Колдунья по найму - Адриана Александровна Белоусова
Доктор Шмидт пытался увернуться и снова воспользоваться своим смертельным оружием. Его лицо покраснело, сосуды в глазах стали похожи на проволоку.
Молли хотелось, чтобы его прямо сейчас хватил удар, но Шмидт был крепок и здоров не по годам. Он ударил Молли ногой в живот, и она отлетела назад, упав на бок. Воспользовавшись ее беспомощностью, он снова направил ей в лицо пульверизатор, и Молли поспешила отвернуться и прикрыться руками. В голове промелькнула мысль, что он как-то слишком щедр к ней, ведь не она главная цель его покушения. У Молли закружилась голова, тело стало слабым, и она поняла, что магический газ все-таки добрался до нее. Сквозь пелену дурмана она услышала чьи-то шаги, кто-то бежал по лестнице. Последнее, о чем подумала Молли, что этот человек не успеет.
* * *
Молли привел в чувство холод. Он лился ей на голову, стекал на плечи, и ее ноги, казалось, вмерзли в лед. Она открыла глаза, стараясь вдохнуть, но у нее не получалось. Сердце бешено стучало, и ее трясло. Чьи-то руки крепко удерживали ее, не давая упасть. Она постаралась найти опору в собственных ногах, но колени предательски подкосились.
– Давай, Молли, приходи в себя, – донесся до нее мужской голос. Он был ей знаком, но кому принадлежал, девушка вспомнить не могла. Несколько раз моргнула, чувствуя, как ледяная вода течет по ее лицу.
– Майлз, – с трудом ворочая языком, проговорила Молли, всмотревшись в лицо темноволосого мужчины, который держал ее под душем в ее собственной ванной комнате.
– О! Ты можешь говорить! – оживленно произнес Майлз и, взяв ее одной рукой за подбородок, посмотрел на нее. – Выглядишь уже лучше.
– Что с Генри? – прохрипела Молли.
– Он в порядке. Спит в своей кровати, – ответил Майлз, продолжая поливать ее водой. Сам он тоже вымок и выглядел как пират, которого выбросило за борт.
– А Шмидт?
– Связан, лежит с кляпом во рту под лестницей, – Молли показалось, что Майлз произнес это с удовольствием.
– Но как ты узнал, что мне нужна помощь?
– Мне позвонил Клод. Вернее, он звонил Дону, но тот ушел играть в карты, – вздохнув, сказал Майлз. – Поэтому он попросил меня сходить к нему домой и убедиться, что все в порядке. Возле ворот стояла машина с полицейскими, те дрыхли, так что помощи от них никакой. Когда я вбежал, этот старикашка брызгал тебе в лицо какую-то гадость. Ну я двинул ему как следует, он и сник.
– Спасибо, – стуча зубами, проговорила Молли. – Хватит уже… Я замерзла.
– Доктор Леон сказал держать тебя тут десять минут, – деловито ответил Майлз и, подняв руку, посмотрел на часы. – Ладно, вылезаем.
Ловко выбрался сам и, подхватив Молли на руки, вынес ее из ванной.
* * *
Раздеться самой оказалось очень трудно. Мокрая одежда липла к телу, замерзшие пальцы плохо слушались, но Молли не разрешила Майлзу ей помочь. Растерев тело махровым полотенцем, она натянула на себя плотное шерстяное платье и чулки. Кое-как расчесала волосы и убрала их назад. Ее еще трясло после освежающего душа, было ощущение, будто она промерзла изнутри и все ее кости покрылись инеем. Дышать было больно, и она вспомнила, что при падении сломала ребро.
– Я сделал горячий чай, – постучав в дверь, сообщил Майлз.
Молли набросила на плечи шаль и вышла к нему. Подумала, рассердится ли Клод, если она даст его одежду этому парню, чтобы он не простудился? Решив, что Клод вряд ли заметит потерю, она зашла к нему в комнату и, взяв из гардероба сухие штаны и рубашку, отнесла их Майлзу. Тот с благодарностью принял их и поспешил переодеться.
Сделав пару глотков обжигающего чая, Молли подняла голову и посмотрела на часы, висевшие над дверью кухни. От тревоги у нее скрутило живот. Она упускала что-то важное, у нее встреча… Встреча, от которой зависит все. Память не сразу выдала ей нужное воспоминание, а когда она в полной мере осознала его, то поняла, что больше не может ни минуты оставаться в замке. Она уже и так сильно опоздала.
Залпом влив в себя чай, возможно, последний в ее жизни, Молли бросилась к выходу.
– Майлз, присмотри за Генри! – крикнула она, натягивая на себя теплый плащ.
– Стой, куда ты? – на ходу застегивая рубашку, встревоженно бросил Майлз, но Молли уже сбегала по ступенькам крыльца. Ей некогда было объяснять. К тому же она не могла позволить ему увязаться за ней. Зино ведь четко написал, что она должна быть одна. Нащупав в кармане кошелек, Молли немного приободрилась. Возможно, удастся остановить машину и попросить ее подвезти. Тело все еще плохо подчинялось ей, ее шатало, она часто спотыкалась и казалась себе очень медлительной. Ей хотелось лечь в снег, зарыться в него и уснуть. Но она должна была сделать все, чтобы Зино не причинил вреда ее семье. Ничего важнее этого сейчас не было.
Переходя дорогу, Молли поскользнулась. Неловко упала и никак не могла подняться. Голова кружилась, перед глазами прыгали красные точки. До нее донесся шум приближающейся машины, но она не могла шевельнуться. Лишь нагнула голову ниже, словно хотела спрятаться. Послышался визг тормозов, ворох снежинок взметнулся вверх. Молли обдало горячим воздухом, и она боковым зрением увидела черную машину, которая, желая объехать ее, выскочила на тротуар. Зажмурившись от облегчения, она шумно выдохнула.
– Вы в порядке? – подбежав к ней, спросил водитель машины, под колеса которой Молли едва не попала.
– Я поскользнулась и не смогла встать, – жалобно произнесла она, опираясь на протянутую руку.
– Я отвезу вас в лечебный корпус, – поддерживая Молли под локоть, встревоженно произнес мужчина. Она взглянула на него. Хорошо одетый, уставший, солидного возраста за шестьдесят. Можно ли ему верить? Впрочем, разве у нее есть другие варианты?
– Отвезите меня к старым складам у вокзала, – слабо попросила Молли, посмотрев мужчине в глаза. – Это вопрос жизни и смерти.
Мужчина смерил ее взглядом. Она подумала, что хорошо одета, чтобы не вызывать недоверия. То, как ты одет, имело в Линкольне очень большое значение. По стоимости верхней одежды определялась влиятельность личности. Стараниями Клода она выглядела как благородная дама.
– Хорошо, – выдержав паузу, сказал он. – Вы дрожите, вам надо согреться.
Молли кивнула, хотя о собственном комфорте думала в последнюю очередь. Когда они оказались в машине, водитель увеличил отопление, и ее едва не сморил сон, пока они ехали. Дорога была пустой, поэтому добрались до нужного места они быстро и без проблем.
