Отражение - Ирек Гильмутдинов
Кривить душой не хотелось, но в будущем я действительно планировал нечто подобное. Идея с рессорами для повозок, карет и прочего, всё ещё витала в воздухе. Так что, строго говоря, это была не совсем ложь. Наверное.
— Ну, если так… — орк с новым интересом принялся изучать меню, затем с важным видом продиктовал свой заказ официантке.
Ева же долго не могла определиться, беспомощно переводя взгляд с одного незнакомого названия на другое. Я сделал это специально, чтобы люди хотели попробовать всё.
Мне пришлось прийти Еве на выручку. Я предложил ей начать с салата «Цезарь» — нежного сочетания хрустящих листьев айсберга с соусом на основе перепелиных яиц и выдержанного сыра. На основное блюдо — медальоны из дикого кабана в ореховой корочке, под гранатовым соусом, с отварным молодым картофелем, приправленным укропом и капелькой трюфельного масла.
Пока мы ожидали заказ, к нашему столику с лёгкой улыбкой подошла Алатея. Я представил её своим друзьям как одну из ключевых хранительниц атмосферы этого места. Она учтиво пожелала нам приятного вечера и удалилась встречать новых гостей, её плавные движения напоминали танец.
— Ну как вам здесь? — поинтересовался я, понимая, что не могу задать этот вопрос другим посетителям с той же прямотой. Это выглядело бы весьма странно.
— Эм-м… — Ева задумчиво прикусила нижнюю губу, её пальцы нервно перебирали край скатерти.
— Не по душе пришлось? — я невольно нахмурился, ожидая совсем иной реакции.
— Непривычно, — взял слово орк, оглядывая зал с лёгким недоверием. — Всё здесь так странно… Ничего подобного я прежде не видел. Даже немного тревожно.
— Тебе? Тревожно? — я не скрывал удивления.
— Пойми, друг, — опустил голос Вул’дан, — здесь всё дышит аристократией, величием. Чувствуется, что создано для властительных особ, знати высшего круга.
— А ты кто у нас? Простолюдин с полей? — я приподнял бровь. — Если мне не изменяет память, передо мной Вул’дан, сын самого Крушака Костелома. Вождя отнюдь не маленького города. Самый что ни на есть аристократ.
— И что с того? У отца, конечно, есть средства, но вряд ли он станет частым гостем в таком месте.
— Ох уж эти мне экономщики, — отмахнулся я. — Нет бы порадоваться за мою подругу. — Ева, а твоё мнение?
— Мне безумно нравится! — её глаза засияли искренним восторгом. — Здесь так изящно и по-домашнему уютно. А если кухня окажется столь же прекрасна, то я буду сюда возвращаться снова и снова… Когда разбогатею, конечно.
Её историю я знал до мелочей — какие же мы друзья, если скрываем друг от друга такие вещи?
— Вот это я понимаю — реакция! — я одобрительно кивнул в сторону девушки. — А то: «странно, непривычно», — передразнил я орка, на что он только добродушно фыркнул.
В этот момент к нашему столику подошли официанты с заказанными блюдами. Зная, что мне предстоит ещё немало дегустаций в течение вечера, я ограничился одним лёгким салатом, в то время как моих друзей ожидали настоящие кулинарные шедевры.
— Божественно вкусно! — восторженно выдохнула Ева, отодвигая пустую тарелку. — Ничего прекраснее мне не доводилось пробовать. Хотя, кривлю — твои кулинарные опыты ничуть не хуже, а в чём-то даже превосходят.
— Благодарю за столь лестный отзыв, — я с лёгкой улыбкой склонил голову.
— Как думаешь, кто-нибудь из Первой Двадцатки почтит нас сегодня своим визитом? — понизив голос, поинтересовался Вул’дан, провожая взглядом официантку, уносившую пустую посуду.
В «Первую Двадцатку» входили те рода, что обладали не просто богатством и властью, но и безоговорочным уважением народа, являясь истинной опорой империи. Те, кто первыми поднимут мечи в её защиту, если грянет война.
— Сомневаюсь, — ответил я, стараясь скрыть лёгкое волнение. Ибо очень на них рассчитывал. Их появление в первый же день стало бы вестью, которая облетела бы всю Адастрию быстрее, чем пожар по сухой степи, даровав нам репутацию на века. — У них свои придворные повара. Зачем им посещать подобные заведения?
И в этот самый момент дверь распахнулась, и в зал вошла… Элидия. Ева непроизвольно прикрыла рот ладонью. Как потомственная аристократка и прилежная ученица, она знала историю Керона на отлично. Не узнать архимагистра жизни, чей лик украшал фрески в Библиотеке Академии, она не могла. Никто бы не смог.
— Это же… сама Элидия, — прошептала она, и в её голосе звучало благоговейное потрясение.
— Где? — в унисон воскликнули мы с Вул’даном, разом повернувшись к входу. Да, это было неприлично, но…
Представьте: вы сидите в ресторане, и в него входит живая легенда, чьё имя знает каждый ребёнок империи. Выбросите вы из головы все правила приличия? Конечно. Вот и мы выбросили, бесстыдно уставившись на величайшего мага жизни современности.
— Не может быть… Я думала, это всего-навсего слухи, но она и вправду вернулась, — на грани слышимости прошептала наша подруга.
— Если уж она соизволила пожаловать, то кто следующий? — рассмеялся орк. — Не удивлюсь, если следом явится сам архимагистр Шаркус!
Он не успел договорить, как дверь вновь распахнулась, и на пороге возникла высокая, величественная фигура вышеупомянутого архимагистра.
У всех присутствующих, за редчайшим исключением, буквально отвисли челюсти. Два архимагистра одновременно — зрелище, невиданное доселе даже в столице. От них исходила такая мощная аура, что у многих по коже побежали мурашки, а волосы на руках встали дыбом. Впрочем, магистры быстро взяли себя в руки и приглушили исходящую от них магическую энергию — видимо, с непривычки дали слабину в столь неформальной обстановке.
— Поглоти меня пески… — прошептала Ева, готовая буквально провалиться под стол. Поскольку эта величественная пара разместилась за соседним столиком. Но это было ещё полбеды. Настоящий удар обрушился на меня, когда архимагистр жизни непринуждённо помахала мне рукой и так "громко", на весь зал, произнесла:
— Приветик, Кай! Здорово у тебя тут всё вышло. Надеюсь, твои обещания насчёт вкусной еды оправдают мои самые смелые ожидания!
Мои друзья уставились на меня с таким
