Повелитель Рун. Том 9 - Илья Сапунов

«Пора домой…» — шепнул голос. И комната дрогнула.

Я едва успел вбить в голову заготовленный «гвоздь» — сухой якорь из фактов. Это не мой дом. Это не моя мать. Я один. Это иллюзия.

Воспоминание треснуло, как стекло под ногой, и рассыпалось.

Я едва успел перевести дух. Тем и страшна была ментальная магия. Опытный мистик может вшить тебе чужое воспоминание так искусно, что ты уже не сможешь различить, где правда, а где ложь.

— Хорошо, — кивнула она. — Тогда попробуем иначе.

Я услышал голос Фирены, зовущий по имени, почувствовал тёплую ладонь на своём плече, настолько реальную, что я едва не повернул голову. Ещё мгновение — и я бы сам раскрыл двери, пригласил её внутрь. Но я резко выдохнул и заставил собственное сознание сжаться в стальной обруч. А затем резко оттолкнул фантомные образы обратно.

И тогда я увидел, как на миг изменилось выражение лица Мираэль. Совсем чуть-чуть — но тонкая морщинка возле губ дрогнула.

— Контратака? — в её голосе зазвенел интерес. — Ты не просто защищаешься?

Я не ответил. Внутри я уже готовил собственный ход. Простая иллюзия: темнота и бесконечная тишина. Пустота. Ничего, за что можно зацепиться. Я толкнул образ прямо ей в лицо.

Воздух в комнате слегка задрожал. Мираэль прищурилась.

— Смело, — сказала она, — но бесполезно.

И ударила в ответ. В одно мгновение мой каркас словно потянули в разные стороны: я видел и собственное несуществующее прошлое, и гипотетическое будущее. Где-то я погибал в сфере, где-то сидел в нищете на окраине Карна, где-то — наоборот — блистал в золоте, вошел в Верховный Совет… Она раскрывала все возможные двери сразу, заставляя мой разум метаться.

Я ответил грубо. Без изысков. Сломал все картины одним движением — вообразил вспышку белого пламени, пожирающего образы дотла. Пламя несло одну мысль: ничего ещё не решено.

Она отшатнулась. Едва заметно. Но я уловил это.

Несколько секунд мы молчали.

А потом Мираэль медленно откинулась назад и усмехнулась. Улыбка была усталой, но честной.

— Ладно, хватит. — Она щёлкнула пальцами, и воздух сразу стал легче, будто открыли окно. — Дальше — только впустую силы тратить.

Я позволил каркасу внутри распасться и снова сделал вдох полной грудью. Голову ломило, словно после тяжёлого похмелья, но я держался.

— Неплохо, — сказала она. — Очень неплохо. Недостатки есть, но это можно поправить. Ты меня удивил.

Она подняла бокал и сделала маленький глоток.

— Возможно, мы сработаемся.

Я благоразумно не стал уточнять, что далеко не факт, что я выберу их сторону.

— И что теперь?

Она наклонилась вперёд.

— Расщепление ты выдержишь. А вот то, что будет дальше, пока не ясно. Но, к сожалению, я не имею права об этом говорить. — Она пристально посмотрела на меня.

Я выдержал её взгляд и лишь кивнул.

— Ясно. Так что насчет наград?

Мираэль вновь улыбнулась — теперь с тем самым оттенком хищницы, который был заметен с самого начала.

— Я подготовлю список. Заодно посмотрим, насколько ты жаден. Вернусь завтра утром.

Она поднялась и, не дожидаясь ответа, быстро покинула комнату.

Глава 7

Мираэль сдержала слово и на следующий день вернулась с подробностями. В отличие от Хардена, её предложения были вполне конкретными. Участок земли в городе с приличным домом. Редкие трактаты по магии уровня Отречения. Деньги. Артефакты. Помощь с восстановлением фамилии или созданием новой. И везде были понятные цифры и названия. Например, землю я мог выбрать из нескольких предложений. Каждый участок был тщательно описан: размер, что построено на территории, какая у него магическая защита. У артефактов в списке присутствовало подробное описание того, насколько они могущественные и что с их помощью можно делать. Даже по трактатам была краткая сводка: какая магия в них описана, кому подойдут и почему эти тексты настолько редкие и ценные. Особняком стояло предложение войти в семью ветви Мираэль. Правда, на каких условиях — должно было решиться после завершения истории со Средоточием.

Но во всей этой бочке мёда, как и ожидалось, не обошлось без ложки дёгтя.

После ещё одного, более обстоятельного разговора с магессой я более-менее убедился, что она представляла вторую линию — тех самых магов-бунтовщиков, планировавших передел власти. Что, кстати, автоматически делало Хардена представителем предков-основателей, как я и подозревал.

Проблема с Мираэль заключалась в том, что почти все её предложения в данный момент находились в чужих руках. Помимо некоторых ценных артефактов, остальное принадлежало старейшинам — особенно земли и магические трактаты. И, как она и говорила, знания стоили дорого. Если бы я согласился на её условия, то фактически встал бы на сторону бунтовщиков.

И это было крайне опасно: мне предлагали саботировать предстоящую экспедицию. Как бы уверенно я себя ни чувствовал, трудно предугадать, как всё сложится. Один, в окружении врагов, да ещё и не в своём собственном теле…

Хотя, может быть, и не один. Было бы глупо считать себя настолько уникальным, что Мираэль и её союзники обратились только ко мне. Учитывая, что они не боялись, что я пойду и расскажу об их планах тому же Хардену, я был под плотным наблюдением.

А ведь ещё в тени где-то пряталась Аска и её «третья сторона». Молодое поколение, может быть, и слабее, но в амбициях и хитрости вряд ли уступало старшему. Так что, очевидно, деваться мне было некуда.

И всё это при условии, что мне говорят правду. Вполне возможно, что все три стороны давно знают друг про друга. А может быть, их и не три. Может быть, есть четвёртая сторона. А может, одна из сторон лишь притворялась независимой, а на самом деле работала на кого-то другого.

От этих размышлений у меня пухла голова. Но выбора не было, и, хотя тянуть было тяжело, я всё же попросил у Мираэль время подумать.

Её реакция отличалась от реакции Хардена. Она лишь улыбнулась и кивнула, словно ожидала такого ответа. С обещанием, что придёт попозже, она без дополнительных попыток меня убедить спокойно ушла. Что, если честно, было даже страшнее, чем если бы она ругалась и угрожала.

Непредсказуемая магесса была нечитаема. Я не смог понять её истинных мотивов, хотя мне всё же показалось, что такая, как она, не стала бы подчиняться кому бы то ни было. Действительно ли она на стороне второй линии? Нет ли здесь и в самом деле четвёртой стороны?

Отмахнувшись от назойливой паранойи, я вернулся к тренировкам. Несколько последующих дней пролетели незаметно, будто их и не было. Наследников познакомили с