Спаси моего сына, бывший! - Настя Ильина

— Нет. Но я точно знаю, что должен сообщить лечащему врачу Дани о том препарате, который тебе ввели, усыпив перед рождением второго ребёнка, а ещё с утра я поеду в роддом и подниму на ноги всех. Наверняка человек, действовавший по приказу Царёва, там уже не работает. Скорее всего, получив крупную сумму, он сбежал в закат. Посмотрим.

Я киваю. Антипов какое-то время молча стоит в комнате, но будто бы пробуждается и переводит взгляд на сына.

— У нас не так много времени, поэтому придётся поспешить. Возможно, ты вспомнишь ещё какие-то детали? Замечала что-то странное в поведение акушерок? Врача? Может, рядом крутились какие-то подозрительные медсёстры?

— Нет… Совсем ничего. Когда ты рожаешь, тебе не до того, чтобы подмечать детали. Всё происходило как в бреду. От боли у меня голова шла кругом, и я ничего особенного не помню, если только…

Перед глазами вдруг мелькает Алина, жена Глеба. Она часто появлялась в палате и справлялась о моём самочувствии. Пожалуй, это было самое странное, что я могла заметить в тот день. Странное, потому что я всегда считала, что Алина ненавидит меня.

— Было кое-что, вряд ли это имеет какое-то отношение к тому, что мне ввели снотворное… Там постоянно мелькала Алина.

— Кто это? — Антипов хмурится.

— Жена Глеба. Она работала медсестрой в том роддоме, а потом перевелась в какой-то частный медицинский центр.

— Значит, Алина… Даже тут замешан твой дружок. Ира, ты никогда не думала, что этот дружок может работать на врага?

— Глеб? Да нет же… Он не мог.

Или мог?

Можно ли кому-то доверять, когда даже любящие и любимые люди предают? Я сама предала Евгения, за что и поплатилась теперь. Всевышний жестоко наказал меня за прошлое, в котором я допустила немало ошибок.

— Мог, Ира, мог. Кажется, мне стоит встретиться с ним прямо сейчас.

— Женя, пожалуйста, не совершай никаких опрометчивых поступков, о которых потом можешь пожалеть! Цар ёв мог специально обмануть тебя, сказав о втором ребёнке, чтобы заставить сделать что-то противозаконное и упечь за решётку.

— Не думаю. Я интересен ему на свободе, Ира. Он хочет уничтожить меня изнутри, и пока у него отлично получается это.

Сердце сжимается, но я понимаю, что слушать меня Антипов не станет. Он уже что-то решил для себя и будет поступать так, как подсказывает сердце, а не бывшая предательница. Опускаю голову и думаю о том, что у меня может быть ещё один сын, мальчик, о существовании которого я ничего не знала. Возможно ли такое? Возможно, конечно же… Горечь пульсирует внутри, распространяясь неприятными спазмами по всему телу.

— Если тебе что-то нужно, я могу вызвать няню…

Евгений неловко переминается с ноги на ногу.

Сама не понимаю, что мне может потребоваться. Кажется, сейчас мне не нужно ничего. С сыном я справлюсь — он спокойный, очень много спит, просыпаясь только чтобы покушать. Внезапно накатывает сильнейшее желание заснуть. Веки тяжелеют. Хочу уснуть и не просыпаться долгое время, потому что устала от сюрпризов, которые преподносит мне жизнь.

Какая-то она чересчур суровая.

Возможно, это я живу неправильно с самого начала?

На мгновение представляю себя обычным человеком, растущим в любящей семье. Наверное, у меня были бы друзья, любящий человек…

— Спасибо, я справлюсь. Всё будет хорошо. Ты пообещай мне, что просто поговоришь с Глебом. Его жена может быть непричастной ко лжи Царёва.

— Я сам разберусь, как мне вести себя с Глебом и его женой, Ира. И если ты позвонишь ему, чтобы предупредить, о чём конкретно я хочу поговорить с ним, я буду очень разочарован.

Я молча поджимаю губы и отвожу взгляд. Мне нечего ответить Антипову, потому что я действительно хотела позвонить Глебу, ведь он мой друг. Он, как мог, поддерживал меня, и мне не хочется верить, что он может оказаться в стане врага. Однако теперь я не смогу предупредить его, ведь тогда окончательно подорву доверие бывшего, с которым связана крепкими узами. Если у нас на самом деле есть второй ребёнок, следует найти его.

— Я не стану ему звонить, — сухо выдаю я, не глядя в глаза Антипова.

Слышу лишь шум его шагов и понимаю, что он ушёл. Тяжесть на сердце усиливается, но я ничего не могу поделать с этим. Так правильно. Так всё и должно быть. Хотелось бы мне поехать вместе с ним, но я не должна оставлять сына, нуждающегося в материнской заботе. Поднимаюсь на ноги и подхожу к кроватке Дани. Сын улыбается во сне, и на душе становится чуточку теплее. Надеюсь, что когда-то наступит светлая полоса, и у нас всё будет нормально.

Внутри появляется необъяснимый страх, а по щекам текут слёзы от безысходности. Мне не нравится, что игра с Царёвым продолжается, и я не знаю, кто выйдет из неё победителем. Сейчас у Евгения связаны руки, он никак не может повлиять на своего врага, от того и страшно, что всё может закончиться плачевно.

Если у нас есть сын, найдём ли мы его? Сможем ли вернуть себе? Успеем ли добраться до него до того, как его увезут далеко отсюда? Но самое главное — существует ли он вообще?..

Глава 14. Евгений

Сажусь в машину и набираю номер Глеба, который мне дала Ира. Мне стоит прижать мужика к стене и заставить его признаться, что же там случилось на самом деле. Если его жена постоянно ошивалась около Иры, она точно должна знать хотя бы что-то о втором ребёнке. Должна, даже если не связана с Царёвым.

— Слушаю, — раздаётся усталый голос.

— Это Евгений Антипов, — сходу начинаю я. — Мы должны встретиться.

— Сегодня? Что случилось?

Мужик напрягается. Наверняка начнёт звонить Ире, чтобы попытаться выяснить, в порядке ли она. Надеюсь, что она послушается моих наставлений и не станет ему отвечать.

— Сейчас. Что случилось, узнаешь при встрече. Это касается не Иры и не Даниила.

— Тогда не понимаю связи, — фыркает мужчина и, кажется, облегченно выдыхает.

— А ты её не должен видеть. Куда мне подъехать?

— Ммм… — он задумывается, наверное, пытается отыскать причину, чтобы избежать встречи, но в таком случае я его из-под земли достану. — Кафе на Восточной подойдёт? В торговом центре.

Я понимаю, о каком именно торговом центре и кафе он говорит: как-то мне