Инженер Бессмертной Крепости - Ibasher
Крыша казармы была покатой, скользкой от воды и мха. Мы ползли по ней, цепляясь за что попало. Жёлоб нашёлся быстро — полупрогнившая деревянная конструкция, прибитая к краю крыши. Вода из него лилась мощным потоком в каменную водосточную канаву, которая вела в сторону нашего дренажа.
Работа заняла минут пятнадцать. Мы заткнули жёлоб старыми мешками из-под зерна, забили щели глиной, которую принесли с собой. Вода, не найдя выхода, начала переливаться через край крыши, образуя новый, хаотичный водопад прямо на то место, где Элрик планировал свой триумф.
Спустившись вниз, мы увидели, как наша импровизация уже работает. Под стеной казармы росло тёмное, раскисшее озеро. Дождь лишь усугублял эффект.
— Готово, — сказал Лешек. — Теперь хоть колдуй, хоть пляши — не получится.
— Спасибо, — сказал я, чувствуя, как напряжение немного спадает.
— Не за что. Просто бизнес, — он хмыкнул в темноте. — Иди спать. Завтра будет интересный день.
Я вернулся в свою камеру, промокший до костей, но с тёплым чувством маленькой победы. Пусть грязной, пусть временной. Но своей.
Утром дождь действительно прекратился. Небо было серым, низким, но сухим. Я, как ни в чём не бывало, отправился к северным казармам, якобы проверить, не пострадал ли дренаж от ливня.
Картина была прекрасной. Там, где должна была быть ровная площадка, зияло грязное месиво, в котором по щиколотку утопали несколько растерянных рабочих, пытавшихся что-то подмести. Сам Элрик стоял в стороне, на единственном сухом клочке земли. Его лицо было багровым от бешенства. Он что-то кричал своим приспешникам, тыча пальцем в небо, в лужи, в казармы.
— …происки! Явные происки тёмных сил! Они боятся моего ритуала! Они пытаются помешать! Но мы не сдадимся! Найдём другое место! Немедленно!
Я отвернулся, чтобы скрыть улыбку. План сработал. Он не заподозрил саботаж. Он увидел в этом мистическое противодействие. А значит, он будет искать другое место, тратить время. И, возможно, выберет что-то менее опасное для наших секретов.
Я уже собирался уходить, когда ко мне подошла Кася. Она несла пустые котелки, но её глаза были серьёзны.
— Ульрих просил передать, — сказала она тихо. — «С насыпью орды почти закончено. Выглядит как аппарель для штурма. Жди гостей через день-два. И проверь, чтобы твои заплатки держались»».
Она ушла, оставив меня с новой порцией холодного ужаса. Орда не спала. Их ответ на укрепление ворот был прост и страшен — они построили гигантскую насыпь, чтобы просто перешагнуть через стену. И времени на то, чтобы придумать, как с этим бороться, почти не осталось.
Я посмотрел на грязевую лужу, на беснующегося Элрика, на серое небо. С одной стороны — мелкие победы в грязных играх. С другой — нарастающая, неотвратимая угроза извне. И где-то посередине — я, с киркой в одной руке и с кипой компромиссов в другой. Нужно было срочно думать, как встретить новый вид атаки. Как инженер, а не как дипломат или диверсант.
Но для начала нужно было проверить, выдержат ли ворота удар не в лоб, а сверху. И успеем ли мы хоть что-то сделать с этой насыпью. Или с теми, кто по ней пойдёт.
Глава 8. Выше стены
Утро после шторма встретило нас тишиной. Не той благодатной тишиной, когда не воют орды, а тяжёлой, приглушённой, словно крепость затаила дыхание. Воздух был вымыт дождём, но вместо свежести пахло мокрым камнем, гнилым деревом и страхом. Страхом перед тем, что построили они.
Я поднялся на южную стену по приказу Ульриха. Не по той винтовой лестнице, что вела к нашим укреплённым воротам, а по старой, полуразрушенной галерее, откуда открывался вид на восток и юг одновременно. Вид, от которого кровь стыла в жилах.
Насыпь была не просто кучей земли. Это было инженерное сооружение. Примитивное, грубое, но оттого не менее эффективное. Они не рыли — они насыпали. Таскали землю, камни, хворост, брёвна, всё, что находили в округе. Работали, судя по всему, и днём и ночью, не считаясь с потерями. И теперь, в сером утреннем свете, это чудовище представало во всей красе.
Оно начиналось в двухстах метрах от стены, у подножия невысокого холма, и ползло вверх, как гигантская, грязная пиявка. Ширина у основания — метров сорок, не меньше. К вершине сужалось, но всё равно было шире, чем любая наша улица. Высота… Высота была леденящей душу. Они насыпали так, что верхняя кромка их творения была почти вровень с зубцами нашей стены. Почти. Оставалось метра три, не больше. Достаточно, чтобы перекинуть мостки. Или просто закидать нас градом стрел с равной высоты.
— Ну? — раздался рядом голос Ульриха. Он стоял, опершись о парапет, и смотрел на это наваждение без эмоций. — Что скажешь, инженер? Красиво?
— Эффективно, — ответил я, глотая ком в горле. — Они меняют правила. Теперь им не нужно ломать ворота. Им нужно просто подняться и перешагнуть.
— Именно. И сделали это за неделю. Пока мы играли в дренажи и замуровывали дыры.
— У них рабский труд, — заметил я. — Им плевать на потери. У нас нет такого ресурса.
— Ресурса нет, — согласился Ульрих. — Но есть голова. Что можем сделать? Пока они не пошли в последний бой. У них там, на вершине, сейчас человек сто. Доводят последние метры. Остальные — внизу, ждут.
Я смотрел на насыпь, мысленно прикидывая. Артиллерии у нас не было. Маги могли что-то метать, но дистанция великовата, да и насыпь — не плотный строй, её огнём не разгонишь. Значит, нужно было что-то, что работает против самой конструкции.
— Подкоп, — сказал я. — Нужно сделать подкоп под основание. И обрушить его.
— Под основанием — скала, — возразил Ульрих. — Они не дураки, начали с твёрдого места.
— Тогда нужно не дать им использовать насыпь. Сделать подход к ней или вершину непригодной для атаки.
— Как?
— Заграждения. Шипы, ямы, волчьи ямы перед её подножьем. Чтобы их первая шеренга споткнулась и создала затор. Но это полумеры. — Я замолчал, разглядывая склоны насыпи. Они были крутыми, но не вертикальными. Земля, перемешанная с камнями. — А если… размыть?
— Дождя больше не будет, — отозвался Лешек, появившийся сзади бесшумно, как тень.
— Не дождём. Водой. — Идея, дикая и рискованная, начала обретать форму. — Главный резервуар… он выше этого места.
