше.

— Не нужно сливать весь. Достаточно создать мощный поток. На несколько минут. Чтобы смыло верхушку и деморализовало тех, кто внизу. А потом — перекрыть.

— Рискованно, — покачал головой Лешек. — Если не сработает — останемся без воды накануне штурма. Если сработает слишком хорошо — можем подмыть фундамент своей же стены.

— Значит, нужно точный расчёт и быстрая работа, — упрямо сказал я. — И люди, которые смогут это сделать. Тихие и быстрые.

Ульрих молчал, разглядывая насыпь. На её вершине копошились тёмные фигурки. Они тащили что-то тяжёлое — похоже, брёвна для настила.

— У нас есть день, — наконец произнёс он. — Сегодня они дорабатывают. Завтра на рассвете пойдут. Твоя идея — единственная, что имеет хоть какой-то смысл, кроме как встретить их на стене грудью. Сделай. Лешек даст людей. Я обеспечу прикрытие и отвлечение. Но запомни — если что-то пойдёт не так, я даже не успею тебя повесить. Мы все просто сдохнем от жажды или нас затопчут.

Он развернулся и ушёл, отдав приказание дежурным офицерам усиливать караулы на этом участке. Я остался с Лешеком.

— Ну что, мелиоратор, — хрипло сказал старик. — Где будем воду пускать?

— Нужно проложить канал от резервуара к краю стены, прямо над насыпью, — объяснил я. — Сделать временную запруду. А в нужный момент — разрушить её. Поток должен быть мощным, концентрированным. Не просто лужа.

— Канал… — Лешек почесал щетину. — Есть старый водовод. Шёл к оросительным канавам за стеной, ещё когда там поля были. Он завален, но его можно расчистить. Он выходит как раз над тем местом. Но он деревянный. Трухлявый.

— Значит, укреплять по ходу дела. И сделать заслонку, которую можно быстро убрать. Из чего здесь делают затворы?

— Из всего, что под рукой. Дерево, железо… есть старые щиты, обитые железом. Можно приспособить.

— Хорошо. Вести работы будем изнутри, через подвалы. Чтобы не видели. Сколько времени на расчистку и подготовку?

— До вечера. Если работать без перерыва.

— Тогда начинаем.

Мы спустились со стены и, через лабиринт подсобных помещений, вышли к главному резервуару. Это был огромный подземный зал, вырубленный в скале. Сводчатый потолок поддерживали ряды колонн. Вода, тёмная и холодная, заполняла его больше чем наполовину. Отсюда по глиняным и деревянным трубам она расходилась по всей крепости. Запах был сырой, но чистый.

Лешек показал на массивную каменную арку в стене, заложенную грубым кирпичом.

— Там начинался старый водовод. Его замуровали лет сто назад, когда орды подошли вплотную и поля стало не поливать.

— Разбираем, — приказал я.

Работа закипела. Лешек привёл своих людей — тех же молчаливых, крепких мужчин, что помогали замуровывать тоннели. Они без лишних слов взялись за кирки и ломы. Кирпичная кладка, скреплённая слабым раствором, поддавалась относительно легко. Через час проём был расчищен. За ним зиял тёмный тоннель, выложенный досками, которые теперь прогнили и провисли. Вода сочилась по стенкам, на полу стояла лужа.

Я, освещая путь факелом, прошёл внутрь. Тоннель шёл с небольшим уклоном вниз, потом поворачивал. Через двадцать метров он упирался в следующую замуровку — видимо, её сделали, чтобы окончательно перекрыть поток. Но до этого места состояние деревянных стен было отвратительным. Доски гнили, кое-где уже обрушились, завалив проход землёй.

— Нужно укреплять, — сказал я, вернувшись. — Ставить распорки, менять самые прогнившие доски. И расчищать завал в конце.

— Успеем? — спросил Лешек.

— Должны.

Мы разделились. Одна группа занялась укреплением тоннеля, другая — расчисткой конечной замуровки. Я метался между ними, проверяя, давая указания. Работали в кромешной темноте, при свете чадящих факелов, в воздухе, насыщенном спорами плесени и пылью. Люди кашляли, плевались, но не останавливались. Они понимали, на что идут. Понимали, что это не просто приказ — это шанс.

К полудню тоннель был укреплён на всём протяжении. Завал расчистили, открыв выход наружу — небольшое отверстие в каменной кладке фундамента стены, хорошо замаскированное снаружи кустарником. Теперь нужно было соорудить затвор. Для этого мы использовали снятые с петель старые ворота от сарая — толстые дубовые доски, скреплённые железными полосами. Их подогнали по размеру тоннеля, обили по краям кожей, чтобы лучше прилегали. Затвор решили не поднимать, а сдвигать в сторону по деревянным направляющим — так быстрее.

Установка заняла ещё несколько часов. Когда всё было готово, я приказал сделать пробу. Несколько человек упёрлись ломами в край щита и сдвинули его. Сначала ничего не происходило, потом раздался скрежет, и щит медленно пополз в сторону, открывая чёрный провал тоннеля. Мы быстро вернули его на место.

— Работает, — констатировал Лешек. — Теперь ждём сигнала.

— Сигнал будет, когда они пойдут на штурм, — сказал я. — Нужно, чтобы как можно больше их было на насыпи или у её подножия.

— Ульрих обеспечит. Он уже готовит «тёплый приём» на стене.

Мы вернулись в резервуар. Оставалось последнее — пробить небольшой проход из резервуара в начало нашего тоннеля, чтобы вода хлынула туда сразу, под напором. Для этого нужно было аккуратно разобрать часть стены. Работа ювелирная — чтобы не вызвать большего обрушения.

Пока каменщики возились с кладкой, я поднялся на поверхность, чтобы глотнуть воздуха и проверить обстановку. На южной стене царила непривычная активность. Солдаты таскали камни, смолу, щиты. Лучники проверяли тетивы. Присутствовала даже группа магов в синих мантиях — не Элрик, к счастью, а другие, более серьёзные. Они что-то чертили на камнях парапета, готовя, видимо, оборонительные заклинания.

Я отыскал Ульриха. Он отдавал распоряжения сержантам.

— Готово? — спросил он, увидев меня.

— Почти. Через час можно пускать воду. Но нужно, чтобы они уже начали атаку. И чтобы основные силы были на насыпи.

— Они начнут на рассвете. Это их любимое время. Мы создадим видимость слабости на этом участке. Отведём часть лучников, сделаем вид, что паникуем. Они клюнут. Ордынцы обожают, когда враг дрожит.

— Надеюсь, вы правы, — сказал я без особой веры. — А что с Элриком?

— Элрик, — усмехнулся Ульрих, — пытается убедить Совет, что вчерашний потоп — это знак свыше, требующий провести ритуал немедленно, но уже на южной стене, чтобы укрепить её перед боем. Его пока не слушают. Но если мы сегодня провалимся… его звезда взойдёт.

Большего стимула не провалиться и быть не могло. Я кивнул и спустился обратно, в подземелье.