Харчевня «Три таракана». История основания вольного города - Юлия Арниева

Всё было… правильным. Слишком правильным. Слишком чистым. Слишком упорядоченным.

Я вспомнила торжище. Хаос лотков и палаток, расставленных как попало. Запахи жареного мяса, специй, навоза и дыма, смешивающиеся в одуряющий коктейль. Голоса торговцев, перекрикивающих друг друга на десятке языков. Гномы, люди, орки все вперемешку, толкающиеся, спорящие, торгующиеся.

Там была жизнь. Шумная, грязная, настоящая. Там пахло потом и честной работой.

Здесь… здесь было красиво. И мертво. Как картинка в книге. Как декорация в театре.

— О чём думаешь? — спросил Сорен.

— О том, что скучаю по дому.

Он промолчал. Понял, наверное, что я имела в виду не башню.

Карета свернула на широкий проспект, обсаженный старыми каштанами. В конце проспекта показалось здание, и я невольно подалась к окну.

Академия Магии.

Она возвышалась над окружающими домами, как великан над детьми. Огромный комплекс из белого мрамора, сияющего даже в пасмурный день. Колонны в три человеческих роста поддерживали портик главного входа. Широкие лестницы вели к массивным дверям, украшенным золотыми символами. Башенки и шпили тянулись к небу, соперничая друг с другом в высоте.

Центральный корпус венчал купол из голубого стекла, он светился изнутри мягким магическим светом, словно маяк в море серых крыш. По периметру располагались башни поменьше — пять штук, каждая своего цвета. Красная, синяя, зелёная, жёлтая и серебристая.

Стихии.

— Впечатляет, да? — Сорен заметил моё выражение лица.

— Большое, — согласилась я. — И явно построено, чтобы производить впечатление.

— Не только. Академии триста лет. Её заложили сразу после Войны Стихий, когда маги решили объединиться. Символ единства и мощи магического сообщества.

— И контроля?

— И контроля, — он не стал спорить. — Все маги королевства обязаны пройти обучение здесь. Получить лицензию. Зарегистрироваться в реестре.

— А если не хотят?

— Тогда они становятся преступниками.

Карета остановилась у парадного входа. Широкая мраморная лестница вела к массивным дверям из тёмного дерева, покрытого резьбой — сцены каких-то битв, фигуры магов с воздетыми руками, чудовища, корчащиеся в агонии. По обе стороны от дверей застыли стражники в церемониальных доспехах, неподвижные, как статуи.

Сорен вышел первым, подал мне руку. Я ступила на мокрые ступени, чувствуя, как капли дождя холодят лицо. Порыв ветра забрался под жилет, и я поёжилась.

— Зал Проверки на третьем этаже, — сказал Сорен, направляясь к дверям. — Там обычно тестируют новых студентов. Определяют стихийную принадлежность, измеряют силу дара.

— И туда они назначили встречу со мной?

— Да.

Я поняла послание. Для них я была не мастером, не союзником, не равной. Испытуемой. Объектом изучения. Диковинным зверьком, которого нужно осмотреть, измерить, классифицировать.

Что ж. Посмотрим, кто кого будет изучать.

Стражники у дверей не шелохнулись, когда мы прошли мимо. Только глаза за прорезями шлемов цепко и настороженно проследили за мной.

Внутри Академия была ещё более величественной, чем снаружи.

Мы оказались в огромном холле с потолком, уходящим куда-то в небеса. Мраморные колонны, увитые каменными листьями, поддерживали своды, расписанные сценами из истории магии. Я запрокинула голову, пытаясь рассмотреть детали: маги, сражающиеся с драконами. Маги, возводящие города одним взмахом руки. Маги, низвергающие молнии на армии врагов.

Никаких техномагов, разумеется. Никаких механизмов, никаких шестерёнок и рычагов. Словно нас никогда не существовало.

Пол был выложен мозаикой — сложный геометрический узор из белого, чёрного и золотого камня. В центре холла располагался фонтан — не вода, а чистый свет, струящийся вверх и рассыпающийся искрами под потолком.

И повсюду студенты.

Они сновали по холлу, группами и поодиночке. Молодые, большинство моложе меня. Одетые в мантии разных цветов: красные, синие, зелёные, жёлтые, серебристые. Стихийная принадлежность. Некоторые несли книги и свитки, другие о чём-то спорили, жестикулируя так энергично, что от их рук срывались искры. Из-за одной из колонн доносился смех — группа студентов в синих мантиях обступила девушку, которая делала что-то с водой, заставляя её принимать причудливые формы.

И все без исключения оглядывались на нас.

Сначала на Сорена. Его узнавали, это было очевидно. Инквизитор. Тот, кто охотится на отступников. Студенты расступались, освобождая дорогу, и в их глазах мелькал страх, смешанный с любопытством.

Потом на меня. И тут любопытства было больше, чем страха.

Шёпот пробежал по холлу, как рябь по воде.

— Это она?

— Техномаг?

— Та самая, что пробудила голема?

— Не похожа на могущественную колдунью…

Я шла прямо, не обращая внимания на взгляды и шёпот. Спину держала ровно, подбородок высоко. Пусть смотрят. Пусть шепчутся. Мне всё равно.

Мы прошли через холл, поднялись по широкой лестнице на второй этаж, потом на третий. Коридоры здесь были уже, скромнее, но всё ещё впечатляющие. Двери по обе стороны с латунными табличками.

Зал Проверки оказался в конце коридора.

Сорен остановился у двери, повернулся ко мне.

— Готова?

— Нет, — честно ответила я. — Но это ничего не меняет, верно?

Он кивнул и толкнул дверь.

Зал был круглым, с куполообразным потолком, расписанным созвездиями. Магические светильники парили под сводом, заливая помещение ровным золотистым светом. В центре зала находился каменный постамент, испещрённый рунами, наверное, тот самый, на котором тестировали студентов.

Вокруг постамента полукругом располагались высокие кресла. Не кресла даже — троны. Пять штук, каждый из своего материала: красный камень, похожий на застывшую лаву. Голубой кристалл, прозрачный, как вода. Тёмное дерево, покрытое резьбой в виде листьев и корней. Серебристый металл, лёгкий, почти невесомый на вид. И белый мрамор, увитый каменными цветами.

И в каждом кресле — архимаг.

Они уже ждали.

Архимаг Огня сидел справа. Грузный мужчина лет шестидесяти, с багровым лицом и густой рыжей бородой, тронутой сединой на висках. Широкие плечи, мощные руки, толстые пальцы, унизанные кольцами с рубинами. Его мантия была красной, как раскалённые угли, с золотым шитьём по краям. Он смотрел на меня тяжёлым, оценивающим взглядом, как смотрят на скотину перед покупкой.

Рядом с ним — Архимаг Воды. Женщина неопределённого возраста. Могло быть сорок, могло быть семьдесят, её лицо было гладким, без единой морщины, но глаза… глаза были старыми. Водянисто-голубые, холодные, как зимнее море. Кожа бледная, почти прозрачная. Волосы цвета морской пены уложены в сложную причёску, украшенную жемчугом и кораллами. Синяя мантия струилась вокруг неё, как вода. Она смотрела на меня без выражения, словно изучала диковинное насекомое, приколотое булавкой к доске.

Архимаг Земли занимал центральное кресло. Старик. Очень старый, даже скорее древний, как сама Академия, как горы за горизонтом.