Лабиринт - Ирек Гильмутдинов

Я задумался, перебирая пальцами потёртый переплёт. Гримуар и правда всегда казался мне... немного странным. Но разве у меня был выбор, когда я его нашёл? Был, если честно, но я предпочёл не бросать вот и…

Этот "подарочек" внезапно обрёл зловещие очертания. В воздухе повис невысказанный вопрос: "А не подбросили ли мне его нарочно?"

— Не могли бы вы рассказать подробнее? — попросил я, ощущая, как пальцы сами собой сжимают переплёт. — Мне важно понять, случайно ли он попал в мои руки или кто помог.

Марта сжимала пальцами спинку стула, а её взгляд стал твёрдым, как сталь.

— Только если поклянёшься уничтожить его здесь и сейчас. После — узнаешь всю правду.

— Согласен.

Я накрыл гримуар ладонью, ощущая под пальцами мерзкое биение — будто книга была живой и осознавала, что с ней сейчас произойдёт. Собрав магию, я выпустил заклинание:

— Fulmen Nox!

Молния, сплетённая с самой тьмой, ударила в переплёт. Сначала — ничего. Лишь лёгкое потрескивание страниц. Но я не останавливался, выжимая из источника каждую каплю силы.

Прошла целая минута. Мои руки дрожали, а в висках стучало от напряжения. Семьдесят процентов источника — истрачено.

Проклятая вещь, вот реально проклятая.

«Да чего же ты не сдохнешь», —мысленно прокричал я.

И тогда — треск.

Гримуар рассыпался в пепел, оставив после себя едкий дымок с запахом сгоревшей плоти.

Старики улыбнулись — не просто с облегчением, а с жестоким удовлетворением.

— Вот теперь верю, что ты настоящий двухстихийник, — голос Марты звучал почти ликующе. — Только такие могут уничтожить её творения.

Она опустилась в кресло, а я встал напротив, готовый ловить каждое слово.

— Уговор есть уговор. Слушай парень. История недолгая, но... занимательная.

Барт тем временем поднялся наверх — кто-то настойчиво стучал в дверь.

Через пару минут он вернулся, и рядом со мной приземлился Аэридан.

— Кто они такие?! — мой фамильяр нервно взмахнул крыльями. — Я сколько ни пытался — не смог пробиться сквозь их защиту! Ни одной щели! Стражи мира что ли?

— Знакомьтесь, — ткнул я пальцем в него. — Аэридан, мой фамильяр. И, кажется, ваш защитный контур его озадачил. А это — Барт и Марта. Хозяева лавки.

Аэридан окинул стариков задумчивым взглядом.

— Забавный пегарог, даже сказала бы симпатичный. Ладно, о нём потом. Ты будешь слушать или начнём работу с гримуаром?

— Нет. Сначала — история.

Марта тяжело вздохнула — будто готовилась рассказать то, о чём молчала десятилетиями.

И начала...

Тайну Даэрис Пожирательницы знают очень мало кто. Даэрис не всегда носила это прозвище. Когда-то она была известна как Даэрис «Водопад мудрости», величайший архивариус Королевской Библиотеки Адастрии. Её падение началось с одного проклятого открытия...

Во время раскопок древнего некрополя маги обнаружили библиотеку и пригласили её с целью определить, мусор ли это или сокровище. Там среди прочего она обнаружила книгу «Врата Бездны» — артефакт Древних, написанный на коже демонов. В его последней главе описывался ритуал «Вечной Чернильницы»:

«Чернила из слёз матери, перо из кости невинного дитя, страницы из плоти грешника... Но истинная сила в чернилах, что текут из души».

Конечно же, она не удержалась и провела эксперимент. Первой жертвой стал её ученик. Говорят, его крики до сих пор слышны в подвалах Библиотеки. Когда ритуал был окончен, созданный ею гримуар ожил, но потребовал больше жертв:

Двадцать пять душ = 1 забытое заклинание. Десять тысяч душ = секрет бессмертия. Тьма окутала сознание Даэрис.

Далее с ней начались происходить метаморфозы. Через сорок лет: её кожа срослась с переплётом гримуара. Пальцы превратились в перья из кости. Глаза стали чернильными пятнами.

По крайней мере, так художник изобразил её на известной картине, что висит в той самой библиотеке.

Её имя стёрли из всех хроник, и теперь осталось только её прозвище Даэрис «Пожирательница».

Поняв, что одной ей придётся очень долго кормить гримуар, она решила создать свои, те, что будут делиться с ней частичкой. Вот убил ты существо, и часть энергии его души перейдёт к ней.

На этом месте я сглотнул ком. Жесть какая. Это ж сколько я ей душ подарил. Интересно, а души животных считаются?

— А как она создавала гримуары? — Аэридан ходил по столу туда-сюда, изнемогая от любопытства.

— Выбирала талантливого мага. Давала ему «пустой» гримуар. Созданный по подобию того которым сама пользовалась и проводила над книгой ритуал «Вечной чернильницы». Когда владелец вписывал туда заклинания, книга поедала:

Первое — часть души мага при каждом использовании. Полностью — после смерти. Второе — забирала часть силы с тех, кого убивал маг. После гримуар возвращался к ней с «урожаем», добавляя съеденные знания в её коллекцию и энергию душ для «Гримуара Бездны».

— Жесть какая, — проговорил Аэридан и приземлился у меня на плече.

А я мысленно расслабился. Получается, раз я его уничтожил значит ничего она не получит.

— Спасибо за историю. А теперь спрошу, только без обид. Тот грим, что вы создали для меня. В нём есть какие-либо аналогичные ловушки или ещё чего такого?

— Нету. Можешь сам проверить. Тем более твой фамильяр сразу увидит, если к нам потянется ручеёк чего-либо, — произнесла она это так, что я сразу поверил.

— Да и не дураки мы, чтоб с тобой связываться, — добавил Барт.

— Всё, малец, давай бери его и активируй. Хочу посмотреть, на что он способен, — потирая сухонькие, морщинистые ладошки, Марта протянула мне мой грим.

Я взял «красотулю» в руки, ощутив под пальцами мягкую гладь переплёта. Сосредоточившись, позволил магии свободно течь сквозь меня. Буквально через мгновение страницы начали заполняться — сначала знакомыми заклинаниями, затем теми, что вписала Башня. Весь процесс занял не более тридцати секунд.

— Готово, — объявил я, закрывая том.

Старуха фыркнула, затем что-то очень тихо пробурчала. Явно не хорошее и про меня, суда по её выражению.

— Мне не твои каракули нужны, парень. Мне важно увидеть, какую мощь даст тебе эта книга. Вот это и покажи.

В её тоне звучало такое нетерпение, что, дай ей волю, она бы забралась на табурет и треснула меня по макушке, как непонятливого ученика.

— Такой высокий, а соображаешь медленно, так бы и огрела скалкой, — проворчала она, подтверждая мои мысли.

— Видимо, — согласился я, не сдерживав улыбки. Её ворчливость напоминала мне бабушку —