Одержимость Анны. Разбитые грезы - Макс Берман
– Мне плевать, как вы познакомились. – Роджер сделал глоток пива.
– Хорошо, но тебе уж точно не будет плевать на условия развода, – заявила миссис Эйрд. – И я хочу их обсудить сейчас и… пожалуйста, давай наедине.
Роджер нежно посмотрел на маленькую Анну и глубоко вздохнул.
– Разрешишь нам поговорить с мамой, обсудить взрослые вещи, принцесса? – Его голос мгновенно изменился.
– Да, конечно, – радостно ответил ребенок.
– Пойди поиграй в своей комнате.
Девочка отошла от отца и побежала наверх, в свою комнату. Наблюдающая за происходящим Анна пыталась послушать диалог родителей, но не могла ничего расслышать. Чем дальше маленькая Анна убегала, тем хуже взрослая Анна могла разглядеть интерьер вокруг и голоса: все постепенно потеряло четкость и понятливость, а окружение стало слишком размытым. Все, что могла поделать Анна, – это направиться за своим пятилетним двойником. Она поднялась на второй этаж, прошла вдоль широкого коридора и повернула направо, открыв дверь в свою комнату.
* * *
«Королевство», – первое, о чем подумала девушка, увидев обитель своего забытого детства. Величественная мебель, словно взятая из диснеевской «Спящей красавицы» или «Красавицы и чудовища»; нежные розовые оттенки повсюду; рисунки замков на стенах. Пока пятилетний ребенок что-то рисовал на полу, Анна внимательно осматривала свою комнату: ей казалось, что она очутилась в старом семейном альбоме, в котором запечатлели лучшие, но позабытые воспоминания. На детских рисунках Анна подметила одну важную деталь: практически везде юная Анна рисовала себя рядом с отцом, а мама была отдалена. Это были просто кривые линии, треугольники и черточки, в которых вряд ли можно было разглядеть художественный потенциал, но говорили они о многом. Особенно если на эти детские зарисовки посмотрит взрослый.
– Как думаешь, я монстр? – внезапно спросила пятилетняя Анна.
Девушка обернулась. Сначала ей показалось, что ребенок разговаривал сам с собой или с вымышленным другом, но девочка смотрела прямо в глаза своей будущей версии. Анна не могла поверить, что ее заметили. Все это время она была лишь призрачным гостем этого воспоминания, но сейчас она стала прямой участницей окружения.
– Что ты говоришь. Никакой ты не… – начала отвечать девушка, но внезапно замолкла. Закончить предложение ей помешал внезапно выпрыгнувший из кипы мягких игрушек кот, которого маленькая девочка взяла на руки и стала нежно ласкать. Анна на мгновение представила, как на руках ребенка лежит окровавленное мертвое животное, из которого она решила сделать букет.
– Почему ты так говоришь? – Взрослая Анна пришла в себя и продолжила диалог с самой собой.
– А почему родители ругаются? Из-за меня?
– Нет, просто сейчас непростые времена. В мире. В отношениях. Везде.
– Папа об этом часто говорит, а потом он меня называет «принцессой» и становится таким веселым и счастливым. – Юная Анна неожиданно улыбнулась.
Взрослая же Анна почувствовала дрожь по всему телу, услышав самое ненавистное ей слово. Пазл стал складываться во все более и более четкую картинку, хотя девушка не могла понять, почему же она ничего не помнит.
– Мы с ним столько всего вместе делаем: смотрим мультики, играем в игры и даже пишем друг другу письма.
– Письма? – удивленно уточнила девушка.
Девочка опустила кота, резко встала и подбежала к небольшой розовой тумбочке с золотистым орнаментом. Она достала оттуда небольшую шкатулку и поднесла к гостье. Девушка осторожно взяла предмет, словно это самый дорогой хрусталь в мире, а затем открыла его. Она увидела множество свертков, оформленных под Средневековье, и взяла один из них.
Анна раскрыла его и прочла следующее: «Ваше Высочество! Не соизволите ли присоединиться к королевскому обеду? Принцессам нужно правильно питаться. Не буду раскрывать детали обеда, но ваш король попытается вас удивить».
– Правда, он классный король? – спросила юная Анна. – Мы столько друг другу писем писали.
– А как же королева? То есть твоя мама.
– Она все время злая и уставшая. Король говорит, что она занимается «важными делами королевства». Я все время пытаюсь с ней поиграть, а она отмахивается, в отличие от папы.
– Просто она… много работает и устает. Понимаешь, королю надо бы ей помочь.
– А что я тогда буду делать? – грустно спросила девочка. – Мне будет скучно! Нет! Пусть король и дальше со мной будет! Знаешь, о чем я мечтаю? Выйти за него замуж, когда я вырасту.
– Твое желание… почти исполнится, – холодно ответила Анна.
– Ура! – Девочка принялась прыгать и танцевать. – Мы будем жить с ним долго и счастливо. Прямо как в сказке!
Гостье хотелось ответить на фразу ребенка чем-то остроумным наподобие «не как в сказке, а, скорее, как в фильме ужасов», но она решила промолчать: уж слишком ее юная версия была наивна и радостна. Маленькая Анна взяла за руки «старшую сестру» и стала кружиться с ней по комнате. Она так громко смеялась, что «заразила» взрослую Анну: та тоже стала смеяться и радоваться за саму себя. Казалось, что эти мгновения детского искреннего счастья будут длиться вечно, пока реальная жизнь не напомнила: вы не в сказке.
Внезапно «ворота» в «королевство» отперлись со всей силы. В комнату ворвался король, который пришел «спасать» свою принцессу.
12
– Роджер! Что ты делаешь?! – завопила Сидни, следовавшая за своим мужем, ее голос дрожал от отчаяния и страха, эхом отражаясь от стен узкого коридора их двухэтажного дома в пригороде Лос-Анджелеса.
– Анна не будет с тобой, ясно? Ты на нее плохо влияешь! – прокричал Роджер, его лицо исказилось от гнева, а глаза налились кровью от выпитого алкоголя. Запах виски исходил от него волнами, смешиваясь с потом и горечью разочарования.
От испуга маленькая Анна закричала пронзительно и отчаянно. Еще пару мгновений назад она была вне себя от радости, что ее мечта исполнится – провести целый день с любимым папой, построить замки из песка, может быть, поехать в парк аттракционов или просто погулять по набережной, держась за его большую теплую руку. А сейчас ощущала себя в страшной опасности, несмотря на то что была в крепких объятиях того, кого любила больше всего на свете. Ее маленькое сердечко билось так быстро, что, казалось, вот-вот выскочит из груди.
Роджер вышел в коридор и направился к лестнице, его шаги были неуверенными, он слегка покачивался из стороны в сторону. Деревянные ступени скрипели под его
