Поцелуй смерти - Александра Шервинская

– Не надо приписывать мне того, что я не делал, – поспешил я откреститься от подобных обвинений, – я честный эгоистичный и прагматичный некромант со всеми полагающимися мне качествами: мизантропией, склочностью и меркантильностью. Леночку вон спроси, и она тебе скажет, что я на редкость бессердечная сволочь. Хотя нет… Леночку, пожалуй, не надо. О! Годунову спроси – она тебе точно скажет, какой я есть. И не надо тут всяких… инсинуаций, понимаешь ли.

– Хорошо, – хихикнул Егор, – как скажешь. Но у Годуновой я ничего спрашивать не буду, ну её на фиг. Но что делать, если ты не сможешь меня найти. Ну, там, куда меня Мари запрячет до часа «икс»? Я понимаю, что ты всё предусмотрел, хотя ничего и не говоришь, но Ванга сказал мне, что это правильно: никому никогда не рассказывай своих планов полностью, если действительно хочешь избежать утечки информации. Я с ним согласен, поэтому нисколько не обижаюсь.

– Я не знаю, Егор, – честно ответил я, – полагаю, место, которое она наверняка для тебя подготовила, находится достаточно недалеко. Она-то может своими путями пройти куда угодно, но вот кого-то другого провести ими не под силу даже ей. В любом случае: рассчитываешь только на себя. Мы будем тебя искать и найдём, я в этом даже не сомневаюсь. Но у Мари не должно возникнуть даже тени сомнения в том, что ты один-одинёшенек, что на помощь тебе прийти просто некому.

– Понимаю, – кивнул Егорушка и, помолчав, добавил, – только я хотел сказать одну вещь. Наверное, я буду выглядеть смешно, но если вдруг передо мной встанет выбор «ты или я», не мешай мне принять правильное решение. Пускай ты меня и простил за то, что я сделал, но я-то себе этого до сих пор простить не могу, понимаешь? Да и пользы от меня будет намного меньше, будем говорить честно. Ну вот не умею я говорить красиво! Сава бы гораздо лучше сказал, у него получается. Ты сам сказал, что некроманты – существа рациональные и прагматичные. Вот давай такими и будем, ладно?

– Хорошо, – спокойно согласился я, – если тебе так будет спокойнее, то обещаю: я не стану тебе мешать. И последнее: что бы ни случилось, помни о главной своей задаче – именно ты должен бросить в Мари проклятье, которое ты вчера получил. Не потому что ты самый сильный и удачливый, нет, просто ты сможешь подобраться к ней ближе всех.

– Я не вижу его структуры, только то, во что оно упаковано, – печально проговорил мальчишка, – я понимаю, что оно в энергетической капсуле, но всё равно – интересно же! Ты потом расскажешь мне?

– Конечно, – легко пообещал я, надеясь, что Егорушка всё же не сунет свой любопытный нос в спрятанное проклятье. Не нужно ему знать, что там… ни к чему.

– Как-то ты подозрительно легко согласился, – прищурился мальчишка и пристально на меня посмотрел, – к чему бы это, а?

– К тому, что, когда вся эта история закончится, я буду благодушен, вальяжен, следовательно, меня легко будет уговорить на что угодно, – пояснил я, – а теперь, раз уж ты всё равно не спишь, давай-ка двинем на пробежечку. Как говорится, в здоровом теле здоровый дух.

– Ой, я, пожалуй, ещё разочек попробую заснуть, – тут же быстро сказал Егор и демонстративно зевнул, – как-то меня вот прямо сейчас резко в сон потянуло.

– Тогда топай к себе, – засмеялся я, – и в десять жду тебя внизу. Там вроде ещё блинчики оставались и пирожки. Надеюсь, Ванга не слопал их все, пока мы спали. Хотя вряд ли: он, к счастью, пока ещё не настолько освоился. Так что шансы на то, что еда уцелела, очень неплохие.

Отправив мальчишку, я и сам незаметно задремал, хотя уже не рассчитывал на то, что это у меня получится.

Утро выдалось солнечное, бодрое и какое-то на удивление чистое, прозрачное. И от этого ещё сильнее был контраст с теми мрачными событиями, которые нас ожидали.

За завтраком к нам присоединился Ванга, и все мы старательно обходили тему предстоящего сражения. Это было именно оно, несмотря на то, что нет и не будет никаких сверкающих начищенным металлом шеренг воинов, развевающихся ярких флагов и труб герольдов. Всё будет намного более буднично и гораздо менее зрелищно. Выиграет не тот, у кого больше воинов, а тот, кто лучше просчитал ситуацию.

Как ни странно, тревога, которая давила на меня ночью , исчезла, словно растворилась в ярких лучах утреннего солнца. Я чувствовал себя полным сил, голова работала, как отлаженный механизм, внутренняя дрожь прошла, уступив место азарту и предвкушению схватки с противником, равным мне по силе. Ух… хорошо-то как!

– Пора, – посмотрев на часы, сказал я, – Ванга, мы с тобой пока дома, ждём новостей. После того, как Мари выведет Егора, мы отправляемся на Муромский погост и ждём там нашего гонца.

– Как скажешь, – кивнул Ванга, – я пока очень мало что понимаю, поэтому помолчу. Моя задача – следить, чтобы тебе кто-нибудь особо ретивый пулю в голову не пустил. Я Инне… Инне Викторовне пообещал, что с тобой ничего не случится.

– Даже так? – я удивлённо посмотрел на невозмутимого киллера. – Но если тебя интересует моё мнение, – тут Ванга едва заметно кивнул, – то я только за, она прекрасная женщина, которая, несомненно, заслуживает счастья. И ты же понимаешь, что если что вдруг… я же тебя из-под земли достану, причём в самом прямом смысле этих слов.

– Я с исключительно серьёзными намерениями, – заверил меня наёмный убийца, и я вдруг подумал: а почему бы и нет? Состоятельный, спокойный, с нервами, закалёнными за годы непростой работы, дача, опять же, в Зареченске. Чем не вариант?

– Тогда я не возражаю, – улыбнулся я, – а она не против? Или это пока только твои намерения?

– Мы это не обсуждали, – спокойно ответил Ванга, – но мне кажется, что она не станет возражать.

– Ну и славно.

– Ух ты! – искренне порадовался Егорушка. – Это же классно просто!

– Собирайся иди, – я старался говорить ровно, спокойно, хотя в сердце – как-то в последнее время я всё больше сомневаюсь в том, что оно действительно атрофировалось много веков назад – снова подняла голову тревога.

– Да мне только одеться, – тут же посерьёзнел Егор, – всё остальное я собрал ещё вчера. Я же, по идее, планирую вернуться почти сразу, так что я взял телефон, пауэрбанк, паспорт, так как собираюсь оформлять аренду, ну и по мелочи.

– То, о чём говорили вчера? – на всякий случай уточнил я.

– Да, вокруг запястья