Bloodborne: Песочный человек - Лемор
Ответ пришёл неожиданно. В тот самый момент, когда он остановился рядом с одним из зданий, безошибочно узнав его. Оно было достаточно известным, чтобы даже мрачный могильщик вспоминал о нём, как о чём-то хорошем, дарящем слабую надежду на то, что Церковь исцеления была не только чудовищем в овечьей шкуре, но и чем-то ещё.
Лечебница Йозефки.
Она была довольно популярна. Как сама лечебница, так и та, кто ею управлял. Оно и неудивительно: цены в лечебнице относительно Церкви были смешными, сама Йозефка покоряла своей нежной улыбкой и спокойным, убаюкивающим голосом.
Ходили даже слухи, что Йозефка была каким-то высокопоставленным членом Церкви исцеления, но это были лишь слухи и, видят Боги, Винс был последним человеком, который интересовался этим.
Да и не было возможности у Винса развить мысль: он пришёл к конечной точке, где встретил то, что встретить не должен был.
— Какого…
Смотритель кладбища боковым зрением увидел нечто странное, мелькнувшее среди тёмных переулков, удивлённо направившись к нему. Будь он нормальным человеком, то никогда бы в жизни не осмелился зайти в переулок, да только вот…
Можно ли было назвать того, кто едва ли не с раннего детства возится с трупами, нормальным?
Он видел и слышал слишком много дерьма, чтобы что-то обыденное могло напугать его.
Правда, это относилось лишь к чему-то обыденному, но никак не маленькой жертве переливания Древней крови.
Зайдя за переулок, сперва Винс даже не понял, что увидел. Скрывающийся за грудой мусора силуэт, что из-за непогоды и времени суток и разобрать толком нельзя было. Лишь подойдя поближе…
Он увидел.
«…значит, он искал обидчицу?..»
Голос в голове остался для Винса неуслышанным, и у него были для этого веские причины:
Маленький, с надутой синей головой, напоминающей гриб, уродливым подобием лица, длинными руками, похожими на когти…
— Хра-а…
Мерзкое, отвратительное, ужасающее существо потянуло к нему свои конечности, уставившись на него маленькими провалами вместо глаз. Голова Винса заболела, сердце судорожно забилось, образ перед глазами начал расплываться.
Мужчина сам не заметил, как в ужасе вскрикнул, выбежав из переулка так быстро, как только мог, побежав куда глаза глядят. Неважно, куда. Главное подальше, как можно дальше, дальше, дальше, дальше, дальше, дальше, дальше, дальше, дальше, дальше, дальше, дальше, дальше, дальше…
«…ты молодец, Винс…»
Мир перед глазами Винса начал вновь рассыпаться золотистым песком. Отовсюду начал доноситься убаюкивающий голос.
«…я не всемогущий, но в знак извинений на одну ночь исполню твоё заветное желание. В конце концов, „Песчаная Чаша“ ценит своих клиентов, даже если ты ещё не успел им стать…»
Смотритель кладбища услышал удаляющийся смех, после чего…
Осознал себя на сцене. В ухоженном чёрном костюме, сидящим перед самым красивым пианино, что он видел в своей жизни. Казалось, он только что и не убегал сквозь проливной дождь от неведомой твари и это всё был лишь мираж.
Винс с трепетом прикоснулся к белым клавишам, неуверенно нажав на одну из них. Раздался звук, из-за которого терпеливо ожидающая начала представления толпа восхищённо захлопала.
Могильщик удивлённо уставился на свои чистые, здоровые, молодые руки, словно принадлежащие никогда не бравшему ничего тяжелее стопок бумаг мальчишке. Даже его пальцы, и те — будто стали длиннее.
Из глаз Винса пошли слёзы. Трясущимися руками он потянулся к клавишам, неуверенно заиграв. Он не умел, никогда даже не прикасался к пианино, но вместо случайного набора звуков он заиграл нечто прекрасное.
Толпа взорвалась овациями, на лицо смотрителя вылезла счастливая улыбка.
Кошмар вдруг превратился в самый счастливый сон в его проклятой жизни.
* * *
Дождь стал ещё сильнее, заливая собой весь Ярнам. Видимость была отвратительной, и даже звуки заглушались начавшейся бурей. Впрочем, сейчас для Карла и Хенрика это стало благословением.
Мужчины, закутанные в непроницаемые тёмные одежды, сливаясь с поднявшейся бурей, проносились сквозь многочисленные улицы и переулки, играя наперегонки со временем.
Ни Карл, ни Хенрик не смели сомневаться в предупреждении таинственного покровителя: если они не успеют сейчас, то, возможно, не успеют уже никогда.
— Ты точно знаешь, куда мы идём, безумец?
Пусть Хенрик явно был уже не в том возрасте, чтобы гулять в подобную погоду, по нему нельзя было сказать, что непогода как-то сильно влияла на него. Старик чувствовал себя вполне сносно, чего нельзя было сказать про ученика Школы Менсиса.
Карл едва стоял на ногах, из-за чего Хенрику то и дело приходилось придерживать неожиданного союзника, чтобы тот не упал. В конце концов, он в первую очередь был исследователем, а не хлещущим кровь охотником.
Слава доброму Песочному человеку, что на нём не было проклятой клетки!
— Я не слышу тебя, глупец, — не оборачиваясь, бросил Карл. — Просто иди за мной, добрый Хозяин указывает мне путь.
«Фанатик», — поморщился Хенрик.
В обычном случае охотник и учёный Школы Менсиса, скорее всего, никогда бы и не пересеклись. Максимум — случайно на улице, ненадолго, просто переглянутся и пойдут дальше. Пусть они формально и были все частью одной организации, по факту что нынешние охотники, что Школа Менсиса представляли собой абсолютно разные организации с разной философией, целями и людьми.
Многие охотники понятия не имели, чем занимались ученики Школы Менсиса. Лишь знали, что те, как и многие церковники, были фанатиками. И сейчас Хенрик лишь убедился в этом.
О Боги, если бы его не разбудил неожиданно пришедший в сон таинственный хозяин паба, старик никогда бы даже не задумался над тем, чтобы выйти на улицу и отправиться на поиски какой-то твари.
Но вот, он здесь. Более того, объединился с таскающим клетку ненормальным.
Кто бы мог подумать, что его жизнь примет столь странный оборот.
К счастью, они, по крайней мере, были не одни и, судя по всему, хозяин и впрямь направлял Карла: несмотря на ужасную видимость, каким-то образом они чётко следовали по определённому маршруту, да и нечто внутри Хенрика шептало ему о чём-то… незримом, направляющем их.
Словно направленное, принявшее форму дуновение ветра, оно вело их сквозь непогоду.
И оно привело.
— Мы… пришли, добрый Песочный человек?
Они остановились недалеко от лечебницы, встав прямо посреди улицы. На миг Хенрик даже подумал, что фанатик совсем сошёл с ума, но…
Нет. Кажется, сошли с ума они все. Весь их проклятый город, про который вспомнили гротескные, ужасные, кошмарные Боги.
Нет, нет. Не так. Боги, к которым они сами столь отчаянно тянулись. И к которым, к своему ужасу, дотянулись.
Чем больше проходило времени
