Секретарь Его Темнейшества (СИ) - Лия Керн
Я почти бежала за черной тенью, мелькавшей впереди, чувствуя, как паника отступает, сменяясь острым, почти мистическим любопытством. Мы двигались так быстро, что дух захватывало. И вдруг деревья расступились окончательно. Кот вывел меня на окраину большого поля, залитого серебристым светом. Над нами висела огромная, круглая, как идеальная головка сыра, луна. Ее свет был таким ярким, что я на мгновение ослепла.
А вдалеке, у подножия холма, я увидела деревню. Крошечные, будто игрушечные, домики с крутым крышами, из труб, на которых поднимались в прохладный ночной воздух тонкие струйки дыма. Спасение.
Облегчение волной накатило на меня. Я обернулась, чтобы поблагодарить своего странного спасителя.
Но позади меня была лишь пустая опушка и темная стена леса. Никакого кота. Я всмотрелась в тени, ожидая увидеть мелькнувший белый кончик хвоста или блеск глаз. Ничего. Он будто бы растворился в осеннем лесу. Исчез, словно его никогда и не было — словно сама ночь ненадолго приняла его форму, чтобы указать мне дорогу. Лес снова стал просто лесом, тихим и безразличным. Лишь легкий ветерок шелестел высохшей травой на поле, и в памяти звенело тихое, довольное мурлыканье.
Глава 45
Я бросилась через поле к деревне, не оглядываясь на таинственный лес. Ноги подкашивались от усталости и пережитого страха, но мысль о бледном лице Ивара гнала меня вперед. Добежав до первой же избы, я в изнеможении прислонилась к косяку и заколотила в дверь кулаком.
— Откройте, прошу вас! Мне нужна помощь! — крикнула я.
Внутри царила тишина. Ни огонька, ни шороха. Я постучала сильнее, уже почти отчаявшись.
— Кто там? — раздался наконец сонный осторожный голос.
— Откройте, ради всего святого! Мне нужна целительница Ираида!
— Нищим не подаем! — прозвучало из дома. Щелкнул засов, и дверь не открылась. В целом, я жильцов понимала. Мало ли кто по ночам бродит, я бы тоже не открыла, но это не повод сдаваться.
Я перебежала к следующему дому, потом к третьему. История повторялась: настойчивый стук, испуганное молчание или грубый окрик. В одном из домов, из окна второго этажа даже высунулась разгневанная физиономия хозяина.
— Убирайся, проклятая! Нечистью своей нас пугаешь! — крикнул мужчина и захлопнул ставни.
Какой нечистью я могла кого-то напугать, уточнить не получилось.
Отчаяние начало подступать комом к горлу. Я уже почти бежала по пустынной улице, когда дверь очередной избы распахнулась, и на пороге появилась худая, как жердь, женщина с вилами в руках.
— А ну, пошла вон отсюда, ночная тварь! — прошипела она, размахивая оружием. — Пока не отвесила тебе добрую порцию железа! Совсем страх потеряли! Ходят тут, пугают честной народ ночами!
Женщина замахнулась вилами, и вступать в диалог я тут же передумала.
Я отпрыгнула, сердце бешено колотилось. В глазах потемнело от ярости и бессилия. Похоже, помощи будет добиться непросто. Мне даже слова сказать не дают!
И тут из соседнего дома, откуда доносились пьяные песни, вывалился дородный мужик с красным от хмеля лицом.
— Э, какие красотули ночами ходят! — просипел он, протягивая ко мне цепкие руки. — Куда это ты ночью одна? Заходи в гости, я тебя согрею…
Пахнущее перегаром дыхание ударило в лицо. Мужик схватил меня за рукав. Без раздумий, чисто на инстинктах, я рванулась в сторону, вывернулась, схватила стоящее у крыльца помойное ведро и с размаху надела мужику на голову. Раздался глухой хлюп, и мужик, издав удивленный вопль, закачался на месте, я пока он не очнулся, бросилась бежать.
Шум, наконец, поднял на ноги всю улицу. Двери начали открываться, на порогах появлялись испуганные и сердитые лица со свечами и палками. Кто-то боязно прятался за дверями, кто-то шагнул вперед с оружием в руках. Кто с кочергой, кто с ухватом, а пара мужиков и вовсе с топорами.
— Это не то, что вы подумали… — проблеяла я испуганно и подняла руки, показывая, сто безоружна и опасности не представляю. Я переводила взгляд с одного сердитого лица на другое и здесь в толпе заметила ее.
Женщина. Высокая, статная, с седыми волосами, убранными в тугой, безупречный узел на затылке. Лицо ее было изрезано морщинами, но в глазах горел острый, живой ум. Она была одета в простое, но чистое платье, а на плечи была накинута теплая шаль. Она не кричала и не размахивала руками, просто стояла и смотрела то на меня, то на пьяного мужика, который уже снял ведро с головы, то на перепуганных соседей.
— Ну и что тут происходит? — властно поинтересовалась она, и я пискнула.
— Мне бы целительницу…
— Больными на голову не занимаюсь. Не мой профиль…
— Но я…
— Привороты и отвороты, тоже не ко мне. И вообще, ночь на дворе! Совесть иметь надо!
— Там Темного Лорда нечисть ранила! — наконец в отчаянии воскликнула я, и вокруг воцарилась давящая тишина.
Глава 46
Ираида молчала так долго, что я уже почувствовала, как колени подкашиваются от отчаяния. Она смотрела куда-то поверх голов испуганных соседей, ее взгляд был обращен внутрь себя, словно она взвешивала что-то очень важное. Наконец, целительница тяжело вздохнула и пробормотала себе под нос, скорее с досадой, чем со злостью:
— Ну, до утра подождать не могли… Ладно. — Ее острый взгляд снова нашел меня в толпе. — Стой здесь и жди меня. Надо собраться.
Целительница развернулась и скрылась в своем доме, оставив меня под огнем десятков любопытных и недобрых взглядов. Я слышала, как за спиной перешептываются, обсуждая последние сплетни. Через несколько минут Ираида вышла, держа в руках потрепанную кожаную сумку, набитую склянками и пучками трав. На плечи целительница накинула теплый плащ.
— Ну, веди, — коротко бросила она, и мы пустились в обратный путь.
Дорога через поле показалась мне короче, чем на пути сюда. Возможно, потому, что теперь я была не одна. Но когда впереди зачернела стена леса, я невольно замедлила шаг, всматриваясь в густую тьму под деревьями. Я искала в тенях черную шерсть и белые лапки, прислушивалась к тишине в надежде услышать мурлыканье.
— Ты что-то ищешь, девочка? — раздался рядом спокойный голос Ираиды. Она шла так легко и уверенно, будто отправлялась на соседнюю улицу, а не в чащу ночного леса.
Я смущенно покраснела, понимая, как это должно выглядеть со стороны.
— Кота. Большого, черного, с белыми лапами. Он… он
