Шанс для Фьюри том 1 - Архивариус Эха
Испытуемый № 4: Лелуш. Сидит на сложенном ящике с оборудованием в стороне от основной площадки. Его взгляд аналитический, холодный. Кажется, он изучает не столько технику боя, сколько самих бойцов — их поведение, привычки.
Испытуемый № 5: Сенку. Нервно осматривается на остальных. Явно не боец, но сказали проверить боевые возможности, значит надо проверить.
Испытуемый № 6: Виктор. Он более спокоен, чем Сенку. Стоит расслабленно, но готово. Сложно сказать, есть ли у него опыт ближнего боя или нет. Возможно, скрывает навыки.
Испытуемый № 7: Йода. Сохраняет спокойствие, как и всегда. С ним вообще всё ясно — мастер.
Ладно, хватит раздумывать. Пора начинать. Сначала будут проходить спарринги рукопашного боя, потом с муляжом холодного оружия. После этого будет проведена тренировка на меткость при использовании огнестрела или метательного оружия.
Напоследок будет проведена командная тренировка в голографическом симуляторе «Холодфьюжин», вершина тренировочных технологий щита, позволяющая симулировать ситуации начиная с захвата заложников, заканчивая инопланетным вторжением. Его как раз недавно установили.
Первый спарринг, Охотник против Соколиного глаза. Рукопашный бой.
Клинт отложил лук и занял боевую стойку. Охотник вышел на площадку. По сигналу Бартон пошёл в атаку — серия быстрых, точных ударов, которые обычно сбивают с ног даже подготовленных бойцов.
Охотник не блокировал. Он уворачивался. Каждое движение было минимальным, почти незаметным. Голова смещалась на сантиметр, корпус изгибался — и удар проносился впустую. Это было жутко — смотреть, как один из наших лучших бойцов не может даже задеть его.
Клинт попытался захватить, перевести в борьбу. В тот момент, когда его пальцы должны были коснуться плаща, Охотник исчез. Не метафорически. Буквально растворился в движении и оказался за спиной у Бартона. Лёгкий, почти невесомый толчок в спину — и Клинт летит вперёд, теряя равновесие.
Он приземлился с перекатом, сразу вскочил. Но было ясно — в реальном бою он был бы уже мёртв.
Вся схватка заняла меньше десяти секунд. Охотник даже дыхание не сбил. Он просто вернулся на исходную позицию, его лицо скрыто в тени шляпы.
Клинт кивнул, отдавая дань уважения. Он проиграл вчистую.
Клинт выбрал тренировочный нож. Занял низкую стойку, готовый к мгновенному отступлению. Он усвоил урок скорости.
Охотник взял такой же муляж. Держит его непринуждённо, почти небрежно.
Начало. Бартон не атакует. Он движется по кругу, сохраняя дистанцию, глаза прикованы к противнику. Охотник стоит на месте, лишь голова поворачивается, следя за ним.
Резкое сближение — но не от Клинта. Охотник сделал один шаг. Всего один. Но этого хватило, чтобы оказаться в мертвой зоне Бартона. Удар муляжом снизу вверх — точно в солнечное сплетение.
Клинт успел отскочить, но муляж всё же коснулся бронежилета. Он бледнеет. В реальном бою это был бы смертельный удар.
Охотник не преследует. Он снова замер.
Бартон меняет тактику. Серия финтов, попытка зайти сбоку. Охотник парирует каждый мнимый удар минимальным движением запястья. Его муляж всегда оказывается там, где должен быть клинок Клинта.
И снова — одно движение. На этот раз подсечка. Бартон падает, но тут же пытается нанести удар снизу. Его запястье перехвачено. Лезвие муляжа у его горла.
Спарринг окончен.
Клинт медленно поднимается. «Я даже не видел, как он это сделал», — тихо говорит он, обращаясь ко мне через ком.
Охотник возвращает муляж на стойку. Он не выглядел напряжённым ни на секунду. Словно всё это было для него лёгкой разминкой.
На мониторах замерли две фигуры: Бартон, всё ещё пытающийся перевести дух после стремительного нокдауна, и Охотник, неподвижный, как изваяние, его лицо скрыто в тени шляпы. Затем Охотник медленно, почти церемонно, склонил голову в сторону Клинта.
Его голос прозвучал низко и хрипло, будто доносясь из самой глубины склепа, но в нём впервые зазвучали ноты, отдалённо напоминающие уважение.
— Для человека… лишённого Крови… ты искусен. Реакция… почти что как у существа из кошмара.
Клинт, всё ещё оправляясь от шока, фыркнул, вытирая пот со лба. Почти… улыбка.
— «Почти»? После этого комплимента я буду спать спокойно, — парировал он, но в его глазах читалось неподдельное признание. Он был солдатом и умел ценить мастерство, даже направленное против него.
Я сделал пометку в планшете: «Объект "Охотник". Рукопашный бой, холодное оружие — уровень угрозы максимальный, сверхчеловеческий.
Внизу Наташа Романова, наблюдая за разбором полётов, мягко покачала головой.
— Кажется, тебя только что похвалили, как щенка, который почти догнал машину, Бартон.
— А ты сама попробуй, Романова, — откликнулся Клинт, отходя к стене. — Уверен, он найдёт для тебя ласковые слова вроде «проворна, как голодная крыса».
Йода, сидевший в стороне на ящике с оборудованием, тихо проскрипел, и в его глазах мелькнула искорка одобрения.
— Видеть истинную силу в другом… и уважать её… мудрого воина признак.
— Следующие, — раздался мой голос по динамикам, — Романова против Яманаки. Рукопашный бой. Полное равенство условий.
Наташа сбросила куртку, оставаясь в облегающей тактической форме. Её движения были плавными, кошачьими, но в глазах — сталь. Иноичи снял стандартный бронежилет Щ.И.Т. а, оставшись в лёгкой форме Анбу. Оба были готовы.
— Надеюсь, ты не будешь лезть в мою голову без спроса, ниндзя, — бросила Наташа, занимая стойку.
— Ментальные техники не входят в программу рукопашного спарринга, — ровно ответил Иноичи, принимая зеркальную стойку. — Только физическое мастерство.
По моему сигналу они сошлись. Стили были абсолютно разными. Наташа — квинтэссенция спецподготовки, капоэйры и уличных боёв. Каждое движение — на максимальный урон. Иноичи — плавность тени, использование инерции противника и точечные удары.
Первой атаковала Наташа — серия низких ударов ногами с резким заходом в клинч. Иноичи парировал предплечьями, отклоняя удары, но Наташа не давала ему ускользнуть. Она наращивала темп, заставляя его постоянно подстраиваться.
Она заметила крошечную привычку — перед сложным манёвром Иноичи на долю секунды переносил вес на правую ногу. Этого было достаточно.
Следующая её атака была обманной. Она имитировала высокий удар, заставив Иноичи сделать характерное движение для уклонения. Но вместо удара она резко сменила траекторию, опустилась и провдела мощную подсечку именно в опорную ногу.
Иноичи, пойманный на собственном предсказуемом движении, потерял равновесие. Он попытался сгруппироваться в падении, но Наташа уже была на нём. Молниеносный бросок с переходом на удержание. Она зафиксировала его руку в замке, прижав коленом к спине.
— Сдаёшься? — её голос
