В Китеже. Возвращение Кузара. Часть 2 - Марта Зиланова
Маринка слушает тишину и перебирает в голове: так, суп горячий на плите, еще не остынет. Недавно вскипяченный чайник тоже, крепкой заварки достаточно. Тарелка и ложка на столе. Хлеб под полотенцем рядом. И свет в прихожей обязательно включен. Не забыла же?
Посуда? Помыта! В последний раз прилетело именно за нее.
Все это должно сказать: «Смотри папочка, я так ждала тебя, я так рада, что ты вернулся».
Маринка вздрагивает от скрежета замка. Уже по его звуку понимает – не пронесло. По шагам, по звуку сброшенной одежды Маринка осознает – за дверью не отец, чудовище. Но, может, еще пронесет? Лежи тихо, Марина. Лежи и не шевелись. Пусть он думает, что ты спишь. Главное, не провоцируй! Вдруг он пожалеет и не станет тебя будить?
Дверь открывается. Маринка вздрагивает, и кошмар отступает.
Маринка все отчетливее различала голос Кузара из-за какой-то преграды, к нему присоединялись новые голоса, и все увеличивающееся жжение во всем теле. Будто действие обезболивающего начало спадать, она почувствовала слабость и ломоту во всем теле.
Маринку бил озноб, как при очень высокой температуре, руки и ноги дрожали. Она облизала пересохшие губы и попыталась осмотреться: слишком темно, окна нет. Только в щели под дверью проступала слабая полоска света.
Вместе с полоской света в комнату проникали и голоса. Маринка смотрела в потолок и блуждала между болью, кошмарами из прошлого и безнадежным настоящим. Волей-неволей слышала все, о чем говорили за дверью.
– Господин Председатель, – говорил мужчина заискивающим тоном. – Мне неловко вам говорить, но… как бы так выразиться… чары понемногу начинают… ну как бы это… слабеть. Пока Левоновская лечебница еще выдерживает новый наплыв… хех… постояльцев… Но вскоре их будет больше. Нужно предпринимать дополнительные меры, чтобы как-то организовать вокруг вас общество Китежа.
– Третье Отделение в боевой готовности для подавления беспорядков, – прозвучал показавшийся знакомым Марине мужской голос. – В армейских частях и полиции также увеличено наше присутствие для контроля за настроениями и для противодействия, если потребуется. И, кроме психбольниц, у нас достаточно мест в других исправительных учреждениях.
– На моей стороне все нелюди, – перебил Кузар. – Да… кроме упырей, подвластных личам. Мы с вами подготовили речь о внезапной болезни, поразившей Комиссарова. И, да-да, перед кончиной он завещал мне спасти наш Китеж. Через пару дней запустим по всем каналам. На следующий шаг я уже подписал указ о выплате пособий всем пожилым ведичам и родителям несовершеннолетних. Готовим пакет мер для поддержания мануфактур и факторий. Покажем открытый миру Китеж на переговорах с магами запада. Китеж пойдет за мной сам.
Раздалось что-то неразборчивое.
– Что вы говорите, Кирилл Сергеевич? – хмыкнул Кузар. – Говорите внятно. Ах, что скажет Вече? Вече можно будет и распустить. Законы мы и с вами принимать сможем. Быстрее получится. Купол над Китежем держать я смогу и сам, когда не придется расходовать силы на распространение чар покорности. Вот увидите, ведичи тоже пойдут за мной. Они поймут, что я несу только благо, и встанут на мою сторону.
– Господин Председатель, – послышался другой голос. – Вы же, конечно, понимаете: несмотря на все, что вы делаете для общества Китежа, наш народ разобщен. Ведичам и нелюдям непросто будет примкнуть к одному лидеру. А нам все-таки необходима поддержка магов, наших элит. Пока их привлечь сложнее всего. Я уверен, нужна некая объединяющая идея.
– Что вы имеете в виду, господин Курпатов? Говорите яснее.
– У Третьего Отделения есть готовый комплекс мер. Они сплотят все общество, господин Председатель, – ответил Курпатов. – В сжатые сроки мы легко объединим народ Китежа вокруг вас, если вы их будете защищать от опасного внешнего врага, господин Председатель. Страх соседей, чужаков, конкурентов за ресурсы – глубинный. Им хорошо воздействовать на любой социум. Вы видели, что еще недавно происходило у неведичей? У них есть ядерное оружие и бомбы. Вы можете спасать Китеж от внешней угрозы вечно.
– Мы собирались идти на развитие контактов с неведичами, – сказал Кузар. В его голосе слышались недовольные нотки.
– Хорошо, – легко согласился Курпатов. – Тогда что насчет радикально настроенных заграничных ведичей, которые будут убивать наших жителей? Теракты сепаратистов? Всего один дом в районе волкодлаков…
И тут Маринка распахнула глаза. Забыла о боли и кошмарах. Потому что в один миг осознала: если Кузар позволяет ей сейчас слышать такое, ей никогда не покинуть стены дворца. Живой.
– Нет, – отрезал Кузар. – Я пришел защищать Китеж, а не уничтожать его жителей. Еще предложения?
Маринка вскочила на ноги. Страха не осталось, про озноб она забыла. Только снова облизала высохшие губы и на ватных ногах дошла до двери, судорожно задергала ее ручку.
– Тогда устройте им хотя бы праздник, – меж тем заговорила женщина. – С шествиями, огнями, духом единения. Учредите новый день свободного Китежа. Стадо пойдет за зрелищами, господин Председатель.
– Выпустите меня! Отпустите! Помогите! Кто-нибудь! – сиплым незнакомым голосом закричала Маринка.
Закричала! Наконец-то смогла.
Оказывается, просто раньше ее не заносило за эту черту: не пронесет, не спасешься, не пожалеет. Тогда и страха никакого не остается. Лишь бы выжить.
Маринка продолжала дергать запертую ручку под аккомпанемент повисшей за дверью тишины. Слышно было лишь неуютное поскрипывание одного-двух стульев.
– Спасите! – крикнула Маринка еще раз.
– Расходитесь, – холодно сказал Кузар.
Скрежет стульев, звук удаляющихся шагов.
– Помогите! – со всей силы закричала Маринка. – Он же меня…
Дверь распахнулась. Перед ней стоял Кузар. Он медленно снял очки и сложил в нагрудный карман. Маринке казалось, что она могла заметить, как глаза его капля за каплей наливаются кровью.
– Помогите! – еще громче, за его спину, закричала Марина. Люди еще там. Они еще слышат. И пусть вспоминают ее последний крик до конца дней, трусы.
– Успокойся! – рявкнул Кузар. – Что за истерика?
Маринка рассмеялась. Отчаянно, безумно. В кошмарном воспоминании хотя бы была надежда, что чудовище, из раза в раз поглощавшее ее отца, на этот раз пройдет мимо. Но последняя надежда осталась только в тревожном сне.
– Они знают, что ты – убийца! И только и ждут, как от тебя избавиться! Свободный Китеж! Какая свобода может быть на смертях и подчинении?! Ты – диктатор!
Кузар занес руку. Так знакомо! Сколько оплеух она уже получала за свою жизнь? Но и уворачиваться от них она успела научиться! Метнулась вглубь темного кабинета без окна, за стол, и выставила перед собой стул.
– Отпусти меня!
