Даль-цвет. Том 2. Киноварь - Владимир Прягин

— Не стесняйся, — сказал я. — Что насчёт вереска?

— Извини, что затронула эту тему. Твой клан ведь беден, запасы краски малы. Это, вероятно, связано с тем, что клан сейчас — очень малочисленный…

— Гм. Значит, на ёмкость месторождения влияет численность клана?

— Это один из факторов. Вот представь, например, обычное цветочное поле, немагическое. Его опыляют пчёлы — без них цветов будет меньше. Это очень грубая аналогия, разумеется, но…

— Понятно. По этой логике, кстати, у нас должно теперь стать получше с красителем. Старший лорд притащил меня и сделал наследником, я принял в клан Уну…

— Именно так. И, на твоём месте, я бы поинтересовалась этим вопросом, когда ваш вереск начнёт цвести. Насколько я знаю, это происходит во второй половине лета.

— Да, уточню. Спасибо, что подсказала.

— Это очень деликатная тема, её не обсуждают вне клана. Поэтому осенью, когда мы говорили про Уну, я не сказала тебе этого напрямую. Решилась только теперь.

После долгой паузы я спросил:

— А ещё что может влиять на залежи? Ну, кроме технологического баланса и количества людей в клане?

— Есть и менее очевидные факторы, их проследить труднее. Вот, например, активность клана в торговле — вроде бы да, влияет, но слишком неоднозначно. И есть ещё естественные природные колебания, которые не зависят от человека. Хотя с ними тоже сложно, точной формулы нет. У каждого из кланов на этот счёт — своя информация, потому что пигменты разные. А конкретные цифры не разглашаются, чтобы конкуренты их не использовали.

— Да, хитро у вас тут всё…

Таксист уже ждал, затормозив рядом с нами. Мы сели, и он минут за двадцать довёз нас до соседнего городка. Тот выглядел и вправду попроще, хоть и располагался на берегу всё того же озера.

Мы вылезли из машины у набережной, закрытой для транспорта. Чуть помедлив, Нэсса стащила перстень и усмехнулась:

— В прошлый раз было страшновато, но повторим авантюру. Щекочет нервы, как на аттракционе с горками.

На набережной стояли будки с напитками и едой, прогуливался народ. Озеро сверкало под солнцем. Богатых яхт почти не было, но скользили лодочки с парусами.

Нэсса не отходила от меня ни на шаг, держалась за локоть. Встречные мужики на неё глазели, само собой разумеется.

Мы дошли до небольшой танцплощадки. Публику развлекал ансамбль — гитары, барабаны, труба. По звуку было похоже на ритм-энд-блюз, а местами даже на рокабилли. Отплясывали под это дело лихо, что-то наподобие буги-вуги. Поучаствовать мы не пробовали, только понаблюдали. Нэсса призналась, что на балах у лордов так не танцуют, там всё более чинно. А из меня танцор и вовсе был никудышный.

Мы побродили ещё часа полтора, перекусили в кафе под тентом и, выловив такси, вернулись к себе в гостиницы.

А на следующий день коридорный передал мне записку — Нэсса просила перезвонить. Я спустился в холл, где был телефон, набрал её номер.

— Приезжай, Вячеслав, — сказала она. — Дирк хочет поговорить.

Глава 6

Мы встретились в домике на холме.

Дирк теперь выглядел как раздолбай-курортник — в широких белых штанах и цветастой пляжной рубахе с короткими рукавами, расстёгнутой почти до пупа. При этом перстень он не носил.

— Значит, так, девочки и мальчики, — сказал он нам с Нэссой, — о нашей встрече на всех углах не трезвоним, чтобы моя семейка сюда не прискакала вприпрыжку. Общаться с ними — желания не имею. Поняла, мелкая?

— Дирк, я сто раз просила, — досадливо поморщилась Нэсса, — не называй меня этим дурацким прозвищем. Мне уже девятнадцать вообще-то! Через два месяца будет двадцать, и я давно не ребёнок!

Дирк довольно заржал:

— Вот когда перестанешь беситься из-за такой ерунды, тогда будешь взрослая, а пока не спорь с мудрым дядюшкой. Присаживайся, не мельтеши.

Закатив глаза и махнув рукой обречённо, она устроилась за столом, стоявшим посреди комнаты. Мебель здесь была простенькая, дешёвая, из фанеры. О достатке хозяина свидетельствовал разве что навороченный радиоприёмник в углу — сундук в деревянном корпусе, с блестящими рукоятками. Дневной свет с натугой просачивался в окно, которое почти закрывал разросшийся куст.

На некоторое время воцарилось молчание. Дирк рассеянно вертел в пальцах карандаш и с лёгкой ухмылкой меня разглядывал, сидя прямо напротив. Наконец произнёс:

— На той стороне не сообразил, а теперь вот вижу. Нездешний, правильно? Это всё объясняет. И не ругай племяшку, она не проговорилась. Сам догадался.

— Ну, догадался — и молодец, — пожал я плечами. — Это как-то влияет на ситуацию?

— Вопрос интересный. Хотя навскидку — оно, пожалуй, и к лучшему. Меньше вероятность, что ты успел увязнуть в здешнем болоте. И даже допускаю, что ты в вправду что-нибудь рассмотрел интересное свежим взглядом. Племяшка вот тоже умная, но слишком зациклена на клановых плясках, поэтому соображает со скрипом.

Нэсса закрыла лицо ладонью, тяжко вздохнула, но промолчала. Дирк, не дождавшись от неё комментариев, кивнул одобрительно:

— Растёшь, мелкая, поздравляю. Может, и будет из тебя толк. А теперь расскажи своему дружку, что конкретно ты разглядела в кампусе. Давай, не стесняйся.

— Собственно, я уже рассказала. В некоторых студентах мне чудятся неуловимые изменения, которые я не в состоянии объяснить и хоть как-то интерпретировать. Мне нечего к этому добавить по существу.

— Ну почему же — нечего? — вновь усмехнулся Дирк. — Осталось добавить главное, иначе этот рассказ — пустое сотрясение воздуха. Назови имена.

Нахмурившись, Нэсса качнула головой:

— Повторяю — я не уверена в своих подозрениях. И мне не хотелось бы бросить тень на другие кланы, пока у меня нет стопроцентной уверенности в своей правоте.

— Ты давала этим людями какие-то обязательства? Обещания?

— Разумеется, нет, но…

— Тогда послушай меня, — произнёс Дирк неожиданно жёстко. — Не доверяешь дружку? Боишься, что он использует информацию в своих клановых интересах? Дело твоё. Встаём и расходимся, мне некогда тратить время на эту чушь.

— Вячеславу я доверяю, — хмуро сказала Нэсса.

— Тогда в чём дело? Хочешь и дальше играть в клановые фантики? На здоровье, но опять-таки — без меня. Или ты до сих пор не можешь понять, что всё это выходит за рамки той мышиной возни, которой развлекаются кланы из года в год? Так я тебе объясню — эти трое, чьи имена ты мне назвала, думают не о клановых интересах, а