Тайга заберет тебя - Александра Косталь
Он и вправду стоял коленями на стуле, прилипнув к стеклу. Она застыла на пороге, не замечая от счастья собственных слез.
– Слава…
Он не отреагировал.
Скинув куртку на пол, Варя приблизилась к нему, опускаясь рядом, прижимая его к себе как можно ближе и отворачивая от окна.
– Я так за тебя испугалась…
Слава был теплый, пахнущий молоком и постным печеньем. Она плакала, поглаживая его по черным кудрям и убаюкивая, как совсем маленького. С утра Варя успела представить столько ужасных картин, как его разорвали сначала собаки, потом дикие животные в лесу. А Слава все это время был дома, в тепле и сытости, и наверняка с ума сходил от ее отсутствия!
Справившись с истерикой, Варя развернула брата к себе лицом и серьезно спросила:
– Ты зачем ушел из школы? Мы же договаривались, что ходим вместе, помнишь?
Он не ответил. Лишь мягко высвободился из ее рук, снова залез на окно и прилип к стеклу. Она тоже поднялась, пытаясь разглядеть, что именно привлекло его внимание.
Взгляд его был прикован к окну соседнего дома. Там в приглушенном свете с трудом различался движущийся силуэт. На приставленном к окну столике на животе лежала Настенька, глядя прямо на них.
– Слава…
Никакой реакции. Его словно загипнотизировали, оставив в этой реальности только один объект – соседское окно. Как Варя не могла сдвинуться, наблюдая за человеком из дыма, так и брат не мог отвести взгляд.
– Слава!
Она задернула занавеску, отрезав от улицы, и взяла его самого на руки. Стул пнула, будто он и был виноват во всем произошедшем. Тот свалился на бок с характерным грохотом, но даже это не заставило родителей появиться. Варя со Славой забралась в кровать, укрыла его одеялом и взяла ближайшую книгу на полке. Он попытался аккуратно вылезти, но сестра плотно прижала его к себе одной рукой, другой стараясь найти его любимую сказку в сборнике.
– Зачем мешаешь? – спросил тот совсем не по-детски, пыхтя и уже активнее отталкиваясь.
– Пора спать, – только и смогла сформулировать Варя, сама не совсем понимая, зачем отлучать его от окна. Зато точно знала: нужно. То, что там происходит, страшно и неправильно. – Я прочту тебе книгу, и будем спать. Уже ночь.
Слава замотал головой в знак протеста, хныкая.
– Мне не нужна книга!
– А что тебе, черт возьми, нужно?! – вспылила она, отбрасывая книгу на край кровати и поворачиваясь к брату. Сквозь занавеску пробивался свет фонаря, и Варя с ужасом осознала, что видит в глазах страх. – Что ты хочешь, Слав? Что? Я сделаю все что угодно, только пусть все будет как раньше.
Она снова потянулась к нему, но тот ударил по рукам, окончательно выполз из кокона одеяла и направился к окну.
– Не будет. Зачем ты врешь? Он не врет, он лучше тебя!
– Кто? – дрожащим от наступающих слез голосом произнесла Варя, спускаясь следом за Славой на пол, – Кто лучше?
– Мой друг!
– Дима?
Он снова затряс головой, сжимая кулаки. Варя впервые видела, как лицо брата исказилось злой гримасой.
– Дима тоже его друг! – взвизгнул Слава, будто своим вопросом сестра его предала. – И я! Он лучше, чем вы все!
Она быстро закивала, больше не рискуя прикасаться к нему – казалось, так он сможет быстрее успокоиться. Как только тот не увидел сопротивления, гнев испарился, а лицо его разгладилось в умиротворении.
– Хорошо, – кивнула она для закрепления, поднимая руки. – А ты… Познакомишь меня с ним?
– Нет.
Варя растерялась. Она совершенно не ожидала такой реакции, думая, что все идет четко по плану.
– Почему?
Вместо ответа брат отмахнулся, повернулся к перевернутому стулу и начал его поднимать. Та же терпеливо дождалась, пока он еще раз взглянет на нее, и повторила:
– Почему, Слав?
Но и в этот раз ей не удалось добиться ответа. Как всего за несколько дней между ними выросла эта непробиваемая стена? Чтобы Слава совсем недавно проигнорировал ее? Невозможно. И то, что творилось с Варей в последние сутки, было еще более невозможным. Мертвый ребенок? Олень, растерзанный местными собаками? Брат, сбежавший со школы без нее? Исчезающие следы? Шарф на дереве, оказавшийся дома? Ночь, в конце концов, которая опустилась на лес в то мгновение, за которое Варя успела только моргнуть?
Она поднялась, отодвигая занавеску и выглядывая в окно. Настенька исчезла, свет напротив погасили. Варя прикоснулась к стеклу, но сразу же отдернула руку, понимая, что что-то кольнуло холодом пальцы. Дыма не было, как и силуэта, так напугавшего ее в последнюю ночь.
– Чем вы с другом занимаетесь ночами?
Та медленно обернулась к Славе, который, справившись со стулом, не стал им пользоваться, добровольно залезая в кровать.
Еще один уничтожающий взгляд, от которого у Вари все похолодело внутри. Глаза его неожиданно посветлели.
Как у Настеньки.
Она кинулась к выключателю, но была остановлена Славой, быстро спрыгнувшим на пол и преградившим путь.
– Нет! Ты напугаешь его!
– Он меня уже пугает.
Добраться до клавиши так и не удалось: брат полностью прилип к ней спиной. Тогда Варя нащупала в кармане куртки, так и лежащей на полу, телефон, включила фонарик и направила его прямо в лицо Славе.
– Зачем?!
– Молчать, я сказала. Открывай глаза.
Открывать он, конечно, отказался. Все, что говорила сестра, воспринималось исключительно в штыки. Но она благо еще могла справиться с семилеткой, потому раскрыла ему глаза сама, пальцами растопыривая веки.
Холодный свет фонарика искажал цвет, но сразу стало понятно: они не янтарные, а светло-серые.
Дымные.
– Пусти!
Слава выбрался сам, едва ее руки ослабли от потрясения. Все еще холодные после прикосновения к стеклу пальцы скользнули по брови, но она сразу же их отдернула. Даже в полумраке было видно, что темные волосы поседели. Варя разглядела это мельком, и лишь когда Слава снова встал напротив света из окна, скрестив руки на груди, смогла достаточно приблизиться, чтобы убедиться в этом.
Она посветила на пальцы, и увидела на двух подушечках бледные пятна. Не красные, словно щеки на морозе, а бело-синие, какие бывают при обморожении.
Мертвые.
– Господи…
Варя попыталась изо всех сил растереть их, но кровь не приливала, будто эти ткани в самом деле отмерли. Как и полоса на брови Славы так и не думала темнеть.
– Ты злишь его, – воскликнул он, топая ногой. – Уходи!
– Еще чего!
На этот раз Варя оказалась быстрее – мрак комнаты скрылся в углах и под кроватью, убегая от света лампы. Осмотр ничего не дал, и тот
