В Китеже. Возвращение Кузара. Часть 2 - Марта Зиланова
– Как ты смеешь отказываться от дара Повелительницы? – тихо спросил он.
– Мне он не нужен! – тряхнула кудрями Маринка. – Отпусти меня.
Кузар будто не слышал ее. Он поднял взгляд выше Марины – оттуда шел звук действительно для него важный.
– Госпожа? – тихо спросил он.
Маринка поежилась, отступила на шаг.
– Зачем ты послала мне ее, Госпожа? Чтобы научить? Или… чтобы твой верный раб мог испить силы из чаши сей? Но она же… Я же не трогаю… Но она бесполезна, для тебя, да, Госпожа? Недостойна тебя!
Он перевел взгляд на Марину и сделал шаг вперед.
– Дядя Кузя… что ты делаешь?
В дверях стояла Настя и выпученными глазами смотрела на Кузара и Маринку. Кузар занес руку, Маринка почувствовала, как из легких исчез весь воздух.
Кузар вздрогнул. Замер. Опустил руку и медленно повернулся к Насте.
– Настенька, уйди, пожалуйста, к себе в комнату.
– Я могу тебе помочь, дядя Кузя, – сказала она после небольшой паузы. – Она просто не понимает! Вот увидишь, я ей все объясню!
Кузар в замешательстве застыл на месте, перевел задумчивый взгляд на Маринку. Она вцепилась в спинку стула до побелевших костяшек. Настя снова заговорила, глядя Маринке в душу ледяными глазами, слишком похожими на Кузара:
– Я знаю, достучаться до Дара может быть больно. Мне тоже было больно, когда дядя Кузя принялся учить меня. Но боль пройдет. Ты справишься, Марина. Ты будешь сильной ведичей. И больше никого и никогда не будешь бояться. Дай помочь тебе. Мы спасем тебя!
Маринка открыла было рот, чтобы объяснить Насте: «Кузар наиграется мной и убьет. И ты ему была бы не нужна без твоих картинок». Но вместо этого сказала:
– Отпустите меня. Я уеду из Китежа. Никогда сюда не вернусь. Во мне же никакой магии! И не появилось!
Кузар нахмурился. Рука его потянулась к нагрудному карману.
– Как не появилось, – пробормотал он.
Настя тяжело и разочарованно вздохнула и, повернувшись к Кузару, сказала:
– Она не понимает! Хочешь, я ее подержу?
Кузар вздрогнул. Будто переменился, непривычно-суетным движением надел очки.
– Что ты, Настенька? Не надо никого держать… Мы тут никого не неволим. Я не понимаю, почему не подействовало? – тон его голоса снова разительно изменился. Снова заговорил не великий правитель Китежа, а заинтересованный педагог-исследователь, столкнувшийся с не изученной диковинкой. – Почему твой резерв так и не наполнился? Магия пропитала всю тебя. Но резерв пустой. Будто он… запечатан… Иди-ка сюда, проверим.
Маринка затрясла головой. Больше она не попадется на эти дружелюбные интонации. Вместе со стулом попятилась и спиной впечаталась в книжный шкаф.
Кузар выставил перед собой руку. И только пальцем мотнул: туда, сюда. Стул взмыл в воздух, а Маринку, наоборот, потянуло к нему. Она пыталась упираться руками, как будто это могло что-то изменить. Тело ее остановилось прямо перед Кузаром, только голова резко запрокинулась вперед и вернулась обратно. Выставленная рука Кузара засветилась, превратилась из плоти не то в воду, не то в собранные лучи магии. Маринка и сообразить ничего не успела, как рука без сопротивления врезалась ей в живот. Маринка выгнулась, мир наполнился красками, звуками и запахами дикой боли. А рука Кузара растворилась внутри ее тела, обернувшегося в один натянутый нерв. Как стоматологический крючок в лунке воспалившегося зуба, его пальцы пытались ухватить что-то внутри Маринки. Мгновение-другое. Спасительная тьма беспамятства не приходила, шоковая анестезия не действовала.
Но вот крючок за что-то ухватился. Маринка охнула, как на осмотре у врача, нащупавшего больное место, болевую точку. Ноги ее подкосились, но что-то держало ее стоя. Она подняла взгляд на Кузара и заметила, что с ним самим что-то происходит. Его лицо исказилось гримасой боли. Глазами, полными ужасом, он смотрел на свою руку и как будто не мог ее оторвать от Маринки. Его била дрожь, как когда сквозь тело проходит мощный разряд электрического тока.
Все это время Настя, остолбенев, стояла рядом. Но тут она всплеснула руками, разбежалась и с силой толкнула Маринку в грудь. Та пошатнулась, но устояла. Тяжело задышав, схватилась за живот. И смотрела, как Кузар медленно оседает на пол с широко распахнутыми невидящими глазами.
– Что ты наделала? – воскликнула Настя.
Маринка ошарашенно помотала головой, не спуская перепуганного взгляда с Кузара. Но нельзя терять времени! У нее появилась возможность улизнуть. Она выпрямилась и тяжелым шагом побрела к выходу. Вышла в зал заседаний, зажмурилась от ударившего в глаза яркого света. Это что, день? Какой по счету? Неважно! Через зал к французским окнам. С усилием отодвинула тяжелую створку и вздохнула сладкий весенний воздух. Свобода снова так близко! Перешагивая через боль, Маринка побежала.
В спину кинжалом ударил тонкий крик Насти:
– Кто-нибудь, остановите ее! На помощь!
Боль лавиной раскатывалась по телу, но Маринка преодолела ступеньки. Перевела дух и рванула по дорожкам к елкам. За спиной послышался звук шагов, переходящих в бег. Обернулась – и тут же присела под яркой фиолетовой вспышкой, похожей на молнию.
– Не убей ее, болван! – послышался голос Кузара. – Она мне нужна живой.
Маринка прибавила ходу. Новых заклинаний в нее, похоже, никто не бросал, но топот по напитавшейся талой водой траве приближался еще быстрее.
– Стой, кому говорят! – раздалось у самого уха. И кто-то большой повалился на нее, потянул весом своего тела на землю. Лицо ее встретилось с влажной, но мягкой травой. Она, не глядя, с силой пнула воздух. Каблук туфли встретился с чем-то мягким, раздался стон.
Маринка вскочила на ноги, кинула взгляд на еще зажимавшего глаз мужчину в форме и валяющийся недалеко от его руки ксифос. Метнула руку, со всей силой пожелала успеть дотянуться до него, завладеть.
Сначала увидела, как громадная лапа охранника вцепилась в рукоятку ксифоса. И только после этого осознала – в руке у нее лежит что-то тяжелое, холодное, наполняющее ее силой и уверенностью. Пригляделась: короткий жезл из почти белого металла с какими-то узорами и россыпью камней.
Удивиться не успела, заметила, как с ксифоса охранника сорвалась новая вспышка – на этот раз сгусток огня. Маринка сделала шаг назад, подняла к лицу руку и почти механически схватила «пташку», выставила перед собой ксифос, который мгновенно растянулся, увеличился и в форме легкой сабли встал в третью защиту. «Пташка» в руке растворилась, лезвие сабли окутало едва уловимым сиянием. Оно поймало огненную вспышку, которая искрами осыпалась на землю. Маринка еще хлопала глазами, а прямо ей в голову уже летел
