Космический замуж. Мои звёздные мужья - Маша Бакурова

Рамиль все еще держит мою руку. И тут я чувствую, что…

Он не просто смотрит. Он посылает мне образ. Прямо в голову.

Картинка настолько яркая, что я забываю, как дышать.

У меня в мыслях губы Рамиля не останавливаются на моей кисти. Они скользят выше, оставляя за собой горячий, влажный след. По запястью, по нежной коже предплечья, к локтю.

Каждый поцелуй — это взрыв ощущений, тактильных, до дрожи реальных.

Я чувствую жар его дыхания, легкую щетину, скользящую по коже, и то, как он пробует меня на вкус кончиком языка. Внутри меня разгорается пожар, которого я никогда не знала.

На самом деле, он так и застыл над моей рукой, пронизывая горячим взглядом.

Это моя фантазия?

Нет, всё-таки его. Отче!

Улавливаю волну его желания, темного и всепоглощающего, и от этого мое собственное возбуждение вспыхивает еще сильнее.

Мысленно он уже целует мое плечо, спускается к ключице… Губы Рамиля вот-вот коснутся моей груди…

Рык Айвара, тихий, но полный угрозы, вырывает меня из наваждения:

— Хватит.

Другой Хазар хватает мою вторую руку и с лёгкостью разжимает онемевшие пальцы, до боли сжимающие холодное стекло. Не глядя, отдаёт бокал дроиду, возникшему из ниоткуда.

Его прикосновение — не галантный жест Рамиля. Это хватка собственника. Он резко дергает меня на себя, заставляя сделать шаг к нему.

— Ты первый начал, — шепчет Рамиль, не отпуская мою руку, хотя слова и адресованы не мне.

Айвар игнорирует его. Тёмные глаза мерцают кристальным огнем. Он наклоняется и тоже впивается поцелуем в мою ладонь. Страстно, грубо, почти дико. И я снова тону.

Пока Рамиль в моих мыслях продолжает ласкать ключицу, Айвар стремительно и жадно его догоняет, поднимаясь ментальными поцелуями вверх по моей руке.

Их губы одновременно касаются края выреза моего платья.

Рамиль целует нежно, через тонкую ткань, и у меня подгибаются колени.

Но Айвар… он с тихим рыком захватывает краешек выреза зубами и дергает вниз. Ткань трещит. Прохладный воздух касается моей кожи, и в следующую секунду горячий рот накрывает сосок, втягивая, дразня языком.

— Ах…

Тихий стон срывается с моих губ.

К счастью, в этот момент по залу раскатывается громкий голос ведущего, заглушая мой позор.

Наглость Айвара и мой собственный неуместный стон приводят меня в чувство. Что я позволяю?! Это же немыслимо!

Позволяю сразу двум мужчинам… такое вытворять со мной. Пусть и всего лишь у меня в голове. Но я уверена, что они всё прекрасно чувствуют и понимают.

Почему они так себя ведут? Ещё и дурят меня, говоря что-то про замужество. Сразу с двумя?

У нас на Земле такое юридически невозможно!

А я чуть не повелась, как маленькая… Отчего-то растаяла перед обаянием чужой расы.

Я резко вырываю руки. Щеки пылают. Пытаюсь отдышаться, но тело предает меня — между ног сладко ноет, и я сжимаю бедра, надеясь, что под длинной юбкой этого не видно.

Судя по довольным, хищным ухмылкам на лицах Хазар, они всё прекрасно чувствуют. Айвар медленно проводит языком по нижней губе, и мне кажется, будто он только что попробовал на вкус меня.

Отче космический, именно там, где горит между ног. Там, где, ну совсем, нельзя!

Я не успеваю даже осмыслить происходящее, а огромные голографические экраны на стенах зала, до этого транслировавшие виды Хазариона, вспыхивают гербами двух великих родов — Гур и Сол.

Голос, усиленный акустикой, разносится по залу, заставляя всех замолчать.

— Внимание! Автоматический запрос, поданный Алиханом Айварионом из рода Гур и Алиханом Рамилионом из рода Сол, получил подтверждение от Великого Совета Родов!

На экранах появляются наши лица. Мое — растерянное и шокированное, ещё и с горячим румянцем на щеках. Их — каменные и непроницаемые. С искрами в глазах.

Под нашими изображениями загораются сложные символы, которые сплетаются в единый, сияющий узор.

— Священная связь подтверждена! — гремит голос. — Поздравляем роды Гур и Сол с обретением общей кайры!

Официальное объявление сопровождается пафосной музыкой.

Все взгляды в зале устремляются на нас. Десятки, сотни глаз. Они аплодируют.

Отче… это все зашло слишком далеко. Они видят. Все видят.

Нас что, поженят прямо здесь и сейчас?

Глава 3.2

Зал взрывается овациями.

Но мое эмпатическое поле улавливает не только радость. Я чувствую волну острой, почти болезненной зависти от других женщин в зале.

И что-то еще… печаль. Глубокую, застарелую тоску в эмоциях могучих Хазар.

Кайра.

Я вдруг чётко осознаю, что это не просто «жена». Это надежда. Мечта. Для кого-то — несбывшаяся.

— Подождите! — пытаюсь перекричать шум. — Это ошибка!

Но Хазары меня не слышат. Или не хотят слышать.

Айвар и Рамиль, увлеченные триумфом и соперничеством, становятся еще ближе ко мне.

Айвар властно кладет руку мне на талию, притягивая к себе. Рамиль в ответ берет мою свободную руку и переплетает наши пальцы. Они смотрят друг на друга поверх моей головы. Хазары думают, что я не вижу, но в их взглядах бушует буря.

— Вы должны меня выслушать! — почти кричу я.

— Мы слушаем, — рокочет Айвар мне на ухо, и от его голоса по коже бегут мурашки. — Мы слушаем, как бьется твое сердце, кайра. Этого достаточно.

Мое согласие никого не волнует. Я его уже дала, поставив биометрическую подпись под прошением.

Мой эмпатический дар просто сходит с ума. Я чувствую эмоции Хазаров — шок, неверие и волну обжигающего, собственнического желания, направленную на меня. Они не лгут. Все это происходит по-настоящему, и где-то глубоко внутри мне от этого радостно и до ужаса хорошо.

Правда… мой старый, понятный мир только что закончился. И я стою на пороге нового, пугающего и до головокружения притягательного.

Кварк, надо это остановить. Прямо сейчас. Пока не стало слишком поздно. Пока точка невозврата не пройдена. Я должна им все рассказать.

Но я молчу. Просто молчу, позволяя двум гигантам вести меня сквозь толпу, создавая вокруг непроницаемый кокон из их силы и решимости.

А где-то глубоко внутри, в самом потаенном уголке души, я с ужасом понимаю… что не хочу ничего прекращать.

Тайком, незаметно для них, ментально активирую комм на запястье. Сеть есть. Сообщений от Аланы нет. Пустота.

Да твою же Вселенную! Алана, надеюсь, когда ты объявишься, то решишь мои проблемы.

А пока… пока у меня нет выбора. Один неверный шаг, и меня вышвырнут с территории посольского анклава. А я понятия не имею, что меня ожидает снаружи.

И это пугает