Секретарь Его Темнейшества (СИ) - Лия Керн
Черная тень между стволами сразу привлекла мое внимание. Хранитель! Грациозный, с роскошным хвостом и умными зелеными глазами.
— Смотри! — воскликнула я, указывая рукой. — Там черный кот! Ираида сказала, это Хранитель!
Ивар проследил за моим взглядом и медленно кивнул, его улыбка стала задумчивой.
— Действительно, Хранитель, — тихо произнес он. — Он редко показывается кому-либо. Амалия… Похоже, эти земли к тебе благоволят.
Слова прозвучали задумчиво и с пока непонятным мне намеком. Я собралась спросить, что это значит — «благоволят», какого рода это благоволение и что из этого следует, но не успела.
Выражение лица Ивара изменилось мгновенно. Вся мягкость исчезла, его черты заострились, взгляд стал острым и сосредоточенным, как у хищника, учуявшего добычу. Он резко подбежал ко мне и, не говоря ни слова, инстинктивно заслонил меня собой, оттеснив за свою спину.
— Осторожнее, — голос Темного Лорда прозвучал тихо, но в нем зазвенела сталь. — Я чувствую, где-то здесь промышляет тенекрад.
Глава 58
— Смотри, — Ивар указал чуть в сторону, и я успела заметить скользящую между деревьями тень. Она была жидкой и бесформенной, но от нее веяло ледяным холодом. — Тенекрад питается страхом. Он будет пытаться пробраться в наши мысли, чтобы напугать. Отогнать его можно только яркой, сильной совместной эмоцией или воспоминанием, которое связывает нас. Оно должно быть светлым и искренним.
Он повернулся ко мне, и в его глазах читалась решимость.
— Давай попробуем вспомнить мост с цветами. Там очень светлое место, что нехарактерно для этих мест. Сконцентрируйся на этом моменте.
Я кивнула, сглотнув комок в горле. Как же я могла признаться, что воспоминание о мосте для меня вовсе не было безоблачным? Я закрыла глаза, пытаясь выхватить из памяти сияние хрустальных цветов, шум водопада, его близость… Но сквозь эту красоту неизменно проступала горечь его внезапного отстранения.
Раз за разом мы пытались синхронизировать воспоминания. Я чувствовала, как Ивар сосредоточенно направляет свою мысль, пытаясь поймать мою. Но между нами будто возникала невидимая стена. Наши общие впечатления не сливались в единый светящийся поток, а оставались разрозненными, мои — с горьким привкусом, его — с какой-то сдержанной, непонятной мне болью.
Тем временем тень становилась плотнее. Она наступала, и от нее тянуло могильным холодом. Я почувствовала, как по спине пробегают ледяные мурашки, а в груди завязывается тугой узел страха. Он подбирался к самым границам моего сознания, и я знала — еще немного, и он найдет мои самые темные тревоги.
— Не получается, — с отчаянием прошептала я, открывая глаза. — У меня не выходит.
— Почему? — в голосе Ивара не было упрека, лишь тревога и желание понять.
И тогда я выдохнула то, что глодало меня изнутри.
— Почему ты меня не поцеловал?
Ивар замер. Казалось, время остановилось. Потом он тихо, почти неслышно ответил:
— Боялся спугнуть. Боялся, что это будет ошибкой, что ты еще не готова. Боялся потерять то, что только начало появляться между нами.
Его признание повисло в воздухе, разряжая напряжение, копившееся все эти дни. Лед в моей душе растаял в одно мгновение. Улыбка тронула мои губы.
— Тогда, возможно, это негативное воспоминание можно исправить? — тихо спросила я, и сердце забилось в предвкушении.
Ответом ему был его поцелуй. Его губы были теплыми и уверенными, а руки крепко держали меня, прижимая к себе. В этот миг не осталось ни страха, ни сомнений, ни обид — только вспыхнувшая между нами яркая, ослепительная радость. Я закрыла глаза, отвечая на его поцелуй, и почувствовала, как от нас обоих исходит волна чистого, сияющего света.
Когда в легких закончился воздух, мы, наконец, разомкнули объятия, медленно возвращаясь в реальный мир. Тенекрада не было, а между кустов мелькнул черный хвост с белой кисточкой. Кажется, Хранитель нас благословил, или это мне так хотелось думать.
Глава 59
Мы шли обратно к лошадям, и его рука уже не просто вежливо поддерживала мою — наши пальцы были переплетены. В другой руке я несла пылающий букет из кленовых листьев, а за нами, весело щебеча, бежал Кро, словно маленький золотой эскорт.
— Знаешь, — тихо начал Ивар, глядя вперед на тропу, — мои земли… они живые. Они чувствуют. И сегодня я впервые увидел, как они приняли женщину. Приняли и одобрили. Так просто здесь никого не встречают, Амалия. — Он остановился и повернулся ко мне, его взгляд был серьезным и глубоким. — Я надеюсь, ты… примешь этот мир. И останешься в нем.
Сердце мое забилось чаще от этих слов, от скрытой в них просьбы и надежды.
— Я только рада, — ответила я, и это была чистая правда. — Но, думаю, не в должности кухарки. — Я не могла сдержать улыбки. — Здесь, кажется, всем уже очевидно, что с кухней у нас взаимная неприязнь.
Ивар рассмеялся, и это был чистый, искренний смех, от которого стало тепло внутри.
— Что ж, возможно, твои таланты лежат в другой плоскости. Например, у меня в кабинете вечно царит хаос с бумагами, а Гектор ворчит, что я слишком медлителен с указами. Может, ты согласишься навести хоть немного порядка в моих документах?
Я кокетливо улыбнулась, чувствуя, как играю его же оружием.
— А вот это, милорд, как раз мой профиль.
Оставшийся путь до конюшен мы проделали в легком, счастливом молчании, лишь изредка перебрасываясь шутками. Вскоре мы уже подъезжали к знакомым каменным строениям. Ивар первым соскочил с седла и, подойдя к Звездочке, поднял руки, чтобы помочь мне спуститься. Но едва мои ноги коснулись земли, он не отпустил меня. Его руки скользнули к моей талии, он притянул меня к себе и поцеловал снова — уже не так стремительно, как в лесу, а медленно, нежно, словно закрепляя наше новое, хрупкое и такое желанное согласие.
Когда мы, наконец, разомкнули объятия, я смущенно поправила шляпку и заметила, что Кро, стрекоча от восторга, уже несся к замку, вероятно, оповещать всех о произошедшем. Ивар, все еще не выпуская моей руки, улыбнулся.
— Пойдем, — сказал он просто. И мы пошли домой.
Голова кружилась, и в животе кружились глупые бабочки. Я не могла понять: кто мы с Иваром? Пара? Насколько прилично жить в одном замке? А что делать дальше? Но все эти сложные вопросы тонули в сумасшедшем вопле подсознания: «Он меня поцеловал!»
Мы поднялись по широкой лестнице, и Ивар проводил меня до двери в комнату. Мужчина так и
