Графиня де Монферан - Полина Ром
И холл в доме, и мыльня, где она купалась, и даже коридор, по которому она шла, были давно и прочно обжиты, обустроены и разительно отличались от того, что видела Николь в собственном замке. Здесь не только была свежая побелка на стенах, но и полностью отсутствовали признаки запустения: никакой паутины и пыли по углам.
Зато в комнате стояла отполированная воском тёмная солидная мебель, окна закрывали добротные плотные шторы, и старенький, но чистый ковёр под ногами добавлял уюта. На столе, покрытом дорогой бархатной скатертью, — фарфоровая ваза со свежим букетом белых роз, мелких и пахучих. На каминной доске — громко тикающие часы в золочёном резном корпусе, щедро усыпанном изображениями виноградной лозы с крупными гроздьями ягод. Заметно было, что за домом хорошо следят, а главное — у хозяев есть на это средства и время.
Николь же первый раз наблюдала интерьеры жилья, обставленного так, как полагается. Для неё это было тяжеловесно и не слишком привычно, но всяко лучше того, что она увидела, очнувшись здесь. Нельзя сказать, что всё в этом доме было прекрасно, но всё же обстановка явно была чище и дороже, чем в замке Божель.
Та из служанок, что помоложе, проворно помогла поправить причёску графини и даже, погрев металлическую плойку над пламенем свечей, ловко закрутила два локона на висках. Мира в это время, нисколько не стесняясь Николь, разбирала сундук гостьи с одеждой и выкладывала на постель чистое бельё, включая чулки и чёртовы панталоны, свежую сорочку и новое платье. Почему-то в этот раз Николь постеснялась отказаться, понимая, что такой неслыханный проступок немедленно станет известен баронессе Катрин.
— А ваше платье, госпожа графиня, я на ночь на веранде развешу, чтоб запах выветрился, — практично пообещала горничная.
Служанки помогли ей одеться, не позволив самой даже натянуть себе чулки, и та, что помоложе, проводила госпожу графиню в трапезную, где её терпеливо поджидали хозяева и месье Шерпиньер. Как только графиня уселась, баронесса скомандовала слугам подавать еду.
На ужин была горячая густая похлёбка с кусочками мяса, моркови, жёлтой разваренной крупы и ещё какого-то овоща, который Николь так и не опознала. Вторым блюдом подали две фаршированные тушки цыплят. В качестве фарша использовалась та же крупа, щедро пересыпанная луком и какой-то пряной травкой. Затем последовали ягоды со взбитыми сливками. Мужчины запивали ужин лёгким розовым вином, а Николь и баронессе лакей, даже не спрашивая, разбавил вино водой.
После того, как первый голод был утолён, примерно к концу поедания цыплят, за столом возникла беседа, в которой стесняющаяся графиня почти не принимала участия. В основном баронесса Катрин выспрашивала у месье Шерпиньера столичные новости. И господин секретарь охотно рассказывал известные ему сплетни: о том, что старшая из сестёр де Рителье недавно получила от его величества в подарок баронство Кошен, а младшей достались роскошные виноградники в Арлизе; о том, что мать их, Мария де Рителье, потеряла ребёнка, чем его королевское величество был страшно огорчён; о том, что принц Франциск буквально перед отъездом секретаря из столицы выиграл пари, победив в скачках, и о том, что на следующий год назначена свадьба дофина с англитанской принцессой.
Николь судорожно пыталась запоминать этих высочеств и дофинов, а так же все разговоры, догадываясь, что вскоре ей и самой придётся беседовать на подобные темы.
Хозяева слушали новости с большим интересом, только госпожа Катрин при каждом упоминании какой-нибудь высокородной дамы обязательно уточняла, как одевается вышеназванная особа. И господин секретарь охотно повествовал о том, что в последнем сезоне одежду женщины носят цвета голубиной шейки* или гортензии**, а мужчины предпочитают камзолы цвета Иудина древа*** и оттенка Нильской воды****.
— Женщины предпочитают в отделке использовать серебро, мужским же цветам больше пристало золото. На прогулке в день Святого Андруса, когда его королевское величество традиционно показывается в открытой коляске своему народу, проезжая по улице Картурен, король был в камзоле цвета перванш*****, и все обратили внимание, как к лицу королю его одежда. Его величество выглядел удивительно молодым и представительным!
Когда ужин подошёл к концу, баронесса Катрин, ласково улыбнувшись Николь, предложила:
— Ваше сиятельство, предлагаю вам дать мужчинам побеседовать. А мы, с вашего позволения, пройдём в малую гостиную.
Выходя вслед за хозяйкой, Николь слышала, как оживившийся барон допытывался у гостя:
— А что вы думаете, месье де Шерпиньер, по поводу грядущего союза с Англитанией? Англы ведь не самые надёжные соратники...
В малой гостиной, где на небольшом столике, покрытом кружевной скатертью, стояли вазочки с орехами и сухофруктами, удобно расположившись в широком громоздком кресле, изобилующем пуховыми подушками и валиками, баронесса, мягко улыбнувшись графине, со вздохом сказала:
— Ох уж эти мужчины! Одна политика у них на уме!
Женский разговор шел в основном о моде и домашнем хозяйстве, и тут, бесспорно, лидировала баронесса Катрин. Быстро осознав, что едущая из провинции графиня в столице никогда не бывала и модными идеями поделиться не может, опытная хозяйка взялась сама поддерживать беседу.
Пожалуй, Николь была ей за это благодарна. Изрядно утомлённая дорогой, графиня почти с ужасом думала о том, что в доме её мужа ей самой придётся вот так же беседовать с гостями. Николь прекрасно понимала, что с такой задачей совершенно точно не справится. Поэтому, какой бы уставшей себя ни чувствовала, старалась не зевать, ну, или делать это незаметно, зато так же старательно запоминала дозволенные темы для беседы: всё, что касается одежды и моды, советы по домоводству и лечению слуг. Тут бедная графиня впервые услышала о том, что каждая хорошая хозяйка — ещё и медик для всего дома.
В разрешённые темы входили так же и сорта садовых деревьев, цветы, стихи и литература: баронесса похвасталась, что кто-то из соседей давал ей почитать книгу о трагической любви рыцаря Роландо к принцессе Мерилиз.
— Ах, госпожа графиня! Когда читаешь о возвышенных чувствах, что питали к своим избранницам герои прошлых веков, — на глаза невольно наворачиваются слезы! Так точно изображены страдания молодых влюблённых! А когда рыцарь подарил своей принцессе жёлтые розы****** — я разрыдалась! Язык цветов так тонко и прекрасно передаёт всю печаль и горечь предстоящей им разлуки!
«О господи! Мало этих странных названий ткани, так ещё и язык цветов!», — с ужасом подумала Николь, тщательно скрывая зевок.
*Цвет голубиной шейки — оттенок серого.
**Цвет гортензии — оттенок нежно-розового.
***Цвет Иудина древа — ярко-розовый /у багряника — иудина дерева, цветы ярко-розовые/.
****Цвет Нильской воды — серовато-зелёный
*****Цвет перванш — оттенок бледно-голубого с сиреневым.
****** Язык
