Город сгоревшей магии - Сана Эванс

– Почему? – удивилась я. – Разве ты не…

– Просто… не могу.

Мы с Карлой молча шли по узким улочкам, пропитанным ароматами былой эпохи. Каменные здания, превратившиеся в серые глыбы льда, навевали атмосферу одиночества. Высохший плющ, обнимающий стены, поднимался по балкончикам, на которых были расставлены плетеные кресла и столики с газетами и чашками. Идеальное местечко для сиесты было устроено почти в каждом доме Кастильмо. Такой простой быт казался в этом месте чем-то странным. В голову тут же врезались воспоминания о ярком Мадриде: театры под открытым небом и лодки на озере в парке Ретиро, шумные аттракционы в парке Каса де Кампо и оживленные улицы рынка Сан-Мигель… Окружавший меня мрачный Кастильмо и Мадрид были словно с разных планет.

Заставив себя не зацикливаться на обшарпанных деревянных дверях, на которых виднелись следы потрескавшейся алой краски, я прибавила шагу. Пройдя сквозь каменную арку, мы вышли на просторную площадь. Здесь уже можно было заметить признаки современной цивилизации, хотя людей, как и положено в послеобеденное время, было немного. Торговая улица с небольшими закусочными и магазинчиками тянулась вдоль всей площади. Карла указала вперед, и мы прошли по парку со скамейками.

– Ты знакома с моей бабушкой? – спросила я Карлу, пытаясь вновь разговорить девушку. Я открылась ей, пришла ее очередь.

– Тут все со всеми знакомы. Если не лично, то хотя бы заочно. Видела сеньору Консуэло на рынке. Она отчитывала продавца, чуть ли не схватив его за ухо, – так рьяно торговалась за фрукты.

Я рассмеялась:

– Думала, люди в маленьких отдаленных городках дружат улицами.

– Быть знакомыми и дружить – разные вещи. То, что людей немного, не всегда означает сплоченность. Здесь так же, как и везде, разные слои общества: бедные, богатые, те, кто приезжает в школу на тачках, и те, кто, как и мы, тащатся на своих ногах. Некоторые стараются держаться поближе к популярным ученикам и верят, что благодаря таким связам смогут выбраться отсюда. Если после школы тебе сразу же не удалось вырваться в столицу и поступить в университет, считай, что ты так и застрял здесь. Все пытаются сбежать, и я очень удивилась, когда сказали, что к нам кто-то переехал жить. Новенькая в нашей школе – это сродни неожиданно выплывшему киту посреди озера.

– Это ненадолго. Пока мама разбирается с жильем в Мадриде. Поверь, будь моя воля, я бы и сама ни за что не приехала в это скучное место. Без обид, – тут же добавила я.

Карла издала что-то наподобие смеха.

– Здесь не так уж и уныло, как тебе показалось на первый взгляд. Мы часто устраиваем праздники. Как раз через пару недель будет огромная ярмарка в День света. Люди наряжаются в яркие костюмы и танцуют сардану, на улицах зажигают полно огней и готовят кучу сладостей. Вот мы и пришли. – Она остановилась у небольшой закусочной с вывеской, изображавшей чуррос и шоколад. – Ладно, я пошла работать. Сможешь найти дорогу сама?

– Думаю, да, – всмотрелась я в лес, начинающийся за площадью.

– Тогда увидимся завтра в школе.

Попрощавшись с Карлой, я попыталась воссоздать в голове путь, по которому мы с мамой приехали утром. Стоило мне двинуться вдоль дороги, как внезапно вылетевший из чащи ворон пронесся прямо над моей головой. Мои и без того непослушные кудри растрепались на ветру, и я раздраженно смахнула их с лица. Это не город ведьм, это город воронов. Причем не самых дружелюбных.

Не успела я выругаться на вредную птицу, как мои ноги сами начали замедляться от представшей впереди картины. Я в ужасе вцепилась в ручку рюкзака, страх парализовал тело. Осознание происходящего мгновенно дало сигнал, и шок сменился паникой. Но было поздно – стая из десятков разъяренных воронов летела прямо на меня.

Глава 4

Мои веки разлепились, и я обнаружила, что лежу в своей постели. Ночь за окном сгустилась в огромное чернильное пятно. Мелкий дождь барабанил в стекла.

Я спустилась на первый этаж. Бабушка и мама сидели перед горящим камином и что-то пылко обсуждали.

– Вишенка моя, ты проснулась? Как ты? – спросила меня бабушка, когда я вошла в гостиную.

– В порядке. А почему вы ссорились?

– Потому что твоя мать не может поумнеть, даже став взрослой женщиной, – огрызнулась бабушка, поднося ко рту чашку и отхлебывая напиток, от которого шел горячий пар.

– Я просто устроилась на работу, – спокойно ответила мама.

– И тебя взбесило только это? – спросила я бабушку.

– Спроси ее, куда она устроилась.

– В местную компанию по производству лодок и катеров, – опередила мой вопрос мама.

– И? – подняла я брови, глядя на бабушку. – Что тут такого?

В Мадриде мама работала в отделе кадров городской администрации. Она всю жизнь работала по специальности, и ее выбор мне не показался удивительным. Тем более в таких маленьких городках всегда будет дефицит стоящих профессионалов.

– Она просто не знает, кто ею владеет! – всплеснула руками бабушка.

– Господи, хватит говорить загадками, – плюхнулась я на диван.

– Все в порядке, Эстела, не обращай внимания.

– Они мелкие и бездушные мерзавцы! – продолжала бабушка. – И ты знаешь, что от этой семейки нужно держаться подальше.

– Столько лет прошло, мама, пора уже прекратить, – кинула мама в бабушку предостерегающий взгляд. – Тем более у нас давно все обговорено.

– Знаю я эти ваши уговоры! Им нельзя доверять!

– О чем это вы? Может, поясните? – встряла я.

– Она собирается работать на семью Паласио!

– Паласио? – взглянула я удивленно на бабушку, понимая, что в этом маленьком городке вряд ли найдутся две семьи с одной фамилией. – Успела познакомиться сегодня с двумя братьями Паласио. Вернее, познакомилась с одним, второй глядел на меня так, словно в детстве я украла у него лопатку в песочнице. – Ты работаешь на родителей этих слащавых красавчиков? – спросила я маму.

– Да, но это временно, – вновь отмахнулась от меня мама. – Лучше скажи, пришла уже в себя? Ничего не болит?

Никаких жалости, объятий и поцелуев. Лишь строгое воспитание. Без слез, без слабостей. Мама ненавидела слезы. В нашей семье именно папа был тем, в чье плечо я могла выплакаться, когда поранилась, упав с велика, или получила в школе низкую оценку. Поэтому я так же невозмутимо взглянула на нее:

– А почему должно что-то болеть?

– Ты потеряла сознание прямо у дома. Не помнишь? – спокойно спросила мама, словно произошедшее было в порядке вещей.

– Наверное, это мой успокоительный чай, – тут же произнесла бабушка. – Он сильно вырубает.

– Надеюсь, ты не добавила туда ничего алкогольного?

– Что ты, – вздернула брови бабушка и спрятала