Все еще десятник - Алекс Бредвик
— Ну, за Спарту! — ударил я себя кулаком в грудь, бодря самого себя, и первым двинулся вперёд.
А за мной пошли остальные. Первый Десантный Легион.
Глава 10
— Спартанцы! — воскликнул афинянин на нашем пути.
Но было уже поздно. Буквально отовсюду, со всей территории гор, наш Легион выдвинулся вперёд. Удары наносились по всему периметру. Слаженно. Одновременно. Разрушительно. Это был настоящий фурор, бойцы, которые оказались в лагере неподалёку, не были готовы к нашему появлению, в панике бежали или бросались чем попало. И всегда умирали.
Я был первым, кто ворвался в лагерь противника. Бойцы тут были измотанные битвой, уставшие. Поэтому сопротивления оказать просто не смогли. Палатка стала кровавой буквально за два десятка секунд, после чего я выскочил наружу. Встретил двоих. Бежали. Точнее, убегали. Паника и страх в глазах. Отчаяние. Понимание. Принятие. Оба мертвы от повышенного содержания металла в телах. Даже броня не спасла бедолаг.
Тут же в новую палатку. Встречаю в ней Алкида, который буквально на моих глазах прыгнул на бойца со щитом, снёс его, а потом просто оторвал голову. Голыми, чтоб его, руками. Мне даже страшно стало от его ярости, его неистовства, его злобы.
Выскочил. Ещё тройка бойцов. Один только вооружён, но тут же кинулся на меня. Занёс меч над головой. Глупо. Не успеет дотянуться. Делаю выпад. Пронзаю грудную клетку… способность убивает других двух и ещё кого-то в палатках неподалеку. Слышу крик удивления и ужаса.
— Та — моя! — прокричала Артамена, пролетая мимо меня, запрыгивая в очередную палатку, где моментально её стенки окрасились в кровавый.
Бегу дальше. Краем глаза заметил, как Астерра сносит своим щитом сразу тройку бойцов, а потом методично добивает их. Сам же в этот миг отбивался сразу от пятерых. Улыбка с лица не сползала. Злость — вот что я сейчас чувствовал. Злость и удовлетворение. Противник, косвенно виновный в смерти моего товарища, погибал сам. Враг, который коварно напал на нас во время трудностей, вместо помощи перед угрозой всему миру сам оказался в ловушке.
Лагерь оказался большой. Примерно к середине его истребления воины противника смогли частично организоваться и в некоторых местах даже начали откидывать наши силы. Вот только сейчас воевала только пехота. Лучники готовились. Занимали наиболее удобные позиции. И разжигали костры. Ибо сегодня время не только крови и страха. Не только боли и отчаяния. Ещё и огня.
— Отступаем! — наигранно в панике прокричал я. — К ним идёт подкрепление!
Несколько бойцов поняли, что к чему. Время пришло. Прикрывая друг друга, мы начали буквально бежать назад. Часть отрядов пехоты уже была там, скрывались они, но линия обороны пехотой уже готовилась. Нельзя допустить, чтобы враг накинулся на нас и смял наших лучников. О нет…
И насчёт подкрепления я не шутил. Спасибо магическому взору, командование этих воинств Афин поняло всю опасность происходящего, и они довольно много сил начали снимать с направления главного удара. Вот только на что они надеялись? Что мы отступим? О нет. Мы сделаем всё куда хуже.
Перед нами был просто огромный палаточный лагерь. Ветер сегодня был хороший. Не такой сильный, чтобы задуть пламя, но и не слабый, чтобы пламя не раздулось. И лучники… они знали, что бессмысленно стрелять по пехоте. Зачем? Перед нами есть замечательная мишень — тканевые палатки с деревянными каркасами. Поджечь… и наблюдать за тем, как войска противника сгорают в этом аду!
Но быстро отступала только часть. Большая, правда, но всё же. Мелкие группы наиболее хорошо подготовленных и снаряжённых бойцов сдерживали натиск. Все были минимум в магическом снаряжении, минимум две синих полоски на любой части снаряжения у каждого. И одни только наручи, которые обеспечивали огромную выживаемость отрядам, чего стоили. Ранение? Плевать. Каждый мог применить самоисцеление. При этом существовала в каждом отряде строгая очерёдность применения, чтобы не было лишних дёрганий. И каждая десятка при этом была сильно слажена.
— Треть сил уже тут, — пробормотал я себе под нос. — Нужно дальше держать…
Но всё равно не хватало всего нашего мастерства и могущества, чтобы избегать жертв. Мы старались действовать осторожно, но чем больше врагов становилось перед нами, тем больше единовременных сражений было. И тем больше бойцов погибало. Десятки, правда, но всё равно много.
— Уже край лагеря! — прокричал Ификл. — А ну, в сторону!
Я тут же понял, чего хочет этот здоровяк. На нас пёрли единым строем примерно пять десятков бойцов Афин. Старая система, пять десятков удобны, да… но не столь точечно управляемы, как десяток, и не столь мощны, как сотня. Лишнее звено. Но в любом случае… мишень получилась интересная.
Я побежал следом за Ификлом. Мало ли какими силами он обладает. Бессмертия у него нет, как и у меня. Так что прикрывать его следовало. Вот только когда он добрался до строя противника… я видел настоящую силу Гефеста. Один удар… и весь плотный строй буквально смяло. Кому-то переломало кости, кого-то просто отбросило на огромное расстояние. Но весь строй, вообще весь, был уничтожен. Не насмерть… но сражаться они не смогут.
Следом пришлось тут же разворачиваться, дёргая на себя Ификла, прикрываясь таким образом щитом. Залп лучников, которые каким-то образом скрытно смогли построиться за отрядом врага… и мой клич. Он спас на самом деле. Тут, кроме нашей пятёрки, никого более не было. Астерра прикрыла Артамену, Алкид просто упал на землю, прижимаясь всем телом. По кому-то попало, но тех спас щит от моего клича. На этот раз обошлось. Но больше медлить нельзя. Слишком сильный натиск. Слишком хорошо организовался враг.
— Отходим! Назад! Назад все! — прокричал я вновь, после чего десятники специальных отрядов дублировали мои приказы.
Один за другим отряды начали, буквально сверкая пятками, отступать. Позади нас должны быть готовы первые построения, которые сдержат натиск врага… у которого уже не должно быть подкреплений. Они бежали… и прикрывались от стрел врага. Они бежали… и знали, что противник поведётся. Они бежали… и были уверены в том, что их прикроют.
И их надежды оправдались. Стоило им пересечь определённую линию, как тут же в бой вступили другие отряды, которые до этого «отдыхали». Афиняне этого не ожидали, часть бойцов встала, их начали толкать свои. Возникла непонятная толкучка… и враг
