Дом с секретом и дверь в мечту. Часть 1 - Ольга Станиславовна Назарова
– Сынок, я сейчас вглубь дома отойду и дверри прикррою, – доверительно сообщила Карунду мать, – А то твой отец на парру со своим советником костеррят нашего нового дворрника… Погоди-ка! Так это ж как рраз бррат пррекрасной Карриночки? Ах-он-гад-такой! Так, я тебе потом перрезвоню! Сейчас не могу рразговарривать – хочу тоже поучаствовать в этом ощипе!
Глава 34. Дуэт интриганов
Соколовский покосился на зазвонивший смартфон и хмыкнул – он сам с собой поспорил о том, что в течение часа после ухода Крыланы ему позвонит глава рода Ветроловов.
– И… я, как всегда, выиграл! – довольно констатировал заядлый оптимист Филипп Иванович, принимая звонок.
Разговор происходил по принципу «я тебя так уважаю, что просто аж жить спокойно не могу», и Сокола развлекал чрезвычайно – он-то понимал, что все козыри у него. Самое интересное было в том, что его собеседник это тоже прекрасно сознавал и прямо весь исчесался от раздражения на подчинённых соплеменников.
– Нет-нет, Кирранд, что значит, продать? Нет, и не просите, вы же понимаете, что она моя! Зачем она мне? Во-первых, я её честно получил, чего вы не знать не можете, во-вторых, мне она нужна – у меня работает прекрасный травник, а вы и сами понимаете, что на неподходящей воде никакая трава нормально не работает, в-третьих, я вам честно скажу, вороница прибыла к нам в очень плохом состоянии. Она только и выдохнуть немного смогла у Крыланы, но там её сильно задевали родственники Карунда. Ох, да… это же и ваши родственники…
– Крррак? В смысле, как задевали? – проскрипел Кирранд Ветролов, прищурившись, – он-то думал, что это только Ветрохвосты такие дyрни были, а у него-то под крылом тоже, оказывается, всякое… не пойми чего вылупилось!
– Наверное, это для них было нормально, – мягко утешил собеседника крайне вредный Соколовский, – Для них-то она была рабыня! Сами понимаете, да? Вот и обращались они с Кариной соответственно.
– А у вас с ней, значит, иначе обрращаются? Врроде, она горрничной рработала? – попытался слегка уколоть Сокола Ветролов.
– Обращаются? Конечно, иначе! Она Татьяну – моего ветеринара и доверенное лицо, вообще, кажется, за мать признала. Родная-то от пташки отказалась, а Карина ещё практически ребёнок, в смысле, воронёнок, конечно, так что теперь ходит она везде за Таней.
Это ситуацию усложняло – Ветролов знал, что бывали такие случаи привязанности, когда родные или погибали, или сами отказывались от воронят, и тогда птенцы, которым жизненно нужны были присмотр и забота, привыкали к спасшим их людям, да так, что и клюв на сородичей не поворачивали! Да мало привыкали… ещё и любили!
– Вот ещё пррепятствие! – расстроился про себя Кирранд.
А Сокол продолжал:
– А про горничную – да! Я её затем и взял, чтобы она уборкой занималась, так представляете, какая она забавная, наша Карина – я ей говорю, что другую найму, а она против!
– Крррак? Почему?
– Говорит, что хобби у неё такое – любит убираться. Если честно, я не поверил, а потом понял – это же практически единственное занятие, которым она могла дома хоть как-то развлечься, а не сидеть в крошечной комнатушке с видом на помойку. А ещё – она Тане помогает. Так и живёт. Славная вороничка.
– А… а если я вам прригоню десять воррониц в услужение? Можем договорр заключить лет этак на сто!
– Нет, спасибо!
– Не хотите на сто лет? Ну давайте на двести…
– Да зачем мне ваши десять ворониц? У меня тут и так воронов полно! – досадливо протянул Сокол, – Плати им ещё…
– Погодите… так вы что, Каррине платили?
Так как Сокол как раз сегодня велел Тане выдать вороничке первую зарплату – ноябрь-то закончился, пора… То он с чистой совестью заявил:
– Конечно!
– Так она же ррабыня!
– И что? Ей захочется что-то себе купить, одежду или безделку какую-то, и что? Она будет тут у меня по гостинице ходить недовольная и без денег? Нет уж! Заработала – получила!
Кирранд явственно затосковал, осознав, что никогда Карина ничего настолько хорошего не видела, а раз так – благодарна и Соколовскому, и этой его Тане, а благодарность нормальных, правильных воронов это страшная силища!
Он опять озлился на своих соплеменников, решив, что вот поговорит с Соколом, отправит Кирина в Москву, а потом, потом займётся ВСЕМИ!
– Паррразиты! Небось, клювы ворротили и лапы о Каррину вытиррали, а тут она и обласкана, и с заррплатой, и Татьяной, которррая как мать! Вот я Ветроловам устррою! А Ветрохвостам… они у меня нынче вообще без хвостов останутся!
Это размышление напомнило ему о том, чего ради он вообще Соколовскому названивал:
– А вот я хотел спрросить, можно ли у вас в гостинице остановиться?
– Уважаемый глава рода Ветроловов собирается навестить старшего сына? – мягко уточнил Сокол.
– Нет, это вот мой вторрой по старршинству сын – Киррин, давно собиррался к бррату и невестке.
– Ааа, ну, конечно, можно! – отказать в приёме родовитому молодому ворону с прекрасной репутацией, сыну главы знаменитейшего северного рода, было бы абсолютно недипломатичным нарушением правил приличия!
А кроме того, никто не может помешать Кирину прилететь к родному брату, в их с Крыланой квартиру. Так что разместить его в гостинице по-любому будет безопаснее!
– Само собой, едет он клинья к Карине подбивать… типа принц к Золушке! – посмеивался Соколовский про себя, – Да и пускай приезжает. Будет очень забавно!
Получивший разрешение на визит сына Кирранд, обрадовался, а потом решил произвести разведку боем:
– А вы не боитесь, что Карриночка ррешит, что ей с нами всё-таки лучше?
– Посмотрев на вашего Кирина? – любезно дополнил Сокол его предположение.
– А почему бы и нет? Понимаете… мы, вороны, стайные!
– Во-первых, она – моя собственность, – видел бы Кирранд внутреннюю гримасу Сокола в этот момент, многое бы понял, а впрочем… Соколовский никогда не давал чужакам никакой возможности видеть собственные реальные эмоции.
«С воронами летать – по вороньи каркать!» – припомнил Филипп старую врановую присказку, вот и говорил на языке, привычном Ветролову. Купил, сиречь, выменял, значит – собственность!
– А, во-вторых, я же вам сказал, что у меня тут и так воронов хватает – под моей крышей постоянно живут два ворона – один из них по праву считается самым многообещающим молодым вороном своего поколения, а
