Космический замуж. Мои звёздные мужья - Маша Бакурова
Поцелуй Айвара лишает меня воли.
Он поднимает меня на руки и несет в спальню. А когда он опускает меня на кровать, Рамиль уже рядом. Нет первого и второго. Есть только они. Вместе.
Их руки и губы исследуют мое тело слаженно, одновременно. Так, что я не понимаю, где заканчиваются ласки одного, и начинаются прикосновения другого.
Айвар целует мою грудь, а Рамиль оставляет дорожку поцелуев на животе. Я чувствую не двух мужчин, а одно цельное, могучее существо, завершающее свой священный ритуал.
Когда кто-то из них входит в меня, медленно, осторожно, я вскрикиваю не от боли, а от ошеломляющего чувства завершенности. Зов заглушает боль от первого проникновения. А мои губы тут же накрывают, впитывая мой крик, перерастающий в сладкий стон удовольствия под осторожные движения внутри меня.
Тусклый свет татуировок разгорается ярче, золотая и черная вязь сплетаются на наших телах в единый пульсирующий узор, освещая и благословляя наш союз.
Они меняются, и продолжают по очереди растягивать, наполнять меня.
Движения Айвара медленные, глубокие. И только я привыкаю к его ритму, они снова меняются. Рамиль входит в меня уже увереннее. Его толчки точные, выверенные, бьющие в одну-единственную точку, от которой по телу разбегаются судороги наслаждения. Пока Айвар нависает сверху, его губы терзают мою шею, а широкие ладони сжимают мою грудь.
Волны наслаждения накатывают одна за другой, пока я не теряю счет времени, растворяясь в их общем ритме, в первобытном Зове. Мои мужья шепчут хриплые слова на хазарском, которых я не понимаю, но чувствую их смысл всем телом.
Кайра. Я их. Навсегда. И они мои.
PS — эпилог. Три года спустя
Солнечный луч падает на пол, и в нем танцуют пылинки.
Моя дочь, двухлетняя Лира, с восторженным визгом пытается их поймать.
Айвар сидит на полу, расставив руки, чтобы поймать ее в объятия, когда она, потеряв равновесие, завалится на него. Рамиль стоит рядом со мной, его рука лежит у меня на талии, его глаза светятся спокойным, глубоким счастьем.
Хазары и не сомневались, что все получится с первой попытки. Сомневалась только я. Мои сомнения рухнули только в тот день, когда медицинский сканер подтвердил то, что Зов уже шептал мне: во мне зародилась новая жизнь.
Мои мужья переглядываются, в их взглядах я читаю невысказанное желание. Я знаю, что они уже готовы ко второму ребенку. Хазары оказались невероятно заботливыми и терпеливыми отцами.
Частыми гостями в нашем доме стали Алана и ее семья. Наши дети растут вместе, как двоюродные братья и сестры, создавая тот восхитительный хаос, который наполняет этот дом жизнью, по которой мы так тосковали в той оглушительной тишине после их отъезда.
Имена родов Гур и Сол были полностью очищены от всех обвинений.
Но главной победой для Айвара и Рамиля стал не политический триумф и не восстановленная репутация. Их главной победой стала наша семья.
Заговор Лиссан был раскрыт, а ее ближайшие подельники осуждены.
Но мы не наивны. Идеология «Молчаливых Родов» не умерла вместе с ней. Она лишь затаилась, пустила корни в других уголках Хазариона, ожидая своего часа. Хотя это уже не наше поле битвы.
Это уже совсем другая история!
