Шанс для Фьюри том 1 - Архивариус Эха
Я открыл "Архив". Жёлтый глаз на обложке пристально смотрел на собравшихся. Воздух задрожал, запахло озоном и цветущей сакурой.
— Директор, — тихо сказал Коулсон. — Вы уверены?
— Нет, — честно ответил я, наблюдая, как в центре комнаты начинает виться марево. — Но это единственный способ быть уверенным в вас.
Пробирка с тканями нужного мутанта резко пропала, а потом случилось что-то. Это был не взрыв и не вспышка света. Скорее, сама реальность на мгновение сложилась в изящный оригами, а затем развернулась, выпустив наружу фигуру в стандартной форме ANBU. Человек в маске с прической-каре стоял в безупречной стойке, его руки были скрещены за спиной.
Иноичи Яманака. Специалист по ментальной безопасности.
Он медленно снял маску, его спокойный взгляд скользнул по лицам присутствующих, будто сразу считывая базовые эмоции. Он не выглядел удивлённым или сбитым с толку. Скорее, как человек, прибывший на заранее назначенную встречу.
— Меня зовут Иноичи Яманака, — его голос был ровным и лишённым всяких эмоций. — Я здесь для обеспечения ментальной целостности персонала.
Наташа Романова была как камень, но я видел, как напряглись мышцы её предплечий. Бартон неотрывно смотрел на ниндзя, его пальцы всё так же лежали на древке стрелы. Хилл анализировала, её взгляд метнулся от Яманаки ко мне, оценивая риски и выгоды. Коулсон выглядел скорее озадаченным, чем встревоженным.
— Господин Яманака будет проводить психологическое тестирование, — сказал я, разрывая затянувшуюся паузу. — Начнём с командного состава.
— Понимаю, — Иноичи кивнул. Его взгляд остановился на Романовой. — Начнём с тех, чьи прошлые травмы представляют наибольший риск для внешнего влияния. Мисс Романова, если вы готовы.
Это была не просьба. Это была констатация факта.
Наташа медленно вышла вперёд, её поза выражала открытый вызов.
— И что это будет? Детектор лжи? Гипноз?
— Нечто более глубокое, — ответил Иноичи. — Я зайду в ваш разум и проверю, не оставил ли кто-то в нём… скрытых дверей.
— В мой разум? — её голос стал опасным. — Думаю, нет.
— Это не обсуждается, агент, — мой голос прозвучал железно. — Либо мы все проходим проверку, либо я не могу быть уверен, что следующий приказ не будет выполнен кем-то, кто смотрит на нас чужими глазами.
Я видел борьбу на её лице. Страх быть обнажённой перед кем-то — и холодное понимание необходимости этого.
— Хорошо, — она резко кивнула. — Но если он копнёт не в ту сторону…
— Последствия будут исключительно для него, — закончил я. — Приступайте.
Иноичи подошёл ближе. Его пальцы сложились в причудливый знак.
«Техника чтения сознания»
Воздух в командном центре сгустился, наполнившись едва уловимым гудением неизвестной энергии. Наташа замерла, её поза всё ещё выражала вызов, но в глазах читалась готовность к бою.
— Расслабьтесь, мисс Романова, — голос Иноичи был спокоен, как поверхность горного озера. — Сопротивление лишь усложнит процесс.
— Я не из тех, кто расслабляется по команде, — сквозь зубы процедила Наташа.
Иноичи не ответил. Его сознание, острое как клинок, мягко коснулось её разума. Он не ломал двери, не вламывался силой. Он скользнул в щели между воспоминаниями, как туман.
Я наблюдал, как лицо Наташи постепенно теряет выражение. Её взгляд стал пустым, устремлённым в невидимую точку перед собой. Это было похоже на состояние глубокого транса.
Иноичи стоял неподвижно, его собственное лицо было маской концентрации.
— Чисто, насколько может быть чист разум, подобный ей.
Эти слова повисли в воздухе, наполненном напряжённым молчанием. Наташа медленно выдохнула, и часть напряжения покинула её плечи, но взгляд оставался острым, анализирующим.
— "Подобный ей"? — её голос прозвучал ровно, но с лёгким вызовом.
Иноичи открыл глаза, его взгляд был отстранённым, будто он всё ещё частично пребывал в чужих мыслях.
— Ваше сознание структурировано, как лабиринт, мисс Романова. Со множеством ложных ходов, ловушек и потайных комнат. Это результат тренировок, опыта… и травм. Я проверил основные узлы контроля. Активных программ нет. Шрамы есть, но они — часть вас, а не чужеродные импланты.
Он перевёл взгляд на меня.
— Она чиста. На текущий момент.
Я кивнул, принимая эту информацию. Это было лучше, чем я ожидал.
— Бартон. Ваша очередь.
Клинт без слов отложил лук и сделал шаг вперёд. Его поза была менее враждебной, чем у Наташи, но не менее настороженной.
— Постараюсь не стрелять, если что-то пойдёт не так, — сухо бросил он, глядя на Иноичи.
Ниндзя почти неуловимо улыбнулся.
— Постараюсь, чтобы ничего не пошло не так, агент Бартон.
Пальцы вновь сложились в печать. Процесс повторился. На этот раз он занял меньше времени.
— Чисто, — объявил Иноичи. — Прямолинейное, дисциплинированное сознание. Исключительно устойчивое к внешнему влиянию.
Бартон лишь хмыкнул, подбирая свой лук.
Взгляд Иноичи переместился на Коулсона. Фил выглядел немного бледнее обычного, но твёрдо выдержал этот взгляд.
— Готов, сэр.
Проверка Коулсона была самой быстрой.
— Преданность, граничащая с идеализмом. Никаких следов внешнего вмешательства, — констатировал Иноичи.
Наконец, его взгляд упал на Марию Хилл. Она, не дожидаясь команды, вышла вперёд, её осанка была безупречной.
— Приступайте, господин Яманака.
Процесс проверки Хилл был… интересным. Иноичи дольше оставался в контакте, его брови слегка сдвинулись.
— Любопытно, — произнёс он наконец. — Ваше сознание напоминает отполированную сталь. Идеальный порядок, жёсткий самоконтроль, блокирующий любые внешние воздействия. Почти… слишком идеальный.
Хилл не моргнув глазом выдержала его взгляд.
— Это результат работы, а не патология.
— Не утверждаю обратного, — отозвался Иноичи. — Вы чисты.
Он повернулся ко мне.
— Четверо проверенных агентов не имеют активных ментальных закладок или программ контроля. Однако… — Он сделал паузу. — …метод, который я использовал, не может гарантировать обнаружение воздействий высшего порядка — тех, что исходят от существ за пределами моего понимания, или технологий, принцип которых мне неизвестен.
Иными словами, мы могли быть чисты от известных угроз, но оставались уязвимы для неизвестных. Это был важный первый шаг, но лишь шаг.
— Благодарю вас за проделанную работу, — сказал я, обращаясь ко всем присутствующим. — Освободите, пожалуйста, место для призыва ваших будущих коллег.
Коулсон, Романова, Бартон и Хилл молча отошли к стенам командного центра, образовав полукруг. Их позы были расслабленными, но готовыми к действию — годы тренировок делали свое дело. Иноичи Яманака занял позицию на противоположной стороне, его взгляд был пристальным и оценивающим. Он изучал не только меня, но и сам процесс.
