Поцелуй смерти - Александра Шервинская

class="p1">– Могу и к тебе, если возражать не станешь, – я пожал плечами, – но, скорее, туда, где я двоих для своего Троедушника нашёл. Кстати, ты наверняка это место знаешь, оно тут, в Зареченске. Небольшой такой погост, заброшенный, там промзона раньше была неподалёку. Я там был, но Хозяина не нашёл, а это не дело, сам понимаешь.

– Знаю я, про какое место ты говоришь, – совсем по-человечески вздохнул боярин Мышляев, – никто туда идти Хозяином не рвётся, уж больно там публика непростая. Много сил и нервов надо, чтобы с ними справиться. Это они сейчас спят, пока их не трогает никто, а как кто захочет под себя кладбище забрать, так я тебе точно говорю: борьба там нешуточная развернётся.

– Не развернётся, – успокоил я его, – есть у меня одна кандидатура, если ты, конечно, мне навстречу пойдёшь.

– Ну-ка, ну-ка, – живо заинтересовался Погостник, – удиви меня в очередной раз, Антоний!

– Если всё сложится хорошо, поставлю я там Карася главным, – сказал я, – он вроде всё осознал, дисциплина у него там будет железная, потому как всё будет «по-пацански», правильно. Как думаешь? И при этом он будет прекрасно знать и помнить, кому он этим своим новым статусом обязан.

– Хм, – озадачился Григорий Северьяныч, – на первый взгляд мысль дурная, уж не обижайся. А вот если подумать… Он наверняка оценит, да и я кой-чего подскажу, не поленюсь. Там как раз таких много, которые как он, не в ладах с законом были. Кого хоронили, а потом, как кладбище заглохло, так и просто так прикапывали.

– А куда Хозяин тамошний делся? – задал я вопрос, на который давно хотел получить ответ. Не из соображений практической пользы, а чисто из любопытства.

– Там траншею копали то ли для труб, то ли ещё для чего, так его могилу и зацепили, – вздохнул Погостник, – сам понимаешь, что нет могилы, нет и Хозяина. Те, кто остались поначалу вроде власть делили, а потом даже и не знаю, недосуг мне тогда было, времена такие были – что ни день, то похороны кого важного. А потом и забыл за заботами, теперь вот даже неловко, веришь?

– Верю, – кивнул я, – значит, место главного там вакантно. Это очень хорошо… А как думаешь, за возможность обитать на нормальном погосте с Хозяином те мёртвые на многое согласятся?

– Да почитай что на всё, – подтвердил Григорий Северьяныч, – дом, он всем нужен, никому не нравится бесхозно в болоте веками лежать. А чего тебе от них надобно-то?

– Не дать ведьме уйти, если она вдруг за мою защиту прорвётся, – честно ответил я, – окружить дом и не дать проскользнуть никому: ни живому, ни мёртвому.

– Это они смогут, – подумав, одобрил Погостник, – но поговорить надо, Антоний, уважение проявить. Они сейчас, конечно, по степени серьёзности где-то между жабой и пиявкой, но вежество – оно любому приятно.

– Как сказал один очень мудрый человек, «ничто не даётся нам так дёшево и не ценится так дорого, как вежливость», – решил я блеснуть образованностью, – за точность не поручусь, но смысл такой.

– И правда мудро, – согласился Погостник, – ну да что мы сидим? Как бы не заломали там мои нарушители твоего парня.

– Этот сам кого хочешь заломает, – засмеялся я, – дара в нём ни капли, но мне помогает не за страх. Приключений ему хочется, понимаешь? Такие, как он, жить не могут без того, чтобы каждый день по краю не ходить. Скучно им становится, и вот тогда начинают они всякие глупости и безобразия творить.

– Знал я таких, – солидно кивнул Григорий Северьяныч, – чувствую, и у меня он отметился, не у одного последнюю нить перерезал.

– Не сердишься?

– На кого? – искренне изумился Погостник. – Если кто не захотел моих слов услышать, насчёт тебя и твоих спутников сказанных, так то его беда, не наша с тобой, и не твоего парня, верно?

Пока мы говорили, из темноты вышел Ванга, чем-то чрезвычайно довольный. Он шёл, бодро насвистывая и чуть ли не подпрыгивая. Мы с Погостником только молча переглянулись и с интересном уставились на умиротворённого киллера.

– Спасибо, – проникновенно проговорил Ванга, обращаясь к Погостнику. – Получил истинное наслаждение.

– Да на здоровье, конечно, – озадаченно ответил бывший думный боярин, – а чем наслаждался-то?

– Как в старые добрые времена, – лицо Ванги осветила добрая, мягкая и нежная улыбка маньяка, и я тихо порадовался, что этот человек воюет на моей стороне, – столько желающих меня убить! Размялся от души, лучше любого полигона или полосы препятствий! Антон, спасибо за оружие – шикарная штука! Скажите, уважаемый, – неожиданно обратился Ванга к Погостнику, – а можно я иногда буду сюда приходить вот так вот… сбросить напряжение? Может, у вас там какие нарушители дисциплины образуются или ещё какие неугодные?

Я слушал его и вдруг подумал, что вот бы кого выпустить поиграть с моей силой, а то ей одной скучно и грустно. Как говорил король в старом фильме: «Никто со мной не побегает, не попрыгает!» Надо только придумать, как его обезопасить, а то ведь она в экстазе забудет, что его трогать нельзя. Сила, внимательно прислушивавшаяся к моим размышлениям, радостно забила хвостом, давая понять, что она подобную инициативу всячески одобряет и приветствует. Ладно, об этом я непременно подумаю потом.

– Договоримся, – хмыкнув, величественно кивнул капюшоном – и когда только накинуть успел? – Погостник. – Скольких прибрал-то?

– Да штук десять, наверное, – Ванга ненадолго задумался, – ну да, как-то так. Один очень сильный был, чуть не поборол меня, но не получилось. Ох, как же хорошо-то!

– Приходи, как надумаешь, – помолчав, определился Погостник, – вон, пусть приятель твой, некромант, тебе всё скажет, какие тут у нас правила, как и что следует делать. Он же не будет всегда с тобой рядом ходить, а я не всех гостей сам могу встретить, да и не по чину мне подобное.

– Благодарю, – поклонился Ванга, вызвав довольный смешок Григория Северьяныча, – ну и я если чем могу – всегда готов помочь.

– Его вон береги, – неожиданно махнул в мою сторону костяной рукой Погостник, – рано ему ещё за Кромку, от него тут больше пользы будет, нежели там.

– Это я и так сделаю, – очень серьёзно ответил Ванга, – но я тебя услышал.

– Вот и славно, – Хозяин кладбища снова повернулся ко мне, – своих сейчас заберёшь или передать им чего?

– Передай, чтобы завтра утром были готовы, особенно Троедушник, – прикинув время, ответил я, – скажи, что в лабораторию поедем.

– Сделаю, – кивнул Погостник.

– И вот ещё что, Григорий Северьяныч, – тихо проговорил я, – если вдруг со мной что-нибудь не то случится, сам понимаешь, противник у меня будет не чета сегодняшним скороспелкам. Мари ведьма матёрая, жизнью